Обыкновенная История

Ты человек молодой: где тебе быть так усердну к церкви божией, как нам, старикам? Бог пожалеет твоей молодости. Не тужи: у тебя есть мать. Она не проспит.

- Не заводи роскоши никакой, ничего такого, но и не отказывай себе в чем можно; захочется полакомиться – не скупись. Не предавайся вину – ох, оно первый враг человека! Да еще (тут она понизила голос) берегись женщин! Знаю я их! Есть такие бесстыдницы, что сами на шею будут вешаться, как увидят этакого-то…

Она с любовью посмотрела на сына.

-Отчего он так похудел? - сказала Анна Павловна, куда волоски-то у него девались?
- Не могу знать, сударыня! - сказал Евсей,
барское дело!

Племянника своего он не знает, следовательно и не любит, а поэтому сердце его не возлагает на него никаких обязанностей: надо решать дело по законам рассудка и справедливости.

О горе, слезах, бедствиях он знал только по слуху, как знают о какой-нибудь заразе, которая не обнаружилась, но глухо где-то таится в народе.

Слёзы давно кипят у ней в сердце; они подступили к горлу, давят грудь и готовы брызнуть в три ручья; но она как будто берегла их на прощанье и изредка тратила по капельке.

Квартира у меня, как видишь, холостая, для одного: зала, гостиная, столовая, кабинет, ещё рабочий кабинет, гардеробная да туалетная - лишней комнаты нет.

Любовь имеет свои законы развития, свои возрасты, как цветы, как жизнь человеческая. У ней есть своя роскошная весна, свое жаркое лето, наконец, осень, которая для одних бывает теплою, светлою и плодотворную, для других — холодною, гнилою и бесплодною.

Я никогда не сближался ни с кем до такой степени, чтоб жалеть, и тебе то же советую.

Закрой клапан, Александр!

но беда была в том, что сердце у ней было развито донельзя, обработано романами и приготовлено не то что для первой, но для той романической любви, которая существует в некоторых романах, а не в природе, и которая оттого всегда бывает несчастлива, что невозможна на деле.

- И незачем! Надо уметь и чувствовать и думать, словом жить одному; со временем понадобится.

Так вы совсем не верите в чувство, когда оно не выказывает так, как вы хотите?

– У тебя кто напишет вздор, тот и чудовище. Этак бы их развелось несметное множество.

Вы забыли, что человек счастлив заблуждениями, мечтами и надеждами;  действительность не счастливит.

Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей.

И умные женщины любят, когда для них делают глупости, особенно дорогие. Только они любят большею частию при этом не того, кто их делает, а другого...

Было счастье в руках, да не умели пользоваться.

Зачем же ты воображал, чего не бывает?