Двое. Разное

Интересно, учат ли где-нибудь искусству составлять сборники? По какому принципу собираются под одной обложкой рассказы одного автора, ну не по временному же, это ведь не сборник тогда, а собрание. Добавление рассказов в одну книжку — как добавление ингредиентов в салат. Можно придерживаться строгой проверенной рецептуры, а можно добавить что-нибудь неожиданное и напряжённо смотреть на лица кушающих гостей — получилось ли вкусно или хотя бы съедобно?

В этом сборнике под немудрёным названием "Двое" действительно двое: две сестры Наталия и Татьяна, обе писательницы, интеллигентные дамы в N-цатом поколении, впрочем, эту информацию как раз можете не запоминать, они сам вам её неоднократно повторят. Видимо, единственный мотив объединения их под одной обложкой — их родство, потому что я больше не вижу никаких причин, почему именно эти произведения здесь разместились.

Часть первая, Наталия Толстая. Небольшая проза, даже не короткие рассказы, а просто зарисовки на какую-либо тему, часто с автобиографическими мотивами. Описывается обычная жизнь, в ранних рассказах — в СССР, в поздних — уже в России. Очень узкий и ограниченный взгляд со своей собственноручно возведённой колокольни, всё-то здесь плохо, везде плохо интеллигенту, и в СССР, и в России, и в деревне, и в городе, и за границей, и (подставьте любое другое обозначение местности). С добротной меланхоличностью Наталия методично ноет, какие вокруг гадкие люди, как плохо в стране и в той, и в этой, и в третьей, какой русский народ отвратительный, грязный и оскорбляющий её безупречное воспитание. Я сейчас злобствую уже, конечно, но меня на протяжении всех зарисовок это бесконечное пассивное недовольство всем и вся просто достало. В мире Наталии Толстой счастливых людей вообще нет, даже по определению, и счастья никакого нет, только тоска и уныние. При этом пишет она действительно хорошо, красиво, точно, с юмором, а когда проявляются порой неожиданные сатирические нотки, они всегда к месту и ядовито-прекрасные. Например, над произведениями "концептуальных авангардистов" она постебалась так гениально, что я несколько раз возвращалась и перечитывала этот кусочек (рассказ "Деревня"). Но не нравится мне она сама по себе, такая махровая абсолютно ничего не делающая классическая интеллигентная барышня, которая вздыхает и думает, что ей вокруг все должны, а об остальных простых смертных говорит либо с брезгливостью, либо со снисхождением. И все её герои и героини, неприкаянные гуманитарии до мозга костей, которые катаются по угловатому миру своими мягкими рафинированными тельцами и только вздыхают, натыкаясь на острые углы. Единственный плюс такой прозы для меня лично (да и то весьма сомнительный) в том, что Наталия успешно превращает романтический стереотип о Петербурге в непонятное нечто, лишённое красок и внятности, это такой же гнусный и тоскливый городишко, как и весе остальные.

Часть вторая, Татьяна Толстая. Только мы размякли от дрожащей в тоске размеренной прозы Наталии, как словно гром среди ясного неба врывается в сборник младшая сестра, потрясая пудовыми кулачищами с трибуны. Говорится, что здесь собрана её публицистика, но публицистика публицистике — рознь, поэтому я искренне недоумеваю, зачем надо было вставлять сюда интервью вообще и о романе "Кысь" в частности. Показать, что Татьяна более титулованная, чем сестра? А зачем? У меня есть сборник "Изюм" Татьяны Толстой того же времени (кстати, почти все рассказы-статьи из "Двое" взяты именно оттуда), он отличный, прекрасный и хорошо скомпонованный. А в этот сборник умудрились подобрать такой безумный и бездумный винегрет произведений Татьяны, что она даже мне начинает мерещиться сварливой истеричкой, которой только дай повод позлобствовать. Неудивительно, что почти всем больше нравятся в этом сборнике произведения Наталии, они хотя бы хорошо подобраны. И вообще не понимаю, зачем объединять в одном сборнике лирические зарисовки и едкие "статьи на тему", зачем кидать нежные пирожные в дымящийся борщ? Показать, что две сестры критически смотрят на мир, только одна взглядом меланхолика, а вторая — холерика? Полно вам, для этого можно было выбрать и другие произведения.

Итог. Наталия Толстая — абсолютно не мой автор, хоть она и хороша. Татьяна Толстая — мой автор, она хороша, но в данном сборнике представлена какой-то кракозяброй. Не читайте этот сборник, лучше возьмите отдельно произведения Наталии, а потом, когда будет настроение, хотя бы тот же "Изюм" Толстой. Потрясающее, удивительное мастерство составителей этого сборника: надо ещё умудриться из прекрасных авторов слепить такую уродливую двухголовую химеру.

Кстати, вот обложка очень нравится. От студии Артемия Лебедева, да.

Флэшмоб 2011, спасибо за рекомендацию winter-berry .

