Костя подхватил Никандру под руки, пытаясь усадить на стул. Сцена походила на спасение утопающего, который безотчетно хватается за спасателя и только мешает ему. Ноги девочки безжизненно подкашивались, волочась по полу. Наконец ему удалось водрузить Нику на стул. Девочка резким движением одернула юбку и, не в силах сдержать слез, закрыла лицо руками. Почему из всех людей именно перед НИМ она выказала свое убожество? Как невыносимо унизительно! Больше всего ей хотелось быть как все, именно поэтому она отказывалась появляться вне дома в инвалидном кресле. И вот как назло! Очередная насмешка судьбы. - Сильно ушиблась? - с участием спросил Костя, по-своему истолковав ее плач. Она молча замотала головой, не отрывая рук от лица. - Дома-то есть кто? Может, позвать? - настаивал Костя. Как загнанный зверек ощеривается, чтобы не показать своего страха, так Ника сделалась агрессивной, чтобы скрыть снедающий ее стыд. Она растерла слезы по щекам тыльной стороной ладони, с вызовом посмотрела на Костю и зло отрезала: - Тебе что, больше всех надо? Не нужна мне твоя жалость! Костя с удивлением отметил, что не может сердиться на нее, хотя и цацкаться не намеревался.