The Tragedy of Great Power Politics

Представьте моё удивление, что и этот труд, связанный с международными отношениями и международной политике, не переведён на русский язык, а ведь он автор «наступательного реализма». И всё больше начинаю верить в то, что у нас слишком халатно относятся к науке международных отношений, и это весьма странно. Джон Миршаймер — выдающийся политолог нашего времени, который своей работой «Трагедия политики великой державы» заложил основу для нового направления в системе реализма. Его труд достаточно лёгок, и именно к этому он стремился, чтобы и простым обывателям, и специалистам было интересно и просто узнавать что-то новое. Как по мне, именно вот такие теории должны быть, которые раскрыты пускай слишком обширны и даже повторяются моменты, но зато читать одно удовольствие. Труд Миршаймера — настоящая находка! Переплетение истории с историей, достаточно нейтральная позиция по от-ношению к событиям.

О чём эта книга?

Книга состоит из введения, 10 основных глав и заключения. Сложно определить некую структуру работы, здесь много повторяется и перефразируется, и всё достаточно взаимосвязано. Чем мне нравится структура глав, так это тем, что в самом начале автор обозначает перед своими читателями план, показывая цели, задачи этой главы. Подобный подход весьма полезен и внушает доверие. В введении автор отмечает, что XXI — это время «силовых действий» на международной арене (здесь можно по-разному интерпретировать слово «violence» — террор, жестокость, принуждение, сила, применение силы и так далее, и можно считать, что всё из этого может подходить для этого утверждения). Начиная с такой позиции, он обозначает уже первую цель — объяснить, почему мир не изменился со времён Холодной войны. Надежды на мир не осуществились (т. е. на мир без силовой политики), как думают многие политики и государственные деятели, так как именно великие державы поддерживают такой порядок в международной системе. И их конечная цель — не достигнуть «вечного мира», а завоевать доминирующее положение в мире, т. к. это наилучшая позиция для сохранения и поддерживания безопасности. Почему именно так? Сила — вот что обеспечивает безопасность государства. Здесь и заключается вся трагедия мировой политики: государства всегда будут бороться за это преимущество, которое даст им наилучшие позиции, и избежать этого «порочный круг» невозможно, по крайней мере, в ближайшее время. Для этого нужно мировое правительство (можно сказать, что что-то наподобие ООН, однако данная организация не разрешает многих проблем, ради которых она и была создана, и сложно её назвать мировым правительством).

Прежде всего стоит понимать, что является основами его теории. Многие положения сходятся с классическим реализмом. Для начала государство — основной участник международной политики, и никто не может изменить это, даже ТНК или (не)правительственные организации. Затем, анархия является основой международной системы. Анархия не означает беспорядок или хаос, здесь имеется в виду то, что над суверенными государствами нет мирового правительства, которое могло бы оказывать на них такое влияние, что сможет его ограничивать, запрещать какие-либо действия и т. д. Итак, основные вопросы этой книги: почему государства добиваются большей силы; чем можно объяснить их желание конкурировать из-за неё; как много силы они желают; а сколько силы достаточно; что такое «сила»; содержит ли система потенциального гегемона; какие стратегии есть для получения силы; и каковы же причины войны. Выживание — первейшая цель государств, и все государства рациональны. В его теории нет «злых» и «добрых» государств, т. к. такое деление немыслимо, потому что не обозначает ровным счётом ничего. У всех государств есть агрессивные стимулы, и не всегда агрессия означает то своеобразное зло, о котором, к примеру, говорят либералы. Но, как отмечает автор, либерализм укоренился в культуре многих стран, особенно в США, но это не значит, что государства не преследуют силовую политику, просто скрывают свои намерения под маской моральных и добродетельных. Многие утверждают, что конкуренция в сфере безопасности закончилась после окончания Холодной войны в 1991 году, но Миршаймер активно выступает против такого утверждения, т. к. это не отражает действительность. Угроза войны до сих пор осталась, просто обновились средства, и политика стала более изощрённой. Только цели остались те же — увеличить свою силу для того, чтобы обезопасить самих себя, и также стать гегемоном.