Безысходность, от которой невозможно оторваться - вот такая парадоксальная мысль у меня об этой книге. Я в основном о части, написанной Наталией Толстой, потому что во второй части очень странно надерганы статьи, рассказы и интервью Татьяны Толстой, которые не составляют целостной композиции ни с первой частью, ни между собой. Некоторые из них я читала в других сборниках, некоторые прочла впервые, они очень интересно написаны - например, про выжившую Анастасию (автор уверена, что это действительно была она) или про "Титаник". Но они как из другой книги. А вот рассказы Наталии Толстой, о которой я до открытия этой книги ничего не знала, очень даже хорошо смотрятся вместе. Перетекают один в другой, и вроде бы сюжетно не связаны, но убрать ничего не хочется. Рассказы совсем короткие, скорее зарисовки, потому что часто в них нет четкой сюжетной линии - описан фрагмент из жизни какого-то человека. Иногда день, иногда больше. Но это часто ничем не примечательный фрагмент, вырванный из череды дней. Образ героя - русская интеллигентная женщина средних лет, филолог, живущая в Питере. Если хоть что-то в вашей биографии совпадает - возможно, вы почувствуете родство. Хотя мне совсем немного лет, и родилась я в 1991, и филолог из меня так себе, но что-то ужасно родное в них. В рассказах - картинки жизни в СССР и постсоветской России, и, скажем честно, безысходность - это лучшая характеристика для них, но при этом нет нытья, не сказано, что все ужасно, кто-то виноват, мы все умрем... обычные люди живут обычной жизнью. Бедно, но живут. Обнаруживают, что дело их жизни в новой реальности никому не нужно - но живут. Без любви, но живут. И почему-то нет ощущения чернухи и желания отбросить книгу. Так легко и иронично все описано, что хочется читать, читать и читать.

— Тогда проведем тест, — обрадовался американец. — Все присутствующие опишут два самых счастливых дня своей жизни. Я проводил этот тест в разных странах, не смущайтесь. Женщины сидели не шевелясь. — Друзья, у вас ведь было много незабываемых счастливых дней. А я прошу вас описать только два. Это же просто. Вот вам бумага и ручки. Вы талантливы, пишите. Когда женщины, сдав листочки, ушли, Таня сразу же погрузилась в чтение, удивляясь своему интересу. Почти все назвали самыми счастливыми событиями поступление в институт (у всех высшее образование!) и рождение сына (дочки). Только у трех-четырех были другие ответы — брат вернулся живой из Чечни, или потеряла кошелек с зарплатой, а добрый человек нашел и вернул. Напрасно американский психолог просил Таню читать повнимательнее — неужели ни одна не была счастлива в день свадьбы? Нет, мужья не упоминались ни разу. Извините. В столовой женщины спросили Таню: — Ну как наши ответы? Понравились лектору? — Он поразился, что никто про любовь не написал. За столом замолчали. А одна, умело накрашенная и вообще ухоженная, ответила, стряхивая крошки с плиссированной юбки: — Может, кому-то и кажется, что счастье — это когда замуж выходишь, а я так не думаю.

Эта книга давно лежала в планах... Мне безусловно интересна Татьяна Никитична, её острый ум, ясный взгляд, активность, мастерское владение словом. О том, что Наталья Никитична тоже пишет прозу, я узнала, только взяв книгу в руки. Тем интереснее было прочесть и сравнить. Вывод первый. Сравнение - невозможно! Представленные в сборнике произведения объединяет помимо фамилий авторов только то, что в каждом случае это проза, и в каждом случае - о людях. Вывод второй. Обе сестры любят и ценят своего деда, Алексея Николаевича Толстого, и готовы, выстроившись такой футуристической свиньей всячески защищать его память от хулителей, фальсификаторов и тех, кто стремится поживиться за счет чужой славы. Вывод третий. Взгляд Натальи Толстой оказался как-то удивительно близок мне внутренне. Возможно, потому что реалии её преподавательских будней мне весьма понятны даже несмотря на то, что её филология мне нисколько не родная. И словосочетаний в стиле "омонимия морфем", "каузативные конструкции и нулевой артикль, дуративные глаголы и пучки фонем" не пугаюсь, только внутренне собравшись. Но в её историях такой родной, любимый, живой Питер... Я тоже хожу по этим улицам и мостам. Я вижу тех же людей. Я тоже в детстве и юности выбирала окна, в которых я хотела бы жить... Вывод третий. Реалии человеческой души мне гораздо интереснее трагедии "Титаника" или судьбы женщины, выдававшей себя за императорскую дочь... Встречалась я с зарубежными обломками русской аристократии. И не все из них интересны, как личности. И все-таки... из разношерстных, разножанровых и разностилевых фрагментов, собранных в этом сборнике, по-тихоньку возникает образ времени, в котором я жила... Семьи, которая объединяет... И русской литературы, которая существует, несмотря ни на что...