Гобсек. Евгения Гранде

"Как не остановить бегущего бизона, так не остановить поющего Кобзона", - писал в свое время пародист Александр Иванов о нашем великом эстрадном певце. Почему-то я всегда вспоминаю эту эпиграмму, когда сталкиваюсь с прозой другого великого - теперь уже французского писателя Оноре де Бальзака. Настолько он многословен и назойлив в своих описаниях, что кажется, что бизон будет бежать до бесконечности, как, впрочем не будет умолкать и распевшийся Кобзон.

Но повесть "Гобсек" в ряду его произведений стоит несколько особняком, по крайне мере, для меня. Здесь Бальзак неожиданно предстает довольно лаконичным , правда, насколько этот термин к нему может быть применим. И, как ни странно, ограничив свое словоизлияние, Бальзак смог создать едва ли не самое сильное и прямо-таки эпическое произведение.

На одном из ранних этапов своего существования повесть называлась "Папаша Гобсек". Сразу возникает аналогия с другим произведением автора "Отцом Горио". Кроме аналогии между повестью и романом есть более тесная связь, дело в том, что ростовщик Гобсек и адвокат Дервиль упоминаются в романе, а одной из героинь повести является графиня де Ресто, старшая дочь отца Горио. Такие переходы героев из одного произведения в другое - довольно типичное для Бальзака дело.

И все же, автор убрал "папашу" из названия, оставив только имя, даже здесь проявилась не свойственная автору лаконичность, но заслуга в этом, как мне кажется, не столько самого Бальзака, сколько Рембрандта. Рембрандт - это вам не Рубенс, здесь нет того упоения красками, здесь преобладают темные и серые тона, подчеркивающие силу света, который всегда акцентируется на главном.

Бальзак почувствовал, что по-настоящему гениально передать сущность героя, которого он собирался явить миру, могла бы только кисть Рембранда, и он решил максимально, насколько это возможно, приблизиться в тексте к мастерству великого голландца. Может потому он и Гобсека сделал голландцем, чтобы острее чувствовалась преемственность между художником и писателем. И портрет получился строго в рембрандтовском стиле - сдержанность красок компенсируется мощью освещения.

Образ Гобсека вышел тёмным и мрачным, и в то же время в этой мрачности присутствует необыкновенной силы свет. Самое интересное, что при всей изначальной условной отрицательности этого героя, чего стоит дословный перевод его имени - сухоглот, к концу произведения Гобсек предстает личностью, не лишенной некоторых положительных качеств. При всей своей скаредности, бездушности и полной зависимости от поклонения золотому тельцу, в нем сохранились какие-то понятные ему представления о чести, он может отнестись вполне по-человечески к людям, которые доверились ему без всяких условий. С рассказчиком - Дервилем - у Гобсека даже возникает что-то типа взаимной симпатии.

Сам Дервиль говорит о Гобсеке: "в нем живут два существа: скряга и философ, подлое существо и возвышенное". И подлость, и возвышенность вращаются вокруг главной для ростовщика сущности - золота.
"Золото - вот духовная сущность всего нынешнего общества", - откровенничает Гобсек. Вообще в его отношении к золоту присутствует некая магическая составляющая, что-то древнее и тайное, почти библейское, и оно придает ему своеобразный таинственно-романтический ореол. Снова дадим слово Дервилю: "Этот высохший старикашка вдруг вырос в моих глазах, стал фантастической фигурой, олицетворением власти золота".

Гобсек неожиданно предстает мостиком, соединяющим романтизм, на котором был воспитан автор, и реализм, проводником которого Бальзак пытался быть. При всей реалистичности изображаемого мира наживы и деловой жестокости, лишенного каких-либо романтических сентиментов, перед нами предстает последний романтик, имеющий бурную пиратскую молодость, и перевоплотившийся в рыцаря желтого металла. Тема рыцарства позволяет вспомнить пушкинского скупого рыцаря, а пиратские мотивы отсылают к байроновскому "Корсару". В любом случае, Гобсек немало повидал на своем веку, недаром Дервиль говорит: "...я глубоко уверен, что ни одна душа человеческая не получила такой жестокой закалки в испытаниях, как он".

