
Книжный проект журнала "Воздух"
Rosio
- 66 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
*
Дальнобойный стрекот кузнечиков, скрип личинок, чахнущих в арсеналах,
Свист и щёлк тысяч птичек, отдающих тебе и мне рапорт,
Это всё образует сердечное томление, неизмеримое в баллах,
Налетающее в темноте сознанья на табуретки хрипа и тумбочки храпа.
А пока, мой дорогой дневальный, ты эфир подпираешь кариатидой,
Радиослушатель мой, пока ты качаешь в люлечках слуха лепеты тверди,
Пока тебя к жизни понуждает всё, кроме на весь этот мир обиды,
Которая меня захлестнула, как тебя на волне УКВ пена Верди.
И потому, где для тебя комариная безделица, шутка, – мне боль и мука;
Например, сто миллионов электробритв на тысячах га щетины
За час до подъёма колобродят в невыносимых клубах звука,
От которых я чую: бегут рядовые ангелы и негодные к строевой серафимы.
июнь 1992

Стихи для спящего Пригова
Три фуры сгрудились, и это беспредельно на ледяном шоссе,
Водилы мочатся, и зрелище само себя смывает, покуда сменщик спит.
Спроси у Господа – какое наказанье за то, что я бестрепетно просил
Всё то, что полагалось мне, за то, что я крохоборствовал в эдеме дармовом.
Там ангел культяпкой тихой ледяной к моей притронулся губе,
Как будто с фронта он, как будто с фронта он, как будто
Там продолжаются бои и лыжники вот-вот возьмут снеговиков
В кольцо кромешное: молчи-молчи, когда дорогу знаешь...
Мильоноглаво вымершим народонаселеньем на пажить я полёг,
Заря-заря мне щекотала эпидермис капут-мортумом, кармином, о, не спи,
Всё говорила мне она, всё говорила мне и раз, и два, и три,
И вот уже четыре, просыпайся, вставай-вставай,
не притворяйся спящим,
ну же, пять...
13.07.2007

Л. Г.
"Гулял по загородному кладбищу".
Не продвинулся за эту строчку дальше.
Что делаю и что вообще ищу,
Пока спрашивал себя – устал лишь.
Облака застыли непорочными
Больными девами, макияж померк их
Октавой розовой – не прочь они
Мелькнуть отсюда водомерками.
Туда, где нежность, нежность перемесит
Сердечный шум, и всё наивней
В штриховке соболезнующих ливней
Любовной жалобой ползёт Мересьев,
На треть он умер у порога вечности,
Щекотка звёзд искрит его конечности...









