Эти мемуары можно примерно разделить следующим образом: 50% - это довольно глубокий, хотя, видимо, субъективный анализ дипломатических отношений России и Ирана, а также политической ситуации в ИРИ, и 50% - байки о жизни посольств и консульств.
1) Политика и история. Коротко - мне было интересно читать про период до начала-середины ХХ века. И сказать, что интересно - это ничего не сказать. У господина Утургаури дар рассказчика. Неоторые из историй, которые он поведал в своей книге уже разошлись по моим друзьям и знакомым. Про то, как из Ирана в Россию везли слона, знает уже каждый в моем окружении. И вам, кстати, тоже очень рекомендую узнать ;) О ХХ веке в книге сказано также очень много, однако текст настолько переполнен описаниями политических интриг, обманов, военных действий, что ощущения возникают крайне некомфортные. После этой книги меня долго мучала мысль о том, насколько же мелкими пешками являются обычные люди! Как крутят и вертят политики общественным мнением! И как же просто и неэнергозатратно порой просто схватить ту кость, которую тебе кинули с экрана телевизора, например, и даже не задумываться о ее происхождении...
2) Байки: "Я вам сейчас такое расскажу!" Это фейерверк. Просто чудесная часть! Давайте я вам тут лучше пару цитат предложу!
По контракту около 30% стоимости АЭС иранцы должны были оплатить в виде продуктов «традиционного национального экспорта». Российские переговорщики приняли формулировку, будучи абсолютно уверенными, что речь идет о нефти и газе. Каков же оказался сюрприз, когда после подписания документа им сообщили, что это кишмиш, макароны и томатная паста!!! В то время я уже занимался бизнесом. Меня пригласили в Минатом старые друзья по Ирану и спросили, смогу ли я реализовать на рынке страны такой объем кишмиша?! Несложная калькуляция показала, что на сумму, равную 30% стоимости АЭС, российкие граждане будут кушать иранский кишмиш лет пятьдесят из расчета по мешку в год на каждого. Не знаю, чем закончилось дело, но в конце девяностых годов оно обстояло именно так.
На стройке в Ахвазе я быстро взрослел. Работа способствовала не только совершенствованию знаний персидского языка, но и расширению жизненного опыта в целом. Нас было три переводчика на несколько тысяч советских людей. Поэтому приходилось заниматься самыми разнообразными делами, начиная от переводов миллионных контрактов, кончая сопровождением дам к врачу-гинекологу. Что такое матка и маточные трубы, я узнал именно там, на стройке, причем по-русски и по-персидски одновременно. Дамы ложились в кресло, доктор работал у них в ногах, а я стоял сбоку и переводил. Пациенток это совсем не смущало, они общались со мной как с близким человеком, в их интонациях звучала полная доверительность. Перед походами к врачу я подробно расспрашивал женщин о проблемах, а потом со словарем готовился к переводу, они это ценили. Расположение женщин ко мне было очевидным для иранцев. Поначалу доктор Ладжварди, гинеколог городской больницы, относился к этим визитам спокойно. Но на пятый раз я заметил в его глазах легкое удивление, на шестой и седьмой он был безусловно растерян, на десятый — подавлен. Уже не помню, который по счету это был визит, когда он не выдержал и спросил: «Господин Реваз, я не могу понять! Даже у нас, мусульман, четыре жены — это предел допустимого. Сколько же жен может иметь коммунист?!» Интеллигентному доктору и восточному мужчине в голову не могло прийти, что я вожу к гинекологу НЕ СВОИХ жен! Пытаться объяснить ему, что и как, было так же бессмысленно, как нашим растолковать про гургенов. Поэтому я не стал развивать эту тему и коротко отсек: «Это не жены, это товарищи по партии, у нас строгая дисциплина, я выполняю приказ!»
К чтению рекомендовано :) Если заскучаете, можно пролистнуть страницы про современную политику, ну а все остальные вы и сами пропускать не захотите :)
9 / 10
13 понравилось
