Нетерпение сердца

Полная чаша терпения..

"Нетерпение сердца" - это моя первая прочитанная книга австрийского писателя классика Стефан Цвейг. Это книга душевная, глубокая и грустная, печальная. В ней столько сострадания! И не только сострадания является главной темой. Также автор раскрывает тему дружбы, жалости, первой трепетной любви семнадцатилетней девушки, у которой парализованы ноги. Физические недостатки Эдит, общественное мнение о котором думает лейтенант молодой Гофмиллер, и армия, которому принадлежит наш герой все это вплетено в сострадание и жалость. Рассказ ведется от лица Гофмиллера, он пытается уйти от навязчивой любви в лице покалеченной девушки. Его жалость и сострадание открыли дорогу в дом Кекешфальва, но также они же погубили ее. Здесь сложно обвинить одну сторону, так как можно понять обе стороны. Хотя лейтенант все таки сух и жесток по отношению к Эдит. А сама Эдит немного капризна, и это как ей прощаема. Да, Эдит больна и каждый кто на ней посмотрит чувствует жалость, и поэтому девушке легко манипулировать ими. Мне жаль отца девушки, мне жаль Эдит. Из этих отношений, на мой взгляд только ее кузина Илона не сильно пострадает. Да и Гофмиллер, сможет уйти и забыть ее, эту непонятную любовь, и выбросить как ненужный эпизод жизни, который длился два года.

А все начинается с того, как молодой двадцатипятилетний лейтенант Антон Гофмиллер в один прекрасный день попадает в богатый дом, в гости богатым людям. А там роскошный стол и танцы. Молодой лейтенант по чистой незнаний приглашает на танец дочь хозяина - Эдит. Как выяснилось тут же, она не может ходить, бедняжка стала истерить и плакать. Антон из страха, унижения, стыда сбежал из дома. И этот поступок положила начала ихний странной дружбы - который сострадание граничит с жалостью, а затем этот клубок превращает в желание любить и ложь.

Читается средне-быстро все таки классическое произведение. История берет за душу, а также у Стефан Цвейг очень красивый, романтичный, мелодичный язык. Все темы актуальны и сегодня, и всегда! Очень советую.

Моя оценка 8/10.

Книга прочитана в рамках игры "Вокруг Света",

А также в рамках клуба "Книжный винегрет" - "Зимний туесок".

Постараюсь кратко, но, думаю, не получится.
Жалость не радость. С ней, как с огнём.
Жалеть там, где ожидают любви, - что может быть хуже?
Эдит. В ее любовь не поверила. Молоденькая, не видевшая ни мужчин, ни, по сути, жизни, привыкшая, что возле неё прыгают и исполняют все прихоти, истеричная. Желание обладать, владеть мужчиной, как вещью, - вот что я увидела в ее поведении. Любовь не держит мужчину на цепи, как собаку. Любящая женщина позволит мужчине иногда проводить вечера в кругу друзей, да и что за слово - "позволит"? Это будет само собой разумеющимся. Любящая женщина будет рада видеть в гостях любимого мужчину, но это будет не ежедневная обязанность, не кабала, она не наденет на него кандалы, нет! Она не будет писать ему письма на 16 листах с пылкими признаниями в любви, чтобы часом-двумя позднее прислать опровержение. Нет, Эдит - не любящая женщина, а просто избалованная в принципе (а тем более - в виду болезни) неврастеничка-манипулятор. Антон ей никто - ни муж, ни жених, ни парень, а она уже лишает его свободы.
Ей нужны жертвоприношения. Отец пожертвовал собой, кузина - также, на очереди Антон, уже болтается на крючке. А если попытается сорваться, так можно пригрозить, что покончишь с собой.
Женись Антон на ней - не начались ли бы упреки, что он захотел богатства и обманул ее? Учитывая натуру Эдит, думаю, гладкой семейная жизнь не была бы.
Антон. Были ли это чистая жалость и сострадание? Или тщеславие, радость, что пришелся ко двору богатым и знатным? Удовлетворение от чувства собственной значимости? 25-летний, довольно-таки опытный мужчина, имевший связь с десятком женщин, и чтоб ничего такого эдакого в Эдит не заподозрил? Слабо верится. Но я не ругаю его и очень даже могу понять: одно дело - пожалеть, другое дело - пожертвовать своей жизнью.
Всю книгу герои мечутся. Антон хочет то уехать, то застрелиться, но стоит только Кекешфальвам приехать к казарме, прислать письмо или позвонить, он передумывает. То он не может больше ни дня терпеть посягательства на свою особу, то даже женитьбу считает благом. Эдит хочет то ехать на лечение, то спрыгнуть с террасы, то она любит, то ненавидит...
Философия доктора Кондора в плане "не смог вылечить - женись" мне не по душе. Читала и жалела его (опять эта жалость!), вот честно, какие бы там трогательные отношения у них с женой ни были.
Могу понять отца (единственная дочь, как-никак), да и то, отказывай он хотя бы изредка ей в удовлетворении хотелок, это было бы лучше для всех и, в первую очередь, для неё самой.

