Ласточка-звездочка

Автобиографическая повесть Виталия Николаевича Сёмина ЛАСТОЧКА-ЗВЕЗДОЧКА продолжает "военную" серию "Самоката". Название серии - "Как это было" - объясняет издательский замысел: рассказать о Великой Отечественной войне честно и объективно - насколько это возможно. Честность гарантируют имена авторов: это русские писатели-фронтовики, очевидцы описываемого, люди с безупречной личной и творческой репутацией. Объективность, мы надеемся, обеспечит "научный аппарат": в каждой книге серии художеств...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,4

61 оценка

5
61%
4
31%
3
8%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 71Хотят прочитать 165

Рецензии

infopres
3 мая 2015
Июнь 1941-го. В одном ростовском дворе живут обычные пацаны, ходят в школу, спорят с родителями, чтят свои неписанные и непонятные для взрослых законы Двора... Но однажды этот понятный и привычный ход жизни нарушает война. Вначале немецкие самолёты над городом и первые бомбардировки, потом линия фронта просто в городе... а вскоре отход армии, и Ростов-на-Дону окажется оккупирован немцами. Очень быстро, уже в ноябре 41-го гитлеровцы вошли в город. И ребята, ещё вчерашние школьники, думавшие о том, как бы заслужить уважение старшего по тусовке или отстоять лишний кусочек личной свободы у родителей, сегодня оказались заняты совсем другим. Дежурили и поддержили порядок в доме, успокаивали мам, тушили пожары, работали в колхозах, совершали разведывательные вылазки в город в поисках хоть какое-то оружия. Вся прежняя мальчишечья их возня стала чем-то таким далёким и малышовым. И мироустройство враз оказалось вовсе не таким уж понятным и справедливым, как представлялось раньше, будущее и подавно не таким определённым и гарантированным, судьбы — хрупки и ломки. И так это просто, так буднично и естественно, что читаешь и понимаешь — всё именно так и происходило. Везде, не только в Ростове.

"До сих пор помимо своей воли Сергей думал о войне как о чем-то ужасном, но случайном и преходящем, что нарушило прочное довоенное течение времени. Рано или поздно война кончится, и время опять потечёт, как прежде. И будет оно прямым продолжением того, что прервалось двадцать второго июня. Ребята будут ребятами, взрослые — взрослыми. У ребят будут свои игры, у взрослых — их дела. Конечно, сейчас Сергей повзрослел, но он соглашался повзрослеть только на время войны. Так тяжело быть взрослым..."
Хорошая книга. В ней как-то удивительно просто и естественно смешалось и детское, и взрослое, школьные разборки и дворовые шалости, и тут же — подвальная жизнь во время бомбёжек и оккупации города.
"Ласточка-звёздочка" - это автобиографическая повесть о ВОВ, выпущенная Самокатом в подростковой серии "Как это было". Но это действительно просто книга о том, как это было. Не подростковая, а вот просто книга о войне, написанная с позиции 14-16-летних пацанов. Но ведь никому в голову не придёт назвать детско-подростковыми автобиограф. роман нобелевского лауреата Имре Кертеса "Без судьбы" (как 15-летним он прошёл Аушвиц и Бухенвальд) или ту же повесть Бориса Васильева "Завтра была война" , даром что герои и там, и там — подростки. Это книги вне возраста. Война, её ужасы, лишения, тяготы вообще, мне кажется, как-то быстро уравнивают всех в возрастах... Да вот и Сёмин об этом пишет:

"До войны мальчишки были в оппозиции к большинству взрослого населения дома. Они прекрасно видели, что взрослые слишком часто не те люди, за которых стараются выдать себя детям. И ничьего этим взрослым не прощали. Ребята свято верили: только они, мальчишки и девчонки, сумеют стать действительно такими людьми, за которых взрослые себя лишь выдают. Только им, нынешним мальчишкам и девчонкам, будут под силу несгибаемая чистота правды, самоотверженность товарищества, пылкость любви. Разумеется, ребята знали, что на свете много и настоящих взрослых — героев. Они совершают беспосадочные перелеты на Северный полюс, дрейфуют на льдинах, поднимаются в стратосферу. Но эти герои прописаны не в их доме. В их доме жили самые обыкновенные, самые заурядные взрослые: рабочие, конторщики, техники.
Война сразу же подравняла и сблизила детей и взрослых."
Фактически именно себя вывел в роли главного героя Сергея Рязанова автор повести Виталий Сёмин, который вырос в Ростове-на-Дону, в 14-летнем возрасте встретил приход фашистов и оккупацию, и... совсем скоро был угнан в Германию на рабские работы. В продолжение "Ласточки" он затем написал книгу-воспоминание Нагрудный знак «OST» о своей жизни (а скорее существовании) в немецких трудовых лагерях. Сёмин первым из отечественных писателей поднял тему русского остарбайтерства, а за свои книги был подвергнут жестокой критике и надолго заклеймён персона нон-грата в литературе СССР.
Я сейчас как раз читаю этот роман (кстати, переведённый и изданный в Чехословакии, ГДР, ФРГ — а это что-то да значит, я думаю).
В дополнение. Помимо замечательного оформления это издание "Ласточка-звёздочка" хорошо ещё и тем, что после самой повести на 44-х страницах размещена история Ростова-на-Дону в Великую Отечественную, от предвоенных месяцев и приготовлений и до последних дней участия города в войне, а так же статья о русских остарбайтерах в лагерях Третьего Рейха.
Читать далее
59 понравилось
1K
Ptica_Alkonost
2 октября 2020
Война глазами пацана Или Перелом сознания проходит болезненно
Сереже три дня назад исполнилось четырнадцать лет, когда наступил страшный день 22 июня 1941 года. Сережа был обычным ростовским пацаном, никак не выделявшимся на фоне остальных. Были у Сережи друзья в Дворе, велосипед, проказы и "пацанское" сообщество, любимые книги, школьные происшествия и папины нудные нотации. А еще было у него мамино прозвище "Ласточка-звездочка", которое и дало название книге.
Эта книга не просто о войне, она о простом мальчишке, у которого обычный ветер в голове и рыхлая, не сытая, но спокойная мирная жизнь в южном городе. И вот - война, конечно же наши сейчас покажут этим фашистам, конечно же нас это не коснется, конечно же нужно только немного подождать... Но пришел ноябрь 1941го и наши отступили, вгрызались в землю, но отступили, на недолгое время хлынули в город фашисты. Бомбежки, голодная, холодная полуподвальная жизнь и суета "оборотней", которые "уж сумеют убедить фашистов, что они цивилизованные и готовые быть лояльными люди". Казалось бы, перед мальчишкой вся жизнь простирается, и ней нет место смерти, только мечтам и подвигам. И Сережа бегает по городу, не всегда скрываясь от бомб, смотрит на разрушенные дома, ищет оружие, пытается прибиться к бойцам. И видит смерть, беспощадную, косящую всех - и военных и гражданских...

В ту войну у каждого была своя потрясающая минута, в которую ненависть сплавляла для него воедино дотоле разные слова "немец", "фашист", "убийца".
И тогда начинает приходить осознание, что такое происходит вокруг. Что врагу все равно - пацан ты или старик, пощады не будет никому, только равнодушная очередь из автомата, или, что еще хуже - кровожадная радость от лишения жизни беззащитных... Резко повзрослел парень, ситуация заставила. Повесть обрывается на очень драматичном моменте попадания в лагерь остарбайтеров, и, как оказалось является предысторией большого романа автора именно о таком лагере.
На самом деле, взяв в руки книгу,я забыла что это литературное изложение, ожидая познавательного текста о периоде оккупации г.Ростова-на-Дону, но тут представлена именно жизнь и мировосприятие подростка в период военных действий. В сюжете автор в угоду литературе поступился историей - Ростов захватывали и отбивали дважды, в ноябре 1941 на неделю, и в 1942 на семь месяцев (освобожден 14 февраля 1943 года), но и в таком виде много признаков настоящих фактов - расстрел огромного количества жителей в Змиевской балке (сейчас там мемориал), бомбежки конкретных районов города (Ростов был разрушен на 75% и вошел в число 15-ти самых пострадавших городов СССР). Хорошую историческую справку с фотографиями и подробным разбором издательство предоставило в бумажной книге сразу после повести, и тут как раз и изложены основные вехи ростовской жизни с 1941 по 1943, а также объяснены сложности остарбайтеров, с их полностью исковерканными жизнями.
Хочу сказать большое спасибо издательству Самокат за такую нужную серию книг и обязательно буду читать остальные.
Читать далее
40 понравилось
907
Sandriya
30 мая 2018
Правдиво о самом наболевшем
Маленькое отступление: однозначным моим фаворитом среди советских детских книг о войне были "Три девочки" Верейской... Теперь эта книга по справедливости разделила первое место с "Ласточкой-звездочкой" Семина (произведения разные: первое более детское (беды мягче описаны), второе - трагичнее)

Почему, глядя на зверя, человек не поймет, что перед ним зверь? Почему он все ждет чего-то?

Книга-исповедь. Книга-боль. "Ласточка-звездочка" повествует о мальчишке Сергее, которому не повезло родиться за 14 лет до одной из самых больших бед произошедших с (хотела сказать, с человечеством, но. кажется, действительно хуже всех было нашим соотечественникам) жителями бывшего теперь уже СССР. Повесть не только рассказывает о военном времени. Виталий Семин позволяет нам узнать Сережкину жизнь до... до точки невозврата - мы узнаем с кем он дружил, кто был его врагом (ах, не знал тогда еще мальчишка, что значит это слово, что настоящим истинным врагом станет фашист (какая ненависть в этом слове)). Автор приоткрывает завесу предудщей жизни подростка, мягко подводя нас к тому, что произойдет дальше - с кем и как станут протекать первые годы войны у Сергея.
Эта книга поднимает, помимо самой главной - военное время, тяжелые темы: незыблемый спор "отцов и детей", в котором, к сожалению, один из двух самых важных для человека людей может выступать самодуром -