Но золото только инструмент, истинная суть "рыцарства" Гобсека - тщеславие. Вот его кредо: "Тщеславие! Это всегда наше «я». А что может удовлетворить тщеславие? Золото! Потоки золота. Чтобы осуществить наши прихоти, нужно время, нужны материальные возможности или усилия. Ну что ж! В золоте все содержится в зародыше, и все оно дает в действительности". Тщеславие приводит Гобсека к ощущению властителя человеческих судеб, от которого и до комплекса бога недалеко, и он проговаривается: "У меня взор, как у Господа Бога: я читаю в сердцах. От меня ничто не укроется".

Создается впечатление, что Бальзак симпатизирует своему герою, и даже мелькает шальная мысль, что Гобсек - это некое невоплощенное в реальной жизни авторское альтер эго. Ведь Гобсек обладает двумя вещами, которыми всю жизнь стремился обладать его породитель: золотом и умением "читать людей" и их поступки.

Роман Бальзака, впервые опубликованный в 1833-м году, развивает две противодействующие тематики: любовь к материальному и любовь к духовному.

Первая тематика прекрасно раскрыта на примере господина Гранде, или как его называли в народе "папаши Гранде". В своё время ныне успешный провинциальный виноторговец разбогател на скупке конфискованных церковных владений. Мало кто догадывался об истинной величине его состояния, чему не мало способствовал аскетический образ жизни, который вёл папаша Гранде и которому вынужденно следовала его семья. Госпожа Гранде и дочь Евгения, привыкшие к абсолютному подчинению, не сетовали на отсутствие элементарных удобств, неуютный дом, редкое наличие на столе фруктов и мяса. Гранде, видивший в людях только деньги, искренне полагал, что тратить их необходимо только на то, что невозможно получить бесплатно. Он неохотно расставался с золотыми монетами, предпочитая хранить их в сундуках, находя почти физическое удовольствие в пересчитывании своих постоянно преумножающихся накоплениях. Собственно, страсть к золоту и обладание им превратились для бывшего мэра Сомюра в навязчивую идею.

Как это ни странно, даже жена и дочь не подозревали об истинных размерах их состояния и вяло пребывали в состоянии счастливого неведения. Евгения, скромная и тихая девушка, много работала по дому, в свободное время вышивала и штопала – Гранде полагал, что в доме все должны приносить пользу от рассвета до заката, а не тратить время на бесполезные занятия. Периодически в доме собиралось провинциальное избранное общество, члены которого подозревали о богатстве Гранде и следовательно, имели некие матримониальные планы на молодую Евгению.

Всё изменилось, когда в доме почтенного семейства появился племянник Гранде, молодой парижанин Шарль. Неудивительно, что красивый, хорошо одетый молодой человек со светскими столичными манерами произвёл неизгладимое впечатление на неискушённую провинциалку, и Евгения неосознанно потянулась к нему. Случившееся же с Шарлем несчастье, банкротство и самоубийство отца, разбудили в ней не только чувство сострадания и благородной жертвенности, но и дух противоречия – она впервые отважилась пойти против отца. Для папаши Гранде банкротство, случившееся с его братом, – есть худший позор для человека, тогда как Евгения готова отдать кузену все свои скромные сбережения.

Несмотря на родившееся противостояние дочери и отца, который не мог и помыслить о согласии на брак Евгении с нищим родственником, их объединяет одна общая черта – неоспоримое упрямство. Только если у старика Гранде оно выражается в неотсупном поклонении своему главному идолу – золоту; то у Евгении эта черта проявляется в следовании своим чувствам, готовностью пожертвовать собой ради любви.

Судьба жестоко обошлась с Евгенией, презрев её благородный и всепрощающий характер. На протяжении всего произведения Бальзак ни разу не позволил читателю усомниться в светлом, одухотворённом образе молодой женщины, пережившей жестокое предательство. Верная своим моральным принципам, Евгения всегда оставалась самой собой, неся в душе благотворное тепло и утешительную любовь.