Со смирением и благодарностью? Как бы не так! Эти самые больные душат своей любовью, манипулируют своей болезнью, превращают жизнь любимого в существование у их ног.
Жалейте! Сострадайте! Помогайте! Но не забывайте о чувстве меры.

Очень красивый и проникновенный роман. Написанный отличным языком, и при этом еще и легко читающийся. Но в моральном плане эта книга меня ужасно утомила, особенно ближе к концу.
В тексте рецензии возможны спойлеры.
Главный герой, Антон Гофмиллер, скромный военный, младший офицер. Он ездит из одного городка в другой, заводя мимолетные и ни к чему не обязывающие романы. Пока однажды его полк не заносит в совсем уж глухую провинцию, где интересных знакомств и развлечений ждать не приходится. И вот, однажды Антон видит в кондитерской очень красивую девушку, и хочет быть ей представлен. Один из знакомых ему в этом помогает, и вот, Антон получает приглашение в дом местных богачей, семейства Кекешфальва. Приглянувшаяся Антону девушка – дальняя родственница этого семейства, и проживает с ними. На балу Антон случайно нанес оскорбление дочке хозяина, девушке, которая не ходит, и, чтобы загладить неловкость, приходит в этот дом еще раз. Он видит, что в этом доме его ждут, с ним всегда любезны, постоянно радуют вещами, которые ему нравятся, вроде особо понравившихся блюд или любимых сигар, и разных небольших презентов. А так, как Антон никогда не чувствовал себя важным и нужным даже в собственной семье, искушение бывать в этом доме все чаще появляется у героя. Антон убежден, что совершает доброе дело. Ведь бедная девушка постоянно грустная, постоянно находится в одиночестве. А его визиты ее явно радуют. Что в них может быть плохого? Такова завязка этого романа.
С моей точки зрения, Антон сделал одну главную ошибку, после беседы с доктором, из которой и исходили все последующие. Он обнадежил больную девушку, понадеявшись на то, что мимолетная радость перевесит минусы от дальнейшего разочарования. Частично виноват в случившемся был и отец, который отправил человека, которого почти не знал для такой деликатной беседы с доктором, а потом еще и разболтал весь разговор дочери, многое преувеличив. Пусть молодой человек и казался Кекешфальфе милым и любезным, все равно он его почти не знал. Так что неправильно, по моему мнению, обвинять во всем случившемся одного Антона. Ну не любил он девушку, что тут можно поделать. А такие нервные срывы, как с ней периодически случались, мог выносить только очень любящий и терпеливый человек. Не думаю, что ее характер изменился бы после свадьбы. Кроме того, у девушки уже были две попытки суицида, да и после того она постоянно грозила близким третьей. Раньше ей везло, но вечно так продолжаться не могло.
Думаю, если бы конец романа был другим, и Антон женился бы на влюбленной девушке, все-равно со временем все закончилось бы точно так-же, после какого-нибудь ее очередного срыва. Слишком она привыкла себя жалеть и быть жертвой. Возможно, что даже полное выздоровление не изменило бы кардинально ее характер.
В общем, интересный роман, но эмоционально очень тяжелый.