Отец Сергея был на редкость правильный человек. Настолько правильный, что Сергею ни разу в жизни не удалось достигнуть уровня, который чем-нибудь не оскорблял отца. Отца оскорбляло слишком многое — плохо завязанный галстук, пятно на рубашке, царапина на колене, четверка, а не пятерка в дневнике. Он как-то сразу, мучительно крупным планом видел все это и долго переживал. И плохо завязанный галстук и испачканную рубашку он как-то умел связать с чем-то большим…
.........
— Па, — спросил однажды Сергей, — ты читал «Дерсу Узала»?
— Не читал.
— А «Остров сокровищ»?
— Нет.
— А «Трех мушкетеров»?
— Нет, — насторожился отец. — А что?
— Да я, — сказал Сергей, — хотел тебя спросить, видел ли ты живую кабаргу? У нас в зоопарке нет. Но раз ты не читал…
— Ты у Жени спроси, — посоветовал отец. — Пойдем к тетке обедать — ты и спроси.
— Ладно, — кивнул Сергей. И вдруг отец взорвался:
— Не «ладно», а «хорошо»! По-русски надо говорить! Сколько ни проси тебя — все как о стену горохом.
— Хорошо, — покорно сказал Сергей.
; боль родительской нелюбви, когда, так случается, мать или отец почему-то выбирают (кто дал нам право) из двух или более детей одного, которому посвящают все свои чувства (...а ведь еще эта же мать ради Сони практически пожертвовала своим сыном в тот момент, когда была возможность уехать и спастись) -

—Соньку он особенно любит. Я вчера взял из сахарницы два куска сахару, так он мне говорит: «Ты по довоенным нормам живешь!» А Сонька перекинула всю сахарницу в тарелку, помешала ложкой и говорит: «Мама, каша стала такая вкусная, что ее есть нельзя». Мать ахнула — и ну ее крыть. А отец как цыкнет на мать: «Не видишь, — говорит, — ребенок!»
; поиска и нахождения себя, особо обострившегося в период военного положения, а также молчаливо-отрицающего понимания неминуемости его последствий -

Тейка на вопрос о национальности развел руками: "Отец - немец, мать - еврейка". - "Как же тебя записать?" - спросила учительница. "Пишите по маме, - сказал Тейка, - отец с нами не живет".
Он извинялся за бабку! Страшно все запуталось в Тейкином доме. Дед поддерживал Сергея, а Сергей чувствовал, что не должен принимать его поддержку. Но не мог же он взять эти книги! Он же не на похороны сюда пришел!
; умалчивания из страха, тишины без высказывания истины во имя спасения -

-Правильно, расстрелять. Чтобы правды уже и не слышать. Этому мы здорово научились.
; подлости, неверности и предательства! -

«Сердечный привет германским воинам-освободителям!» Читай, читай!
— Что это за газета? — спросил Сагеса.
— Новая городская газета. «Голос русского патриота».
— Немецкая газета? — поразился Сергей. — Что же в ней можно писать?
— А вот сейчас увидишь.
— «Русские люди, истинно русские, — начал читать Сагеса, — в эти дни со скорбью и благодарностью думают о немецких солдатах, которые пролили свою кровь, освобождая наш многострадальный город от большевистского ига...»
— Так и написано? — не поверил Сергей.
Сагеса продолжал:
— «Большевики нас уверяли, что немецкая армия слаба, что ее дивизии обескровлены, что против Красной Армии воюют старики и дети. Мы все недавно видели, какие это старики! Красивые, сильные, молодые люди проходили перед глазами счастливых горожан...»
— Довольно, — устало попросил Иван Лукич. — Посмотри теперь на подпись.
— «Артистка Его Императорского Величества большого театра...»
— Знаете, кто это?
Сергей вспомнил жену «прокурора», которая хотела познакомиться в их доме с «порядочными» людьми...
Произведению Семина о Сережке, которого мама так любила называть Ласточкой, Звездочкой, присуща, наверное, самая глубокая болезненность драмы, когда ты просто оказался не в то время и не в том месте, когда все могло сложиться совсем по-другому - ведь все мы понимаем, что значат слова из цитаты ниже - для человека все только началось/все сразу окончилось (попасть на постройку концлагерей - этого не только и худшему врагу не пожелаешь, это пронзает все тело и всю душу острой болью даже далекого на десятки лет от подобного читателя)

На исходе сорок первый год. Германия строится.
И больше нет надежды, что

Рано или поздно война кончится, и время опять потечет, как прежде. И будет оно прямым продолжением того, что прервалось двадцать второго июня. Ребята будут ребятами, взрослые — взрослыми. У ребят будут свои игры, у взрослых — их дела. Конечно, сейчас Сергей повзрослел, но он соглашался повзрослеть только на время войны. Так тяжело быть взрослым...
P.S. Просьба: ребята, пожалуйста, кто прочтет рецензию, - посоветуйте детско-подростковые книги о ВОВ, которые не особо смягчены и действительно показывают трагизм.
P.P.S. Пожалуйста, прочтите эту книгу - нам нужно знать, нам необходимо помнить...
Читать далее
30 понравилось
1,2K