Верным решением было взять "Гобсека" после "Отца Горио", потому что тут поминается одна из его дочерей - графиня. О которой - многое становится понятно...
По завязке я было подумала, что после феерии "Шагреневой кожи" меня ждет легкая и быстрая прогулка. Но - в 80 страниц автор умудрился уместить... столько!
Начало истории Гобсека (это фамилие такое, причем говорящая - означает "Живоглот") сильно мне напомнило - что-то из сказок Гофмана или Гауфа. Только вместо холодного сердца тут - сердце из золота. Но от полумифического существа Румпельштильцхена Гобсека отличает то, что: он много видел, обогнул на корабле практически весь мир, и

Про стиль Бальзака отдельно говорить не буду, он как всегда - прекрасен. Но тут меня больше захватили людские судьбы.
Приступая к повести,я думала, что тут будут шутки уровня "раз идеальная пара - Вассерман и Новодворская, то идеальная книжная пара - Гобсек и старуха-процентщица". Но... В начале нашего знакомства со старым ростовщиком автор словно рисует и сталкивает два мира: богатой графини, которая вынуждена поддерживать свой "имидж" и занимает деньги, поддавшись на уговоры любовника. И бедной белошвейкки, которая работает не разгибая спины. Наглядно, ярко, понятно. И понимаешь, что вся неуступчивость и бесчувственность Гобсека - не от холодного сердца. А от того - что он прожил жизнь, посвященную обороту денег, и насмотрелся - всякого. И то, что он проникся хоть каким-то теплом к рассказчику - уже о чем-то говорит.
Я-то думала, что история графини тут - просто для примера. Но - она выходит на первый план, и... Оооо - что это за история! А финальный выход графа - сделает честь любой статуе Командора. Разве не было такого за закрытыми шторами богатых поместий? Вот эта история - квинтэссенция того, чем я восхищаюсь во французском характере и от чего... недоумеваю. Посвятить свою жизнь получению удовольствия - есть тут яркая метафора

Есть же поговорка: "Если у женщины есть голова - у нее есть любовник". При этом... Образ графини напомнил мне поразивший в свое время в самое сердце образ - Миледи. И спешу признаться, что здесь - я на стороне графа.
А мораль так проста: к гробу багажник не приделаешь. Очень ярко автор рисует - во что обращаются все богатства. Что еще отличает Бальзака от сказочников: в сказках обычно злодеи получают по заслугам, но месье воспевает - жизнь. И еще невзначай поделился секретом писательского мастерства: наблюдательность и умение слушать.
Думала растянуть эту небольшую повесть между делом - а впитала вместо завтрака. Хотелось бы сказать, что вся так - сказочно и театрально, с такими яркими метафорами и эмоциями. Но - подобные люди и жили, и живут рядом с ними. Автор просто умел это описывать - так... Думаю, рекомендации здесь излишни: думала получить проходную повесть, а получила... А сколько еще чудных судеб меня ждет)))

Мое первое серьезное знакомство с мсье Бальзаком, несомненно, увенчалось успехом. Я зачиталась и проглотила "Евгению Гранде", буквально, за день, не находя в себе сил оторваться и заняться чем-либо еще, я утонула в книге с головой, захлебываясь меткими описаниями и потрясающими психологическими портретами каждого персонажа, даже проходного. Бальзак - мастер деталей, и это меня восхищает, он не набрасывает портреты крупными, широкими мазками, как тот же Фицджеральд, если вы читаете Бальзака, будьте уверены, вам в красках распишут каждую розочку, каждую морщинку и каждый порыв, ничего не укроется от пера этого потрясающе наблюдательного человека и тонкого знатока душ человеческих. Он уверенной рукой, отстраненно, не делая различий и скидок, препарирует перед вами и стыдливую первую любовь, и расчетливую алчность, и мелкое предательство, и домашнюю тиранию, и много еще того, что свойственно людям.
На первый взгляд, сюжет может быть достаточно прост и незатейлив, впрочем, человеческие комедии сами по себе не часто бывают так уж сложны внешне, но если дать себе труд и задуматься, то из банальной истории тайной любви дочери скряги и ее кузена, скорбящего по своему отцу, роман превращается в интересное и глубокое исследование скрытых процессов, движущих всеми участниками коллизии. Что-то вызовет жалость, что-то - сочувствие, что-то может вызвать омерзение или восхищение, но остаться равнодушным чрезвычайно сложно, скажу я вам.
Интересно отметить, что, как по мне, каждый более-менее крупный герой романа если не фанатик, то фанатиком становится, разница лишь в выборе религии: папаша Гранде выбрал себе для поклонения золотого идола, кладя на его алтарь всю свою семью и себя в первую очередь, Евгения стала адепткой сразу двух богов, смирения и первой влюбленности, ее мать принесла себя в жертву жестокому богу послушания, Шарль долго колебался, но преклонил колена перед тем же богом, что и папаша Гранде, и каждый верил столь истово, что не замечал рядом с собой других живых людей, нуждающихся во внимании, понимании и терпении, что, как известно, безнаказанным не остается. Аминь.

