Живые и мертвые

Было всё-таки что-то унизительное в том, что вся твоя жизнь зависела от вдруг мелькнувшего в голове воспоминания, которое могло и не мелькнуть, от трёх-четырёх слов, походя сказанных в трубку...

Если дать привыкнуть человеку к тому, что не надеешься на его совесть, может потерять и ту, что осталась.

Самая высшая из всех доступных человеку радостей - радость людей, которые спасли других людей.

Нет ничего труднее, чем гибнуть, не платя смертью за смерть.

Хороших или плохих народов не бывает; все народы одинаково хорошие. А логика войны говорила другое: все немцы плохие, и каждый из них, если ты его не убьёшь, сам убьёт тебя. Война толкала на злобу ко всем немцам подряд.

Всё равно, пока в бою не пощупаешь, не узнаешь какой. Девок и то за глаза не сватают, хотят лично убедиться.

То, чего лишаешься сам, лично, больше болит.

Немцы - противник такой, его и при последнем издыхании шапками не закидаешь!

Но как ни шути над смертью, а в глубине души человек не может с ней примириться.

Старый конь борозды не испортит.

Война, война, мать её так. Чего она только не придумывает, чтобы человека жизни решить, уму не поддаётся.

Так и бывает на войне. Рискует подряд год, второй, третий - и с рук сходит. А потом за всё разом отольется.

А тот, кто гнёт только потому, что у него власть, тот и сам легко гнётся, как только на него с верхней ступеньки надавят. В таком человеке не сила, а тяжесть: сколько на него сверху положат, столько он и передаст вниз, по нисходящей.

Надо и после войны жить по чести. На войне при всех своих недостатках всё же честно живём. Надо и после неё не хуже жить.

Бывает у человека такое сочетание душевного подъема с глубокой усталостью, когда он до последней секунды не верит, что заснёт.

Что неточно, то и неправдиво!

Кому много дано, с того много и спросится.

-Люблю штурмовики! - сказал так, как говорят люди про что-то, что в их жизни уже навсегда: "Люблю степи", " Люблю берёзы". Немцы называют из "чёрная смерть", а для нас это жизнь. Всякий раз смотришь и думаешь: сколько они за этот вылет солдатских жизней спасут?

А идёт всё не так гладко потому, что война вообще палка о двух концах: и ты за неё схватился, и противник из рук не выпускает.

В разгар наступления люди, можно считать, не живут, только воюют. Едят и спят - всё на ходу, когда придётся и где придётся.