Канлодка в кильваторе крейсера
Канонерская лодка "Кореец" у стенки мастерских в Порт-Артуре перед ремонтом последствий боя с фортами Таку. Лето 1900-го года. Обратите вниманию на слившиеся парные пробоины в корме корабля, во время тушения пожара после первого попадания туда же попал второй снаряд унесший жизни одного офицера и двух матросовБиография "Корейца" за авторством Виктора Катаева вышла в "синей" серии https://s.livelib.ru/img/icons/selection.png">Война на море в 2013-м году и ныне является умеренно редкой с букинистической точки зрения по сравнению с другими книгами серии. Это единственный пример корабля малого тоннажа, удостоенного отдельной книги от постройки и до гибели, все прочие книги рассказывают целиком о сериях канлодок, эсминцев или миноносцев. Объясняется этот факт просто, "Кореец" обе свои войны - подавление восстания ихэтуаней и русско-японскую - встретил в качестве корабля на передовой и непосредственно участвовал в боях, так что фактуры для 125-страничной книги вполне хватило. В народной памяти его судьба навеки была связана с крейсером "Варяг", канонерская лодка стала самым известным кораблям своего класса в отечественной истории вообще.
Пришедшая с Балтики на Дальний Восток весной 1888-го года как и любой боевой корабль меньше крейсера исполнял в регионе кучу обязанностей: моталась от Манилы до Владивостока, сопровождала Наследника в его восточном круизе, служила в качестве стационера в портах региона, участвовала в анти-японской демонстрации 1894-го года, в числе первых занимала Порт-Артур, охраняла котиков на Командорах. Боевое крещение лодка получила при штурме фортов Таку (или Дагу) в устье реки Пейхо 4 (17) июня 1900-го года, которые лежали на пути объединенных контингентов до Пекина, где оборонялся посольский квартал. Форты было решено брать комбинированным обстрелом с реки и десантом на суше, от русской эскадры были отправлены проходящие по осадке "Гиляк", "Бобр" и герой нашей книги. Пока шли переговоры, международный отряд поднялся выше фортов по течению, после того, как переговоры сорвались, начался штурм в обратном порядке, спускаясь к устью канлодки сначала стреляли по фортам левого берега, потом правого, причем маневрирование исключалось, канонерки стали на якорь во время прилива, китайцы навели на них свои пушки, потом начался ночной бой во время отлива, и китайские форты начали давать перелеты. Тем не менее, гладкоствольные орудия фортов почти на прямой наводке против условно небронированных кораблей тоже причиняли серьезный ущерб, "Кореец" понял потери в числе 10 убитых и 21 раненых, на "Гиляке" убитых было меньше, но раненными свыше полсотни, почти половина экипажа. В "Бобр" вообще ни разу не попали. Наиболее серьезными и опасными попаданиями были два снаряда в комнату старшего офицера, как раз над кормовым погребом, который пришлось затоплять при начавшемся пожаре. Остальные замеченные попадание в корпус пришлись на бортовые угольные ямы. За время боя канлодка выпустила 1303 снаряда, примерно 2/3 боекомплекта, причем наиболее удачными попаданиями с разных канлодок на трех фортах были взорваны пороховые склады, что сильно бодрило наступающих в десанте и на палубах кораблей. В целом насчет победы над гораздо уступающими в техническом отношении никто не сомневался, главным для ведущих бой было не оказаться в бою хуже других участников интервенции. После боя экипаж наградили Георгиями для офицеров и нижних чинов, после Китайского похода весь экипаж в числе участников мероприятия наградили медалью компании.
Русско-японскую "Кореец" встретил в Чемульпо, где, наряду с "Варягом", пребывала в роли усиленного российского присутствия в неспокойном регионе. Почему, когда отношения накалились до предела, корабли нашей эскадры оказались разорванными как минимум в пяти местах базирования, я еще разбираться буду обязательно, но с началом войны мы потеряли отрезанными от основных сил три канлодки: "Кореец" в Чемульпо, "Манджур" в Шанхае и "Сивуч" в Инкоу. Именно "Корейцу" принадлежат первые русские выстрелы в той войне, и вообще, это было первое боестолкновение примерно в 16-30 26 января/8 февраля 1904-го года (на Порт-Артур японцы напали в ночь на 9-е). С рейда Чемульпо заметили многочисленные дымы эскадры, приближавшейся к порту, "Кореец" к тому времени под уже разведенными парами отправился на разведку и попал прямо между двумя колоннами из трех японских крейсеров и четырех миноносцев. С крейсеров огня не открывали, только перекрыли путь, зато миноносцы поделились на пары, и заложили круги для выхода в торпедную атаку, причем один из японцев при этом выскочил на камни. Три других вышли в торпедную атаку, две торпеды прошли за кормой канлодки в менее чем десятке метров, зато третья, идущая ровно по миделю, неожиданно затонула в трех метрах от борта. С лодки, уже повернувшей обратно, открыли огонь из 37-мм Гочкисов, но заметных попаданий не было. После чего, входящие в нейтральные воды стороны прекратили огонь. Японцы объяснили чуть позже вечером все сущем недоразумением, а тем временем на русских кораблях готовились к бою.
Если бы "Кореец" успели бы перевооружить на 152-мм Канэ, как уже начали делать на черноморских "Казаках", то в бою, начавшемся примерно на дистанции 45 кабельтовых, от него было бы больше проку, хотя в любом случае весь успех или неудача боя зависели исключительно от "Варяга", а так канлодка начала стрельбу и поняла, что не достает, прекратила огонь и открывала его только при максимальном сближении. Стреляли, похоже по IJN Chiyoda, былому соседу по рейду, и не разу не попали по японским данным. Но и сама "Чиода", взявшая на себя русскую канлодку при распределении целей, при явном преимуществе в вооружении из скорострельных 120-мм стреляла исключительно мимо, причем большинство выстрелов дали перелеты при небольшом количестве недолетов. Впоследствии при осмотре нашли только небольшое осколочное повреждение в носу чуть выше тарана, роль канлодки сводилась к отвлечению японцев от главной цели. Поврежденный "Варяг", вышел из боя, за ним ушел и "Кореец", в порту было решено взорвать корабли, хотя сам крейсер еще сохранял боеспособность, его реальное состояние после боя и сейчас служит предметом ожесточенных споров. В отличии от крейсера, "Корейца" подорвали очень качественно, корпус корабля разломился на три части, корма просто аннигилировалась, нос оторвался и перевернулся вверх килем, только мостик виднелся над поверхностью. Команда после множества перипетий и обязательств не воевать больше, вернулась в Россию, где ее просто осыпали наградами наряду с выжившими с "Варяга". Во второй раз в истории российского флота после боя брига "Меркурий" вся команда, и офицеры и рядовые, получили солдатских и офицерских Георгиев, а после рядовые и унтера - еще и памятные медали за бой под Чемульпо. Это одна из самых редких русских военных наград в современной фалеристике, всего выпущено было 697 медалей. Если учесть, что в 1955-м доживших участников боя еще и наградили медалью "За отвагу", то получается исключительный случай тройного награждения за один бой, в котором противнику вообще не был нанесен никакой ущерб. Разрушенный корпус канонерской лодки японцы уже в следующем году подняли и сдали на металл.
23 понравилось