Аудиокнигу можно смело рекомендовать любителям классической музыки. Когда 224 страницы печатного текста в озвученном варианте длятся 16 часов, то нет сомнений - музыкальные интервалы не уступают по объёму голосовым. Само чтение тоже неспешное. Маргарита Захария торжественно-напевно в течение одной-двух минут воспроизводит очередной абзац, а следом вклинивается музыкальная двухминутная пьеса. Нужно некоторое время, чтобы привыкнуть к такой озвучке. Даже в ускоренном темпе она выглядела замедленной.

Главную героиню Оноре де Бальзак рисует, используя всю палитру красок. Она может вызывать и зависть, и сочувствие, и уважение. Евгения - любящая дочь, но она способна проявить стойкость и воспротивиться воле отца, когда дело касается чести. Она хранит верность первой любви, но согласна вступить в брак, следуя условностям света. Строго ведя финансовые дела, внушает уважение богоугодными и благотворительными деяниями...

Вынеся в название имя Евгении Гранде, Оноре де Бальзак не ограничивает себя рамками жизнеописания главной героини, он погружает читателя в атмосферу сомюрского общества. Писатель иллюстрирует стяжательство, скупость, изворотливость папаши Гранде, установившего строгие порядки и обычаи управления в собственном доме. Г-жа Гранде "спала, ела, пила, ходила, как того желал супруг". Дочь считала такое поведение в порядке вещей и безропотно следовала наставлениям матери и отца. "Видеть золото, владеть золотом стало его манией" - ставит писатель диагноз "добряку" и бочкарю Гранде.
Увы, я не сумела полностью оценить таланта стяжательства папаши Гранде, так как суть финансовых операций и махинаций для меня не всегда была достаточно ясной и понятной. Луидоры, франки, ливры, экю, доллары... португальские, голландские и генуэзские червонцы, испанские пистоли, рупии и наполеондоры... золото, серебро, медь... векселя, проценты, обязательства, облигации ренты... ликвидаторы и кредиторы - одних терминов мне было достаточно, чтобы признать значительность действий бочкаря.
Но при всём этом мне Гранде не виделся редкостным деспотом, тираном, скрягой. Все эти неприятные недостатки ему присущи, но на фоне остальной публики он смотрится вполне гармонично. Стоит повнимательнее присмотреться к крюшотинцам и грассенистам, ведущим охоту за Евгенией и её миллионами или заглянуть в будущее некоторых кажущихся приличными героев, как увидим, что всё общество погрязло в пороках. Оноре де Бальзак мастер по человеческим несовершенствам и пагубным страстям.
Вот нам представлен де Грассен в Париже, где он избран депутатом, влюбился в одну из хорошеньких актрис театра, позабыв, что является отцом семейства в Сомюре.
Вот кузен Шарль, совсем ещё недавно такой милый, а сейчас зарабатывающий деньги на торговле людьми, продающий без разбору "китайцев, негров, ласточкины гнезда, детей, артистов".
А вот г-н председатель де Бонфон (отменивший отцовскую фамилию Крюшо), проявляющий юридическую изворотливость, расчётливо желающий смерти жене...