Есть два вида сострадания: настоящее и ложное. Настоящее сострадание рождается из чувства любви при соприкосновении с чужой болью. Ложное сострадание, а иначе жалось рождается из страха при соприкосновении с чужой болью. В этой книге мы видем пример настоящего сострадания в лице доктора Кондора. И ложного в лице офицера Антона Гофмиллера. Если настоящее сострадание спасительно, целительно, и представляет собой истинное милосерие, а также уважение к личности другого. То жалость губительна, унизительна, высокомерна, это всегда снисхождение, всегда с позиции превосходства, всегда слаба, всегда в компании с чувством собственной грандиозности.
Для меня в этой книге - яркий пример обоих видов сострадания.
И конечно, слабости. Букета из разного рода слабостей.
Кекешфальва слаб отсутствием духа, слаб чувством вины, слаб желанием снять со своих плеч ответственность за дочь и переложить на Гофмиллера - спасителя.
Эдит жертва болезни и жертва по самоощущению. Ранимая, избалованная, эгоистичная, с отчаянным желанием отомстить людям за свою болезнь и их здоровье.
Антон Гофмилер позволил Кекешфальве и собственной слабости повесить на себя ответственность за здоровье и жизнь склонной к романтическому трагизму Эдит, что для малодушного и трусливого офицера оказалось непосильной ношей.
Безусловно, у героев есть и положительные стороны. Герои многранны и интересны. Нельзя выделить однозначно отрицательно или положительного (за исключением доктора Кондора), тем не менне для меня книга останется сочетанием человеческих слабостей, приведших к трагедии.

Любопытство и тщеславие быть принятым в богатом доме, очутиться в интересном обществе, вырваться из мирка казармы и тишины сонного городка, почувствовать себя значимым, нужным другим людям - Тони Гофмиллер не мог и предположить, что такие нормальные для молодого человека желания обернуться трагедией. Сострадание и жалость к больному, искалеченному ребенку, незрелость личности и не умение отказывать загнали Тони в тупик, из которого он решил просто сбежать. Финал был предопределен болезнью, неуравновешенностью Эдит, и рано или поздно, так или иначе, наступил бы, а Тони, всю жизнь вращавшийся в закрытом мужском обществе не мог и не умел предвидеть последствий своего сострадания и бегства, и как-то привести к другой развязке при тех же исходных. Его пугала не столько любовь Эдит, а ответственность за нее, ведь будь она здорова, разве, возникла хоть одна проблема? Но для него она больной, капризный ребенок, которому он нужен. Ребенок, который так легко принял сострадание за любовь...

Вот и получается, благими намерениями вымощена...

Стефан Цвейг «Нетерпение сердца»  (было впечатление, что читает бездушная ии-железяка, даже иногда ударения подтверждали догадку, но я упоротый слушатель аудиокниг — меня не испугать)).

"Прелестно" расписанная манипуляция, сказала бы — база: как можно на чувстве сострадания ускакать в личный ад, когда тебя оседлают и будут погонять кнутом, чтоб быстрее шёл туда, куда нужно, и не сворачивал.

Ибо родственники уже устали выносить нетерпимый, скандальный характер Эдит, пришла им смена — давай, впрягайся. Это ложное чувство благородства со стороны Антона, им так умело крутят и вертят, не учитывая ни разу того, что он сам хочет. Подталкивают, даже активно пихают в шею, чтоб ярмо приросло намертво.

И дело не в том, что девушка ограничена в движении, а в том, что Антон к ней не питает нежных чувств. Только сострадание, человеческое участие, которое Эдит истолковывает вольно, а родственникам даёт рычаг давления.

Антон совсем ещё молодой человек — карьера вся впереди, жизни не видел, да и подсказать ему некому. Все, кто сколько-нибудь близок к нему, — внешнего, не казарменного круга, — заинтересованы в том, чтоб Эдит была по жизни пристроена.

А с товарищами армейскими такими секретами не поделишься — поднимут на смех. И вот эта внутренняя борьба между честью и долгом приводит к разрушающим последствиям для всех.

Мне было интересно наблюдать, как Эдит требовала от всех «правды», а её скрывали, оберегая разболтанную психику. Только ей не правда была нужна, а выполнение невозможного. Как вернуть здоровье? Нет никаких надежд. Пока нет. Медицина движется, но Эдит результаты нужны ещё вчера.

А гарантий никто не даёт. Так и с Антоном: вбила себе в голову, что готова быть с ним рядом всю жизнь, — так и ты, Антон, соответствуй, будь готов.

