О писателях часто судят по их книгам. Это расхожее мнение не приемлемо к Флоберу: как автор «Госпожи Бовари» он представляется безучастным наблюдателем, как частное лицо – его противоположностью.
В детстве у Флобера была два друга: Альфред Ле Пуатвен и Луи Буйе. Ле Пуатвен еще в молодости умер от болезни сердца, а с Буйе, который писал стихи и драмы, Флобер сохранял отношения долгие десятилетия до самой его смерти в возрасте 48-ми лет. Приятели обменивались мнениями по поводу своих текстов и говорят, что Буйе заставил Флобера вырезать из «Госпожи Бовари» большие куски, мотивировав это простым, но убийственным доводом: «Ты уберешь этот эпизод, потому что он не нужен в романе, а раз он не нужен, значит, он вреден». Когда Буйе умер, Флобер издал собрание его стихов и написал к ним длинное предисловие, которое заканчивается трогательным пассажем, где он говорит о себе в третьем лице «И хотя воспоминание о друге вечно будет питать его отчаяние, он все же будет чувствовать себя не таким одиноким». Преодолевая инертную натуру, Флобер также попытался выхлопотать для Буйе памятник в городе Руане. Вместе с коллегами он предложил муниципалитету совместить почести поэту с утилитарными функциями и сопроводить бронзовый бюст прохладным фонтаном. Чиновники не поддались. Сохранилось письмо Флобера, в котором он нападает на них и уговаривает уступить. Это послание, так же как предисловие к сборнику позволяют предположить, что между непредвзятым мнением о творчестве Буйе-поэта и симпатией к Буйе-другу, Флобер склонялся ко второму. Сегодня почти никто кроме литературоведов не читает произведения Буйе, но Флобер пытался уверить чиновников, что тот был выдающимся автором, который проживет в веках.
Доброта Флобера распространялась не только на друзей. У писателя была любовница-поэтесса Луиза Коле; в период работы над «Госпожой Бовари» он написал ей серию феерических посланий. В них Флобер рассуждает об искусстве, громит буржуа и отвешивает оплеухи старшему современнику, поэту-романтику Альфреду де Мюссе, которого писатель считал посредственностью, способной только на субъективное (женское) самовыражение, а не на объективное (мужское) творчество. И вот наступает момент, когда Коле рассказывает Флоберу о намерение выставить на публику грязное белье Мюссе. Казалось бы, Флоберу ничего не стоило поддержать ее или самоустраниться, но вопреки ожиданиям, он пишет ей следующее: «Разве этот бедный малый когда-то пытался тебе вредить? Почему ты хочешь отплатить ему злом, превосходящим то, которое он причинил тебе?... Подумай о потомстве и вспомни, в каком жалком виде предстают хулители великих людей. Когда Мюссе умрет, кто будет знать, что он напивался, что он бил свою горничную? Потомство весьма снисходительно к подобным преступлениям». Любопытно, но когда Коле расстанется с Флобером, она станет любовницей Мюссе и таки выведет обоих мужчин под вымышленными именами, причем Флобер предстанет в образе неприятного мужлана, а Мюссе – утонченного джентльмена.
Известно, что Флобер жил в имение Круассе, полученном в наследство, на ренту, которую ему приносила ферма Довиль. Он мог писать роман пять лет и не переживать, если книга не будет пользоваться успехом. Но в 1875 году случилось непредвиденное. Каролина, племянница Флобера, оказалась на грани разорения, точнее не она, а ее муж – торговец лесом. Чтобы спасти их от банкротства, Флобер продал ферму и влез в долги. Для пожилого писателя, привыкшего к бережливой, но обеспеченной жизни, это был тяжелый удар, поскольку лишившись ренты, он был вынужден отказаться от квартиры в Париже, где встречался с Тургеневым, Золя, Доде и братьями Гонкур; ему пришлось искать работу в библиотеке, а кроме того его частную жизнь стали обсуждать журналисты, что для Флобера ненавидевшего публичность, было невыносимо. Писатель так много переживал из-за этого, что у него обострились приступы эпилепсии, которые мучили его в молодости. И тем не менее, ни в одном письме к племяннице он не попрекнул ни ее, ни ее мужа-неудачника. Более того, в те же годы, он находил время, чтобы помогать племяннику своего умершего друга Ле Пуатвена. Этого молодого человека, Ги де Мопассана, Флобер рекомендовал в журналы и устроил ему перевод на непыльную работу в министерство просвещения, а когда начинающего литератора попытались привлечь к уголовной ответственности за фривольную поэму «На берегу реки», Флобер защищал его в письме, где приводил примеры из мировой классики в которых освещаются темы инцеста, адюльтера и проституции.
В письме к Коле, Флобер однажды сказал: «Никто больше меня не жалеет тех, кто стеснен (надо бы писать «притеснен») в средствах; рядом с такими горестями я выгляжу подлецом, я, греющийся у жаркого камина, с сытым брюхом и в шелковом халате! Но я не богат. О, будь я богат, никто вокруг меня не страдал бы». Можно сказать, что Флобер излишне скромен. В отличие от многих идеалистов, которые стремясь помочь всем, часто не помогают никому, писатель был реалистом и сумел прийти на помощь тем немногим, кого знал.
13 понравилось
