Цитаты из книги Night School

— Это ничего, что я… села здесь? — Она облизала губы и нервно обвела глазами столовую. — Прошу тебя. — Она повернулась на голос с французским акцентом и увидела слева от себя молодого человека с золотистой загорелой кожей, густыми темными волосами и потрясающими голубыми глазами, который внимательно за ней наблюдал. — Извини?… — Прошу тебя, всегда садись здесь. Она с благодарностью ему улыбнулась: — Спасибо за предложение. Он улыбнулся в ответ, и Элли почувствовала, что размякает. Парень был чертовски хорош собой.

«Может, я должна вытатуировать у себя на лбу, что слишком тупа, чтобы находиться здесь?» — Полагаю, вопрос относительно того, что я, возможно, не такая уж дура, не обсуждается? — Она словно выплюнула в него последние слова. — Ну а коли так, то мне надо работать втрое больше, чтобы хотя бы попытаться догнать вас, гениев. — Эй! — Казалось, ее слова слегка озадачили Картера. — Не будь такой обидчивой. Это тебе не к лицу. Просто я хочу понять, что ты из себя представляешь. Опять! Похоже, то же самое хотели понять Кэти, Джулия, Желязны, полицейские из лондонского участка и, уж само собой разумеется, ее родители. Сколько можно! Побросав книги в сумку, она резко повернулась к Картеру: — Не рекомендую. Усек? Не надо меня просчитывать и анализировать. Я этого не люблю. Кроме того, мне не нравится, когда меня оскорбляют. Походя и даже не задумываясь об этом. Ты видел меня в классе, случайно подслушал какой-то дурацкий разговор и теперь, наверное, считаешь, что постиг меня — так, да? Ну так вот: ни черта ты обо мне не знаешь! Ни черта! Заруби это себе на носу…

— Боюсь, мы так и не были представлены должным образом, — сказал Картер. — Поэтому придется взять инициативу на себя. Итак, меня зовут Картер Вест. — А меня — Элли Шеридан. — Ей очень хотелось подпустить в голос холодноватые светские нотки и, как ни странно, у нее это получилось. Кроме того, она сумела выдержать его пристальный взгляд, не продемонстрировав ни смущения, ни страха. По крайней мере, ей так казалось. — Я знаю, — сказал он, поудобнее устраиваясь в кресле. Губы у него изогнулись в циничной улыбке, и Элли почувствовала, что интуитивно не доверяет этому человеку. — Нам нужно поговорить. — Нужно? — холодно переспросила Элли. — И на какую тему? — О тебе. — Отлично, — сказал Элли. — Мой любимый цвет — синий, и я без ума от щенков. Теперь твоя очередь. — Очень смешно, — сказал он, хотя выражение его лица свидетельствовало об обратном. — А я вообще смешная, — ответила Элли. — И люблю пошутить. Извини, что не поставила тебя об этом в известность с самого начала. Картер, похоже, начал испытывать раздражение.

— Значит, ты та самая знаменитая Элли Шеридан, о которой только все и говорят? — Обо мне все только и говорят? С какой стати, хотелось бы знать… — Расслабься. Говорят, потому что ты — новенькая. Это всем интересно. А то многие, что безвылазно живут в этих стенах на протяжении лет, начинают чувствовать себя отрезанными от мира. Так что новая ученица здесь — все равно что посланница с большой земли. А если добавить к этому интрижку с Сильвианом… Он замолчал, не закончив фразы, после чего они с Джу со значением улыбнулись, как если бы Элли совершила некое чудесное деяние. — Ради бога, прекратите! — Элли более, чем достаточно, наслушалась намеков о своей так называемой интрижке с Сильвианом. — Не хочется вас разочаровывать, но между мной и Сильвианом ничего нет. — Элли скрытничает. Тем не менее я уверена, что они просто обречены быть вместе. Элли вспыхнула: — Ничего я не скрытничаю. Я сказала правду. — Как бы то ни было, — произнес светским тоном Гейб, — все заметили, что он начал проявлять по отношению к тебе повышенное внимание, что нас, разумеется, здорово заинтриговало. — Что же в этом такого интригующего? Гейб посмотрел на Джу, которая согласно кивнула, после чего Гейб снова перевел взгляд на Элли. — Дело в том, что Сильвиан — мальчик не простой, даже, я бы сказал, особенный… Он происходит из старинной семьи, и его родители — очень влиятельные люди. Кроме того, он интересен и сам по себе. К примеру, тем, что за годы учебы множество девочек пытались привлечь его внимание, но ни одна так и не преуспела в этом. В разговор вступила Джу. — Но вот появляешься ты, и совершенно неожиданно для всех он на тебя западает. Элли почувствовала, что парочка начинает на нее давить, мягко навязывая ей свое мнение, а уж этого она не любила больше всего на свете. — И снова я вынуждена разочаровать вас. Все это нисколько меня не интересует. Джу со скептическим видом откинулась на спинку стула. — Похоже, она уже втрескалась в кое-кого. Гейб вопросительно выгнул бровь, и Джу одарила его многозначительным взглядом. — В Картера, — произнесла она, наморщив носик. — Вот так вот. — Только не в него. — Гейб наклонился к Элли и пристально на нее посмотрел. — Шутки в сторону. Сейчас я говорю совершенно серьезно. В него нельзя влюбляться. В кого угодно, но только не в Веста. Но если это все-таки произошло, то ты выбрала худшего парня из всей школы. — Спасибо, Гейб. Признаться, я и представить себе не мог, что ты столь неравнодушен ко мне.

Комната оказалась совершенно пустой, если не считать сидевшего в кресле в дальнем конце помещения юноши, с любопытством поглядывавшего на вошедших поверх старинного фолианта, который он, судя по всему, читал до их появления. У юноши были гладкие черные волосы, твердый, хорошо очерченный рот и большие глаза с длинными ресницами, тень от которых стрелами лежала на щеках. Ноги он положил на один из столиков с шахматным орнаментом. Неожиданно их с Элли глаза встретились, и вдруг у девушки возникло странное чувство, что парень знает, кто она и почему здесь оказалась. Интересно, что он не улыбнулся ей и не сказал ни слова — лишь продолжал гипнотизировать ее взглядом. Когда Элли надоела эта игра в гляделки, продолжавшаяся всего несколько секунд, но показавшаяся бесконечной, она отвернулась от незнакомца и посмотрела на Джулию, которая с интересом за ними наблюдала.