Периодически орала, правда, не в ведро (занято Палаником ). Но история показательная. Это база: личное пространство — наше всё. Нужно уметь его отстаивать, иначе могут сломать хребет, разрушить внутренний мир и гармонию.

Читается на одном дыхании. 10/10

Гофмиллер — молодой, небогатый офицер в чужом городе, болезненно осознающий свою неловкость в высшем обществе.  Одна нечаянная оплошность на вечере у Кекешфальвов меняет в одночасье его жизнь. И дальнейший путь Тони — это мучительная спираль внутренних терзаний, где первоначальный порыв сострадания оборачивается роковой ошибкой, разрушающей несколько жизней. Гофмиллер — не злодей, он жертва собственного характера и мастерской манипуляции Эдит и её отца. Его визит к  Эдит на следующий день после инцидента продиктован смесью искреннего смущения из-за его ошибки и подсознательного желания доказать себе и другим, что он "хороший", благородный человек. Он хочет загладить вину.

Эдит мгновенно распознает его слабость — его потребность быть "хорошим", его страх причинить боль, его жажду одобрения. Она мастерски играет на этом. Она постоянно подчеркивает его здоровье, молодость, свободу на фоне своей беспомощности, заставляя его чувствовать вину за свое благополучие. Ее отчаяние, слезы, вспышки гнева, а затем внезапная нежность и надежда, которые она связывает исключительно с его присутствием . Тони начинает верить, что его уход убьет её, хотя интуитивно понимает опасность ситуации, чувствует фальшь, но панически боится сказать правду о её неизлечимой болезни , причинить "окончательную" боль. Его парализует мысль, что он станет причиной ее отчаяния или даже смерти.
У него нет внутреннего стержня, чтобы противостоять напору Эдит и ее отца. Он плывет по течению, уступая каждому новому требованию. Роль внимательного, сострадательного кавалера льстит его самолюбию. Она дает ему ощущение значимости, которого ему не хватает в обычной жизни и военной службе. Он начинает зависеть от этой роли. Но внутреннее у Тони происходит постоянная борьба между желанием сбежать - инстинктивным стремлением к свободе, к нормальной жизни сверстников и чувством долга, а также вины, подавляющим страхом ответственности за возможную гибель Эдит, если он уйдёт.

Трагедия Тони Гофмиллера — это трагедия человека без внутреннего стержня, который, движимый изначально незрелым чувством вины и тщеславным желанием казаться благородным, попадает в ловушку ложного сострадания. Его ключевые ошибки — трусость перед правдой, неспособность к решительному действию, подмена истинной ответственности инфантильным чувством вины и готовность купить временное облегчение ценою чудовищной лжи. Цвейг показывает, что в определенных обстоятельствах доброта без мужества, сострадание без правды и чувство долга без разума могут быть разрушительнее злого умысла. Гофмиллер становится невольным палачом именно потому, что хотел быть спасителем, но не обладал для этого ни силой духа, ни мудростью. Его "нетерпение сердца" оказалось смертоносным.

Любовь господина Кекешфальвы к дочери безгранична, всепоглощающая и слепая. Он готов на всё, только бы его дочь окончательно выздоровела. Он отказывается от собственной жизни, от личных интересов.  Его "я" полностью растворено в дочери и её болезни. Он существует только для неё. Он лжет ей, лжет себе о её состоянии, лишь бы продлить её надежду (а значит, и свою). Он покупает дорогущие, но бесполезные "лечения", лишь бы создать видимость действия. Он без колебаний использует своё огромное состояние, чтобы купить внимание, общество, даже любовь Гофмиллера для Эдит. Он готов на любые унижения, лишь бы исполнить её желания. Чтобы удержать Гофмиллера возле дочери, он идет на сделку с совестью, фактически покупая молодого офицера, толкая его на ложь и предательство по отношению к самому себе.

Эта отцовская любовь – не спасительная, а губительная. Она не дает Эдит шанса повзрослеть в своем несчастье, принять его. Она лишь укрепляет её в роли вечной страдалицы, имеющей право на всё. Отец, желая облегчить её боль, лишь усугубляет её духовную болезнь, создавая мир, где её манипуляции – единственный закон. Его слепая жертвенность – это форма соучастия в её саморазрушении. Он не видит, что его любовь стала ядом.

