Цитаты из книги Утраченные иллюзии

"В истинном таланте всегда все просто, открыто, он чист и чужд самомнения, его эпиграмма приятно волнует ум, никогда не бьет по самолюбию."

- Воистину надобно быть великим человеком, чтобы хранить равновесие между гениальностью и характером. Талант расцветает, сердце черствеет. Надобно быть гигантом, надобно обладать мощью Геркулеса, иначе погибнет либо сердце, либо талант.

Нравоучители никогда не дойдут до полного понимания того, какое влияние оказывают чувства на расчет. Влияние это столь же сильно, как влияние расчета на чувства.

Критика обязана рассматривать произведение со всех точек зрения.

Беспомощный рисунок, преображенный рукою мастера, мазок кисти с живой натуры всегда скажут больше, нежели всякие теории и наблюдения.

Белокурые волосы, густые и шелковистые, благоухали и рассыпались золотыми, искусно взбитыми локонами. Дерзкая самоуверенность и предвкушение блистательного будущего отражались на его лице. Миндалевидные ногти на его выхоленных, женственных руках приобрели блеск и розовый оттенок. На черном атласе воротника сверкала белизна округлого подбородка. Никогда еще с высот Латинского квартала не спускался более пленительный юноша.

Чувство уверенности, которого не знает любовь, скрепляет дружбу и увеличивает ее прелесть.

Первый был г-н де Марсе, возбуждавший пламенные срасти и тем прославленный, примечательный своей девичьей красою, томной и изнеженной, но его пристальный взгляд, спокойный, твердый и хищный, как взгляд тигра, вносил поправку в эту красоту; его любили и боялись.

Луиза почувствовала себя посрамленною в любви, - переживание самое обидное для француженки, и горе возлюбленному, повинному в том.

В старом парижском платье все, даже складки, свидетельствуют о вкусе, оно говорит само за себя, можно вообразить каким оно было прежде, тогда как старое провинциальное платье невообразимо, оно просто смешно.

Мы ступаем в эпоху, когда частные состояния из-за уравнивания доходов уменьшаются, наступает всеобщее обеднение; нам понадобятся и дешевое белье, и дешевые книги, как уже требуются картины малого размера за отсутствием места для больших картин. Сорочки и книги будут недолговечны - вот и все! Добротность изделий падает всюду.

В этой уже давней дружбе один любил до идолопоклонства, и это был Давид. Люсьен повелевал, словно женщина, уверенная, что она любима.

Она ни на что не могла надеяться, даже на случай, ибо бывают жизни без случайностей.

Блаженны познавшие ад на земле.

И точно, наши смешные стороны рождаются обычно из прекрасных чувств, из достоинств или способностей, доведенных до крайности. Гордость, не умеренная привычками большого света, перерождается в чопорность, разменивается попусту, вместо того чтобы приобретать величие в кругу возвышенных чувств. Восторженность — достоинство из достоинств, — порождающая святых, вдохновляющая на тайное самопожертвование и поэтические взлеты, обращается в плену провинциальной жизни в напыщенность.

Грабеж всегда влечет за собою убийство.

Восторженность - достоинство из достоинств, - поражающая святых, вдохновляющая на тайное самопожертвование и поэтические взлеты, обращается в плену провинциальной жизни в напыщенность.

Люсьен был строен среднего роста. Взглянув на его ноги. можно было счесть его за переодетую девушку. тем более, что строение бедер у него, как и у большинства лукавых, чтобы не сказать коварных мужчин, было женское.