Мне всегда нравились зарисовки из прошлой жизни французского общества, которые мастерски преподносит нам классик. Но заметила, что уже не так строго сужу отрицательных героев, отыскивая в них крупицы отзывчивости, доброты, понимания... Феликс Гранде вполне себе человечен в отношениях с Нанетой, которую никто кроме него не решился взять на службу, он искренне любит жену и дочь, хотя иногда блеск золота затмевает ему разум. Прояви г-жа Гранде некоторую твёрдость характера, поддержи её дочь и верная служанка, история могла бы получится совсем иной...

После двух нуднейших книг - одной очень большой, второй - не настолько, но тоже утомительной - настоящая классика была просто прекрасна. Стиль, слог, образы, отличная работа переводчика и чтеца ( с ужасно подходящей под национальную принадлежность книги фамилией Алексеев-Валуа=D) порадовали. Сюжет мне был известен давно, поэтому наслаждалась нюансами.
Жизненное кредо ростовщика Гобсека:

Он может топать пешком на другой конец Парижа, чтобы обналичить вексель, ни за что не пойдёт в ресторан пообедать, потому что там накормят неизвестно чем, да ещё и за дорого, и выглядит замухрышкой. Но он богаче многих богатеев, а главное - он чувствует себя всемогущим...

Насмотрелся ростовщик таких историй, которые при молодой девушке и не расскажешь. Хотя стряпчий Дервиль пытается, пересказывая жизнь самого Гобсека семейству, к которому после революции вернулось богатство только благодаря грамотному юристу, этому самому Дервилю, прошедшему школу дотошного и безжалостного Гобсека.

Картинки из великосветской жизни - конёк Бальзака (который, кстати, всю жизнь подписывался де Бальзаком, хотя его право на это очень спорное). Тут пощады нет никому: ни светским красавицам, по поведению более напоминающим куртизанок, ни дворянам, гордящимся происхождением от кого-нибудь очень древнего и значительного, не брезгующим шулерством. Зато писатель всегда, правда, не пускаясь в нежности, оказывается на стороне тех, кто пытается построить жизнь на честных принципах и труде. В этой повести - это молодой граф, старший сын семьи, разорённой стараниями ветреной матушки ("И я прочёл на его лице всю будущность графини. Этот белокурый красавчик, холодный, бездушный игрок, разорится сам, разорит её, разорит её мужа, разорит детей, промотав их наследство, да и в других салонах учинит разгром почище, чем артиллерийская батарея в неприятельских войсках.")...

В начале этого года поставила себе условие — читать больше французской классики и постепенно приучать себя к ней. Прежние мои попытки соприкоснуться и проникнуться не увенчались успехом. Я уже начала подозревать, что с этими классиками мне просто не по пути. Сдаваться пока не хочу, поэтому надо пробовать.

Не скажу, что моё мнение кардинально поменялось. Не смогла даже определиться с оценкой. Не сказать, что мне не понравилось, но совсем непросто переварить настолько святых героинь, вроде и понимаю, что прописана она специально с преувеличением, чтобы видней был контраст, но с собой ничего поделать не могу.

Как ни странно, папаша Гранде — совершенно другая история. Его скупость тоже была прописана на максималках, он держал в ежовых рукавицах не только семью, но и себя. Для него деньги были не средством достижения чего либо, а самоцелью. Хотел купаться в них и преувеличивать. Сама мысль о богатствах приносила ему экстаз, комфорт и качественное удовлетворение потребностей совсем его не волновали.

Если бы читала роман лет на десять раньше, то эмоций вызвал бы у меня просто уйму. Сейчас уже такие сюжеты не удивляют, панцирь успел отрасти и прижиться. Предпочла бы убрать мелодраматичную любовную арку, она знатно подпортила впечатление. С другой стороны, автор хорошо проиллюстрировал наивных и доверчивых девушек своего времени, сейчас такое уже редко встретишь.

