
«Тигр на завтрак» — документальная повесть о судьбе Бориса Лисаневича, человека, превратившего свою жизнь в приключенческий роман. Кадет Одесского морского училища, танцовщик труппы Дягилева, охотник на тигров, друг королей и магараджей – «Борис являет собой достопримечательность номер два в Непале после Эвереста.»
Я бы с наибольшим интересом прочитала о времени, проведённом Лисаневичем в Русском балете, но для самого Бориса это были самые скучные годы. Я его еле вспомнила в «Меркурии» и «Лисе». В 1932 г. Лисаневич выехал на гастроли в сторону Цейлона, Калькутты, Бомбея, Шанхая, Катманду и других не менее экзотических для европейца городов и стран. И остался в тех краях.
Энергичный, фонтанирующий идеями, с явной авантюрной жилкой и организаторскими способностями Лисаневич занимался всем подряд. Начиная организацией Клуба-300 в Калькутте и заканчивая свиноводством в Ичангу, между делом были ликёроводочный завод, авиалинии и чёрт в ступе. Но прославился Борис тем, что сыграл важную роль в открытии Непала для внешнего мира, его Royal Hotel в Катманду стал центром светской и туристической жизни страны.
У меня ощущение, что или Лисаневич, или автор если не привирает, то преувеличивает, соответственно, трудно отделить реальность от легенды. Борис получился идеальным: он и мастер на все руки, и врагов не нажил и т.п. Мне же показалось, что Лисаневич склонен к эффектным поступкам, не всегда оправданному риску, желанию извлечь выгоду, выпячиванию своих успехов и созданию мифов вокруг своей персоны. Вся его разносторонность интересов выглядит поверхностно.
Попутно Мишель Пессель красиво рассказывает о Непале 1950-60-х. Стране, где не знали ложек, телефонов и унитазов, с пешеходными тропами, каменными скамьями для носильщиков, небольшими убежищами у дорог, древними обычаями. С величественными Гималаями. Не «город контрастов» Калькутта, а гармоничная жизнь средневекового уклада со своеобразной культурой и нетронутой природой. Однако жизнь «затерянного мира» менялась на глазах, что стало возможным благодаря деятельному участию таких людей, как Лисаневич. Что в то время об этих изменениях думали сами непальцы, осталось за кадром.





































