Золотая наша Железка

Заинтригованная аннотацией, где книгу обещали как «легендарную юмористическую повесть о мечтателях и борцах, построивших в суровой Сибири уникальный научный центр», я с нетерпением открыла эту повесть. Настраивалась на остроумное, вдохновляющее чтение с яркими героями и понятным сюжетом. Увы, реальность оказалась далека от рекламных обещаний.

Вместо стройного повествования я получила странный коллаж из отрывочных сцен и, как мне показалось, черновых набросков. Создалось полное впечатление, что автор просто собрал под одной обложкой разрозненные фрагменты своих старых записей, не потрудившись соединить их хотя бы слабой сюжетной нитью. Четкой истории в книге нет: строительство научного городка в Сибири лишь обозначено пунктиром, но подано настолько ирреально, словно действие происходит в затяжном, зыбком сне. Отдельные эпизоды и диалоги не складываются в единое полотно, а лишь смутно намекают на ход событий, в котором мне так и не удалось толком разобраться.

Единственным светлым пятном (и то с натяжкой) стал персонаж с говорящей фамилией Великий-Салазкин. В этом герое хотя бы чувствуется экспериментальный, почти гротескный подход автора к созданию характеров. За ним интересно наблюдать , он выделяется на общем фоне. Но вот вся остальная «масса» людей в повести так и остается безликой толпой, механической статисткой. Герои не запоминаются, не вызывают симпатии или антипатии, они просто есть, и их присутствие ничего не меняет.

И как мне кажется, «Золотая наша железка» — это не столько законченная повесть, сколько набросок, этюд или даже какой-то литературный эксперимент. Если вы ждете увлекательной истории о сибирских романтиках науки с юмором и драйвом (как обещает аннотация), вы, скорее всего, разочаруетесь так же, как и я. Лично для меня чтение превратилось в скучное продирание сквозь обрывки текста, а оценка 3 — это еще щедро, с учетом образа Великого-Салазкина и надежды, что где-то у автора есть нечто более стройное и живое.

Читая очередную повесть Василия Аксёнова я постоянно ловил себя на мысли, что нечто я уже у него читал.
Повесть полна героев его более ранних произведений и неких отсылок к более ранним его работам. Мне это напомнило манеру Джойса вводить в произведение героев из своих более ранних работ и намекать этим на некие события и обстоятельства. Эдакий аналог пасхалок в современном кино.
Общее ощущение от повести сложное. Есть стойкое чувство, что в ней описан сон или сны множества людей. Иногда коллективный сон иногда индивидуальный. Не берусь судить насколько так себя ощущали люди в описываемый период. Мне это показалось некоей метафорой того, что из себя представляла не то чтобы жизнь того времени, а скорее желаемое ощущение от жизни для людей того времени.
Если есть в повести нечто пародийное или комедийное я его не считал. Может я не смог, а может дух этот со временем выветрился. Вроде бы и есть переклички с Бочкотарой, но мягче и как-то вскользь. Аналогично и с другими его работами. Повесть эта некое попурри его ранних работ. Но такое туманно-сонное. Может для большего понимания надо его перечитать... Попробую со временем.