Кто выиграл в этой войне? Жажда и деньги, либо кротость и доверчивость. Проиграли обе стороны. Середина всегда лучше, недаром её золотой называют. Есть у меня еще несколько книг на примете у автора, надеюсь впечатлят больше, но и эта мне в целом понравилась. Хорошие и прописанные портреты, проиллюстрирован быт и общество, все сбалансировано и аккуратно. Могу только поздравить себя с почином.

В 19 веке, как и в наши дни, всем были нужны деньги. В них нуждались хитрецы и простецы, аристократы и люди из непривилегированных слоев, юные гуляки и главы семейств, почтенные матроны и молодые женщины. У Гобсека они есть и он может их ссудить.
Он - ростовщик непонятного возраста, происхождения и с покрытым мраком прошлым. Человек, который копит и ничего не тратит, живёт почти как бедняк. Даже еду он бережет, что в конце его жизни превратится в настоящую манию.
Гобсек уверен, что материальные ценности есть самое главное в этом мире.

Его глаза загораются, когда появляется шанс заполучить дорогие камни.
Отношение к богатству стало для героя чем-то сродни религиозному чувству. Он страстно «любит теперь только власть и деньги ради самого обладания властью и деньгами». Правда, вполне возможно, он всегда был таким.
Со своего хорошего приятеля стряпчего Дервиля он берёт плюс-минус тринадцать процентов годовых, и то, потому что он уверен, что тот сможет вернуть должок.
Гобсек не только хорошо считает, но он ещё хорошо понимает человеческую психологию. Он видит тех, кто порядочен и тех, у кого «в жилах вместо крови грязь».
Поражает, как тонко этот скряга понял дружбу. Одолжив единственному другу (тому самому Дервилю) деньги под процент, Гобсек тем самым освободил его от чувства благодарности. А осознание, что мы кому-то чем-то обязаны может сильно тяготить.
На этом фоне ещё чётче выделяется его бесчувственность к людям. Смерть его единственной родственницы, внучки сестры, не вызывает у Гобсека никакого отклика.

Надо сказать, экономный ростовщик ведёт себя даже по-своему честно в обществе, которое честностью не отличается. Что характеризует это общество? Махинациями занимаются весьма уважаемые, на первый взгляд, люди, супруги изменяют друг другу и готовы пойти на любой обман ради наследства. Доверие в семье - редкое явление. Корыстолюбие губит многих, кого-то в прямом смысле, а кого-то разрушает изнутри.

Образ болезненно жадного Гобсека должен вызывать неприязнь, но его становится немного жалко, особенно в финале. В нём как будто проклёвывает человечность (хотя может это и громкое слово).
Бальзак подчёркивает, что ростовщик - старик, у него отталкивающая внешность. И всё же Дервиль говорит:

Короче говоря, это история о человеке, который накопил огромное богатство и всю жизнь прожил в одиночестве. Но это был его выбор, пускай общество и подталкивало Жан-Эстера ван Гобсека к такому пути.

...Ах Арбат Бальзак, мой Арбат Бальзак, ты - мое призвание,
Ты - и радость моя, и моя беда!...

Итак, моим победителем 2014-ого в номинации "Самое реалистическое произведение в бытоописании 19 века" стала книга Оноре де Бальзака "Евгения Гранде"!

Я честно признаюсь, почему, я выбрал именно это произведение для чтения:

• Во-первых, уже давно хотел познакомиться с творчеством признанного мэтра европейского реализма.
• Во-вторых, название именно этой книги прельстило меня, фамилия Гранде (что неким образом соотносится со словом "великий") может быть своего рода "лакмусовой бумажкой" и отражать что-то очень важное, что хотел сказать автор.
• Да и имя главной героини такое же как и мое!

• В четвертых, первый перевод этого романа на русский язык сделал сам Федор Достоевский. Мне стало интересно, что же такого интересного нашел в этом произведении наш великий писатель. Читал книгу именно в переводе Достоевского.

