Вода и ветер

В коллективной подборке "Книги об однополой любви", где этот сборник находится, написано: "Книг о любви не просто много, почти все книги затрагивают эту тему. А вот книг о любви нестандартной - не очень..."

Долго пыталась понять, где любовь в этой книге. Особенно нестандартная. В начале рассказчица приезжает в провинциальный город Р. и встречает там знакомую. Рассказчица не лесбиянка, она говорит, что ей надоели мужчины из-за их эгоизма и она хочет отношений с женщиной. По чистой случайности она недавно увидела в ночном, судя по намекам, тематическом, клубе свою однокурсницу Лизу, с которой давно не встречалась, и удивлена этому. Знакомая начинает рассказывать историю Лизы, которую не взяли в аспирантуру, предпочитая иногородней студентке коренных жителей из интеллигентных семей со связями, и Лиза вышла замуж, чтобы не возвращаться к родителям в тмутаракань. Дальше про любовь тоже нет, какую бы то ни было, однополую или нет. Дальше чернушная жесть, помноженная на постмодернистский метатекст. Это можно читать, даже нужно, но не как фемслэш, потому что книга о другом.

Я прочитала и не поняла: ЧТО ЗДЕСЬ ДЕЛАЮТ ТЕГИ "ГОМО" и "ЛЕСБИ"?? Первая часть книги это повесть о неудачной семейной жизни девушки и парня, который оказался игроманом, а вторая рассказы, в которых практически ничего про гомосексуальную тематику нет. Ранняя Георгиевская - ни разу не радикальная феминистка, что бы там не говорила сама автор на эту тему. Радикальные феминистки не разрешают критиковать глупых, слабых, толстых, мазохисток... а здесь сильные героини, хотя далеко не мерисью, обычные люди со своими недостатками и не любящие слабость во всех ее проявлениях.

Рассказы очень сложные, не советовала бы любителям бытовой прозы вроде Виктории Токаревой. Там столько отсылок к философии и религии, что иногда без словаря не разобраться...

Если судить по приметам быта, таким как отсутствие интернета в каких-то районах или проблемы с ним, расчетно-кассовый центр, куда платят за квартиру и др., то действие повести "Вода и ветер" разворачивается приблизительно в 2002 или 2003 годах. Но затрагиваемые автором проблемы до сих пор актуальны.

– У меня тут картошка с мясом в холодильнике, пожарь, а? Я сам готовить задолбался.

– Я не повариха, – спокойно ответила Лиза, собираясь уходить.

– Ну, понимаешь, я не могу готовить, когда в квартире женщина!

– Я достаточно на мужа готовила, тоже хочу от этого отдохнуть.

– Ты мне понравилась. Почему бы для хорошего человека не приготовить? Может, твой бывший был козлом, не знаю, мне по фиг на это, но это не значит, что ты вообще про кухню должна забывать. Я, понимаешь, не могу готовить, когда в квартире есть женщина.

– Её сейчас здесь не будет, – сказала Лиза и взялась за дверную ручку.

Или стереотипы о феминизме:

– Нет, я не могу взять на работу эту дуру! Да, про неё Сидоров говорил, что у неё абсолютная грамотность, но я ещё слышал, она какая-то ужасная феминистка. Мне этих феминисток недотраханных на корректуре не надо!!

– Какая чушь, Никита Феликсович, – ответила невидимая собеседница полупрезрительным тоном. – У моего мужа, если я вам ещё не говорила, двадцать сантиметров. А я феминистка. Если вы мне не верите, я вышлю на ваш мобильный телефон откровенное видео. Хотите?

Лиза и секретарша на секунду застыли. Мало кто мог так разговаривать с редактором и оставаться безнаказанным. Редактор сразу осёкся и пробормотал:

– У меня нет видео на телефоне.

– Я вам подарю на день рождения новый. Если вы мне повысите зарплату.

О запрете на многие профессии для женщин и домашней работе:

Она не имела юридического права получать деньги за то, что поднимает ящики с пивом. Она имела право только платить деньги за то, что поднимает штангу в спортзале.

Оценка 5. Только тем, кто хочет почитать о лесбийской любви, книгу лучше не покупать или не скачивать:)