О самом опасном.
По телевизору увидел передачу про каких-то африканских муравьев. Они слепые и живут совершенной коллективной жизнью. И самок в этом виде очень много, но есть какой-то подвид самцов, огромных таких, раз в десять больше самок, с крыльями, живущих отдельно от этой женской колонии. Но почему-то их таинственным образом тянет к обществу самок (хе-хе, почему-то)))) и вот самец этот, похожий на сосиску с крылышками, приползает к муравьихам, а те его ловят, отгрызают крылья и уносят к матке. И наш герой, связанный, обездвиженный, некоторое время служит донором спермы для королевы, а потом погибает. Это была преамбула. А теперь возвращаемся к так называемой рецензии.
Что же по толстому самое опасное? Как бы выразиться поделикатнее...Втюриться в женщину. Он и Гусева, своего молодого секретаря об этом предупреждал. Да. Такие дела. Ну, а почему нет? говорят, древние люди, в отличие от нас, время по другому воспринимали, как спираль (помните у традиционалистов - вечное возвращение и так далее) отсюда и жизненные циклы. Сначала муж набирается опыта, учится жизни и к 25 годам женится. Потом живет в браке 25 лет, после чего бросает семью и идет философскими тропами куда глаза глядят, но прочь от домашнего очага. То же и с Толстым приключилось. И дневники Гусева об этом хорошо говорят, не только об этом, разумеется, но мы же, если помните, сейчас ведем разговор о самом опасном... Так вот, женился Толстой в 35 лет. Жил жил в браке какое-то время, а потом в нем перемена случилась. Я не буду сейчас брать в оборот различные пути, приведшие к слому традиционного мировоззрения, арзамасские ужасы и тому подобное. Я хочу подумать о том, что привело к разрыву между Толстыми-супругами. Да, Лев Николаевич стал жить духовными идеалами. А Софья Андреевна продолжала барствовать. Духовного единения не случилось. Лев Николаевич очень хотел сбежать из тяготившего его семейного круга, но не мог по причине того, что не хотел причинить боль близким. Особенно жене, которая поговаривала, что в таком случае наложит на себя руки. Да уж, ситуация. Жалко очень Льва Николаевича, получается, не мог свою жизнь трансформировать так, как хотел. Развязаться, стать свободным. Ну и супругу жалко, ведь оказалась с таким хоть и великим, но очень уж неординарным мужем. Родила ему столько детей, а он потом и сомневаться в деторождении стал. Хорошие дневники вышли у Гусева, хоть и предельно деликатные, но очень красноречиво свидетельствующие о последних годах жизни великого писателя.
5 понравилось