  Что же в итоге получилось: очень реалистичное произведение. Для меня чтение отождествилось с неспешной пешей прогулкой по левому берегу Луары, небольшому провинциальному городку, известному производством шипучих вин и ликеров, с посещением домов известных в этом городе буржуа и знакомству с их нравами. Действительно, как и анонсировалось писателем, мы видим здесь типичные сцены провинциальной жизни Франции девятнадцатого века, где жизнь протекает на основе «чисто материальных интересов».

  Мэтр Гранде трясется над своим капиталом, до бесконечности скуп и ценит именно наличие у него денег, а не их возможности, которые могут давать власть. Он занимается исключительно тем, что пытается их приумножить, любит просто любоваться ими вдали от всех. Такой тип богача меня особо раздражает. Для таких как он разорение является самым большим грехом и несчастьем, которое может случиться с человеком. Его жена безмолвна, ничего не решает и не имеет своего собственного слова и мнения в этой семье (что меня также раздражает). У них есть одна дочь Евгения, которую, как понятно, надо очень удачно выдать замуж. Дочь также, я бы сказал, живет "не от мира сего", она ни в чем не разбирается, совершенно оторвана от быта, зато в тонкой чувственности и изящности ей не откажешь.

  Бальзак поначалу активно противопоставляет отца и дочь, но позже, когда происходят изменения в семьи и умирает жена папаши Гранде, мы начинаем замечать сходство в их поведении и "методах восприятия мира". Каждый, однако, делает упор на свои каноны и законы. Не знаю, как еще объяснить эту общность в их характерах, через упрямость, что-ли?

  Весь процесс "проживания" героев течет неспешно, и тут возникает первый важный эпизод, буквально "пробуждающий" Евгению от "тихого летаргического состояния", она знакомится со своим кузеном Шарлем, в которого влюбляется, этот переход Евгении "из одного состояния в другое", "на новый левел" что-ли, с моей точки зрения, центральная переломная точка романа, которая описана Бальзаком просто восхитительно!

  Ну а этот красавец Шарль снова и снова является стандартным французским провинциалом, мысли о деньгах превыше всего! В Шарле девушку привлекает утонченность, манеры. Евгения сострадает Шарлю (так как с ним случилось несчастье). Он уезжает в Ост-Индию, а она остается его ждать и так длятся годы, от него нет никаких вестей...

  Мне совершенно не понравились другие персонажи романа, похоже, автор не захотел их глубоко раскрывать. А надо ли?... Образы господина и госпожи Гранде, Евгении и Шарля настолько глубоки и составляют, скажу математическим языком, оптимальное покрытие 80-ти процентов характеров людей Франции того времени.

  Очень интересна оказалась финальная часть романа, где Евгения становится полноправной хозяйкой состояния папаши Гранде, произошедшие события в конце романа и ее соответствующие поступки (не буду дальше спойлерить) показали нам истинную силу прекрасной женщины с большой буквы! Вглядитесь в ее профиль на форзаце книги, мне она здесь напомнила Сикстинскую Мадонну!...

  Итак, прекрасное удовольствие получено! Осталось только разобраться, что же такого своего внес дорогой наш Федор Михайлович при переводе этого романа. Критики писали, что в первую очередь из-за цензуры, властвовавшей при царе Николае Первом, перевод все-таки отличался по стилистике от оригинала. Ну что же, было бы теперь интересно почитать перевод романа, сделанный позже Мандельштамом, который, согласно мнениям специалистов, более точно передает ритмику Бальзаковского слога.

Повесть "Евгения Гранде" для меня как серия, предшествующая "Гобсеку" - такая же тема отношений "человек-деньги", богатый скупой человек, теранящий жену и дочку и этим отношениям отведено 99% повести, а вся развязка занимает несколько последних страниц. Для меня это было скучно, уныло, разве что финал истории я ждала более трагичный.
Что касается героев, ни старик Гранде, ни жена, ни Евгения, ни Шарль - никто не вызвал отклика, абсолютно было все равно что с ними происходит, возможно, потому, что им самим было все равно. Пожалуй, только Нанета чем-то запомнилась, хотя и была также несчастна, как и все в этом доме.
В общем, это пример стандартной классики, где страдают все и полная угнетения атмосфера.