"Нетерпение сердца" – это не просто роман, это глубокое философско-психологическое исследование. Цвейг с безжалостной точностью показывает, как неизлечимая болезнь может исказить душу, превратив страдание в оружие манипуляции. Как ложное сострадание, продиктованное трусостью и эгоизмом, может быть страшнее равнодушия. Как слепая, жертвенная любовь (особенно родительская) способна не спасти, а погубить того, кого она стремится защитить.

Истинное милосердие требует мужества смотреть правде в глаза, говорить её (пусть и с бесконечной нежностью) и помогать человеку жить с его болью, а не погружаться в иллюзии вместе с ним. Роман остается актуальным и по сей день, заставляя задуматься о тонкой грани между любовью и потаканием, между состраданием и соучастием в самообмане, между жертвенностью и духовным самоубийством. Эта книга, которая обжигает душу и оставляет неизгладимый след.

Цвейг – известнейший австрийский новеллист. Помимо рассказов, он написал много пьес, стихов, несколько жизнеописаний таких людей как Бальзак, Мария Стюарт и Эразм Роттердамский. Но при этом у него всего лишь один законченный роман – «Нетерпение сердца». Так уж вышло, что именно с него я решил начать знакомиться с творчеством Цвейга.

Роман этот был опубликован в 1938 году. В это время Цвейг уже перебрался в Лондон из Вены, в Австрии вот-вот случится аншлюс (впрочем, к этому моменту там уже четыре года был установлен режим так называемого австрофашизма). На момент публикации романа Цвейг уже очень известный и популярный литератор, так что перед нами работа уже зрелого мастера. Жить Цвейгу осталось всего четыре года, скоро он вместе с женой покончит с собой в далеком бразильском Петрополисе. Одиночество, депрессия, разрушенная жизнь, изгнание. После отъезда из любимой Вены Цвейг так себя и не нашел.

Сюжет романа. В 1938 году где-то на приеме встречаются Военный и Писатель. Писатель восхищается героизмом Военного, а тот рассказывает ему свою историю, объясняя природу мужества. Все началось с того, что в 1913 году, будучи еще молодым офицером, он совершает глупейший поступок – приглашает на танец в одном из респектабельных домов австрийской глубинки дочь хозяина дома, у которой парализованы ноги. Не в качестве шутки, конечно, просто по ужасному недоразумению. Девушка шокирована и ужасно злится. Так начинается эта история.

То, что Цвейг мастер новеллы, становится очевидно достаточно быстро. Этой книге явно не хватает сюжета. Не катастрофически, но не хватает. Все происходящее уместилось бы страницах на двадцати. Как бы доказывая свое мастерство короткого рассказа, он вставляет в историю еще одну историю, рассказ о молодости одного из героев, который вполне мог бы быть отдельной новеллой. И история эта, конечно, нелишняя, но общий роман без нее вполне бы обошелся. Все оставшееся место, чтобы новелла превратилась в роман, автор отводит на душевные переживания героев.

То, что сказано в предыдущем абзаце, точно не является упреком или негативным фактором. Роман получился отличный, даже с таким коротким сюжетом. Расскажу, что меня в нем прям зацепило.

Роман написан в 1938 году про 1913 год. А я не мог отделаться от ощущения, что роман написан в 19 веке. Он настолько стильно-классический, он настолько РОМАН, настолько психологичен, тонок и точен, он пронизан романтизмом и драмой. Я не готов прям утверждать, но там явное влияние русской классики, Достоевского уж точно (да и Толстого наверняка). Копание в душе героя (роман от первого лица), копание в нюансах и оттенках происходящего, препарирование событий в подробностях и деталях. Я обожаю классические романы 19 века. И это как будто еще один. Я когда читал «Жизнь Арсеньева» мне казалось, что Бунин закрывает традицию русского классического романа в 1930 году. Но тут 38 год. Это не русский роман, австрийский, но так похоже. Я впечатлен.

Тут же добавлю о переводе. Одно слово – великолепно. Уже в середине книги проверил – переводил еще в шестидесятые один из лучших переводчиков-германистов, Николай Николаевич Бунин, именно этот его перевод считается идеальным и изучается как образец переводческого мастерства. Предполагаю, что перевод – один из факторов ощущения русской классики.

