Цитаты из книги Far from the Madding Crowd

Bathsheba indulged in contemplations of escape from her position by immediate death, which, thought she, though it was an inconvenient and awful way, had limits to its inconvenience and awfulness that could not be overpassed; whilst the shames of life were measureless.

Self-beguilement with what she had known all the time to be false had given her strength to come over half a mile that she would have been powerless to face in the lump. The artifice showed that the woman, by some mysterious intuition, had grasped the paradoxical truth that blindness may operate more vigorously than prescience, and the short-sighted effect more than the far-seeing; that limitation, and not comprehensiveness, is needed for striking a blow.

There is always an inertia to be overcome in striking out a new line of conduct - not more in ourselves, it seems, than in circumscribing events, which appear as if leagued together to allow no novelties in the way of amelioration.

Where there is much bias there must be some narrowness, and love, though added emotion, is subtracted capacity.

У него нередко бывали минуты, когда он живо чувствовал, что в жизни, которая выпала ему на долю, есть своя прелесть.

По молодости лет чувства у юноши вторгаются в разум и заставляют его подчиняться их внезапному побуждению.

Лицо ее было исполнено такой одухотворенности, которая рождается одиночеством. Взгляды множества людей будто стирают с лица индивидуальность, обкатывают его, как волна камень. Но в тихих водах уединенной жизни каждое чувство и мысль распускаются с той откровенностью, которую можно увидеть разве что на лице ребенка

Батшеба по-прежнему его любила, хотя её любовь была смертельно ранена и отравлена мрачными предчувствиями.

Вот это-то и было роковым упущением со стороны Болдвуда - он ни разу не сказал ей, что она красива.

Оук, плотно сомкнув веки, предавался игре воображения, и оно так и бурлило, унося его, словно быстро бегущее течение реки под плотным покровом льда.

Габриэль был уже в том возрасте, когда чтение Святого писания перестаёт быть неприятной обязанностью, от которой, естественно, уклоняется подросток; он теперь частенько заглядывал в него, и сейчас ему припомнились слова: "Горше смерти для меня женщина, чье сердце подобно тенетам". Это восклицание вырвалось из его сердца, как пена из бурной волны. Чтобы там ни было, он все равно боготворил Батшебу.

Обурення тим, що вона чує, боролося в ній з нестримним бажанням слухати ще і ще.

Жінки вічно скаржаться на чоловічу непостійність, але до сталості вони ставляться зневажливо.

— Валяй ещё кружку! После второй силы прибудет вдвое. Становится этак тепло да славно, работа так и спорится, все идёт как по маслу. Слишком уж налегать на спиртное - плохое дело, ещё угодишь в пекло к рогатому. Но ведь не всякому дано разбираться в напитках, а раз уж мы получили этакий дар, то будем пользоваться им на славу.

Первоначально то был просто ящик, предназначенный для жилья. Голые, без единого выступа стены выдавали убожество обитателей дома – так очертания трупа проступают сквозь саван.

На вашем месте я бы поздоровался с ним. Можно ни черта не вкладывать в свои слова, но надобно быть учтивым.

Он глубоко оскорбил её своей бестактностью, и дело было не в том, что он видел то, что ему не пологалось — это случилось не по его вине, – а в том, что он нашёл нужным сказать ей об этом.

Половина удовольствия от любого ощущения состоит в том, что вам хочется тут же его высказать, что я и сделал.

Правда, до своего замужества она привыкла к одиночеству, но раньше ее можно было уподобить человеку, одиноко стоящему на вершине горы, а теперь она как бы находилась в одиночном заключении.

Соответствие - основа прекрасного.