Его теория о гегемонах и великих державах действительна занимательна, т. к. она отражает ту реальность, которая перед нами. Во-первых, именно великие державы влияют на международную систему и международную политику, и именно они могут ограничить самих себя (в частности, в конце книги Миршаймер утверждает, что от ООН будет больше пользы, если в её Совете не будет больше постоянных членов с правом вето, нужно сохранять положение великих держав). Малые страны не могут настолько сильно оказывать влияние на структуру системы, но в то же время не надо не учитывать их взаимодействие с миром, великими державами, т. к. в них так же бывают войны, в которые ввязываются крупные страны. Во-вторых, он считает, что мировых гегемонов не было и нет до сих пор, поэтому если утверждать, что США — единственный гегемон в мире, нужно уточнять — региональный или мировой. Региональный — да, но мировой — нет. Так как нужно понимать, что США не занимают такие же позиции в Евразии или Африке, как в Западном полушарии. Поэтому нужно осторожно подходить к подобным оценкам и описаниям статуса стран. Вот эти идеи будут раскрываться на протяжении всей книги, добавляя множество примеров из истории (не просто добавления примера, а аналитический подход, с таблицами, мнениями других людей).

Почему государства боятся друг друга? Т. к. нет мирового правительства, и поэтому все находятся в неравном положении, и безопасность становится актуальной. Никто не может защитить от нападок других государств. Затем, у всех, без исключения, есть «наступательный военный потенциал», что может беспокоить как соседей, так и других участников международной системы. И, естественно, никто не может быть уверен в намерениях других. Здесь стоит отметить политику США: говорят они одно, а действуют иначе — и именно это отстаивает Миршаймер, критикую политику двойных стандартов, ведь, несомненно, все стремятся к одному и тому же. «The more powerful they are relative to their rivals, the better their chances of survival». Это порождает конкуренцию между государствами, которая, собственно, не уходила никуда из повестки дня. Но это не означает, что между государствами невозможно сотрудничество, но оно будет осложнено тем, что государства всегда относятся подозрительно друг к другу. Его теория бросает вызов оптимизму, царящему в умах государственных деятелей и политике государств (в частности, это против либерализма и его направлений). Силовые соображения влияют на уровень страха, а также распределение сил в системе, ядерный потенциал и армия.

Кроме того, Миршаймер описывает виды войск (сухопутные, морские, воздушные), так как это имеет большое значение для государств. Сухопутная армия, поддерживаемая другими видами, является основной силой государств, даже в мире ядерного вооружения. Затем, он останавливается на стратегиях государств. И с помощью многих из них можно объяснить поведение стран в различные периоды времени. Например, политику Иосифа Сталина и СССР в 30-ые годы XX века. Потом, он анализирует историю со времён начала революции во Франции и до конца Холодной войны, разделяя её на разные периоды, описывая поведение государств, объясняя, почему же государства всегда следовали силовой политике (на примере, СССР, США, Великобритании, Японии, Италии, Германии, Франции). И ещё занимательный момент, который стоит упомянуть: военная сила не означает великую власть государств. Военная сила (реальная сила) должна поддерживаться благосостоянием государства (скрытая сила). Без богатства благополучия населения мало можно добиться хороших результатов. Также важна и численность населения, которая влияет на качество и количество военной силы. Так что показатели ВВП и прочих индикаторов необязательно отражают настоящую ситуацию (здесь большие отсылки на Китай). Можно быть наверху списка, но при этом оставаться развивающейся страной.

Выводы:

Миршаймер ответственно подходит к анализу истории и важных событий, связывая их со своей теории наступательного реализма. Всё кажется таким взаимосвязанным и логичным, что даже ни к чему не придраться. Его стиль изложения идей очень радует, и невозможно сказать, что что-то непонятно или неясно, но это не значит, что нет вопросов. Например, он отмечает, что водоёмы мешают государствам становиться мировыми гегемонами, перебрасывать армию, завоевывать другие земли и так далее, т. е. своеобразный ограничитель силовой политики. Но ведь нормандцам это не особо помешало при завоевании Англии (да, время другое, сооружения, армия, численность государства — другие, однако и у них можно найти сложности). Технологии развиваются, вводят больше возможностей для той же армии. Говорить так ограничительно по поводу воды — странно, учитывая то, что Миршаймер выпустил книгу в 2001 году. И ещё, к примеру, почему Миршаймер не учитывал Латинскую Америку (изредка упоминал). Ситуация в мире не изменилась после Холодной войны, как бы этого ни добивались люди. Нужно понимать, что многое скрывается под видом дружелюбия. Книга действительно хороша, и даже не специалистам она может понравиться, т. к. доступно объясняет многое, что движет государствами.