Тематика. Этот роман не о любви. Понятно, что без любви тут никуда, но это не о любви. Это роман о сострадании и милосердии. Причем так, как об этом не говорили, потому что не принято (ну может и говорили, я тот еще литературовед, но я не помню). Это роман о всех аспектах милосердия. Что такое истинное и ложное милосердие? Почему милосердие может быть злом? Как сострадать не во вред. Как жалость губит. Он настолько тонко это чувствует, настолько правильно нам преподносит. Книга, которая не учит быть милосердной, а предостерегает от него. Удивительное дело. И полный восторг.

Роман не был бы романом, если бы там не было темы любви. В этом плане все тоже очень сильно. А письмо Эдит к своему возлюбленному –самое сильное любовное послание, которое мне довелось читать, после письма Татьяны (но Пушкину легче, он поэт-гений, у него помимо слов еще музыка стиха). А некоторые сцены, несмотря на кажущуюся затянутость, прям великие. И только ради этого стоило превратить новеллу в роман, в рамках рассказа этим сценам было бы тесно.

Из проблем этого произведения, проблем именно в рамках формы романа, я бы выделил почти полное отсутствие эпохи вокруг. Для жанра романа тут слишком мало всего – быта, окружения, социальных историй. Поэтому, если Вы ждете эпоху, то вы ее не получите. Тут такая чистая утилитарность – есть история, есть чувства, Цвейг расскажет. Остальное уж извините.

Мне роман очень понравился, я прям в восторге. Но я обожаю классику, так что все, кто как я – рекомендую. Если классика и психологизм не Ваш приоритет, то нет.

Роман Цвейга мне подарила подруга на Новый год. Я не могла залпом проглотить эту книгу, а потому тянула по несколько страничек в день, пока не дошла до 120. После того, как талант этого замечательного австрийского писателя начал просвечиваться сквозь такое количество страниц, я полностью погрузилась в эту историю. Каждая страница была для меня величайшим упоением - настолько мне понравился его язык: изящный, правдивый и честный. В итоге я прочитала всю оставшуюся часть книги за один день!

Поразительный роман "Нетерпение сердца" не может оставить равнодушным ни единого человека, кто хоть раз испытывал такое чувство, как любовь. Я сближаюсь с теми авторами, в строчках прозы которых я ощущаю частичку себя, ты читаешь книгу и понимаешь, что тебе знакомы все те же переживания, какие испытывают герои, ты понимаешь их. Такой эффект я называю "Рука помощи из прошлого", когда писателя уже давно нет в живых, но благодаря его литературному труду он будто бы дотрагивается до тебя, проникает в твою душу.

Всё вышеперечисленное вызвал во мне роман Цвейга, а сам автор стал для меня истинным творцом и мастером слова.

Как я не люблю читать про жалость. А еще как я не люблю читать про манипуляторов.

Цвейга за его кружево люблю. Но, видать, все кружево ушло на новеллы, потому что тут мне его легкости и плетения не хватило, как-то скупо для Цвейга получилось. А может я просто так не полюбила всех героев, что мне за этим и кружевного плетения не было видно? Тут не берусь судить.

И так, я не люблю жалость, потому что она никого еще не сделала счастливым. Скорее уж честно раздражала. А уж манипуляторы - это же гадко! Но люди привыкли, им так удобно им так надо и они действительно сели все на бедного парня и едут на нем. А этот идиот им с готовностью подставляет шею. И главное, ему предлагали возможность уйти, избежать всего этого, но нет же, у нас же башка в этот момент не думает, а думает какая-то другая видать часть тела, жопа, которой всегда мало приключений. На ежа бы уже села, эта жопа.

В общем, Цвейг как обычно написал про несчастных людей, которые хотят как-то вот так вывернуться и без шапки в лес уйти чтобы другим было обидно и досадно. В принципе я не могу сказать, что Цвейг написал как-то не так про людей, я просто не люблю истории про таких людей. А так, он конечно прав, они все так и поступают. Подставляются, взбираются на шею, уходят в лес без шапки и считают, что это отличная жизнь, что все так и живут. Мерзко.