White fire

Вы знаете, я всегда считал, что нет таких понятий, как нравственная или безнравственная книга. Бывают плохо или хорошо написанные книги - больше ничего.

Я поймала его, когда он уже собирался выстрелить. Он не назвался, поэтому я называю его Мешок Говна.

Пендергаст выдал ему тысячу долларов. Потом взял револьвер, крутанул барабан, не глядя приставил ствол к виску и нажал спусковой крючок. Щелк.
– Вот вы-то и есть долбанутый псих.

– <...> Работа, достойная похвалы.
– Просто случай.
– Случай – это деталь пазла, которая еще не нашла своего места в общей картине. Хороший сыщик собирает все «случаи», какими бы незначительными они ни казались.

Кори разочарованно наморщила нос:
– Вас послушать, все так просто.
– Большинство расследований просты. Если я не научу вас ничему другому, надеюсь, хоть это вы усвоите.

Кори дочитала рассказ, подняла голову и встретила взгляд серебристых глаз Пендергаста, устремленных на нее. Она поняла, что задерживает дыхание, и выдохнула.
– Ни хрена себе, – проговорила она.
– Можно и так сказать.

– Как вы могли предвидеть такую случайность?
– Я ее не предвидел, Ватсон. Я ее осуществил.

Когда речь идет о нескольких убийствах, Ватсон, всегда нужно особое внимание уделять первому. Нередко мотив обнаруживается именно в этом преступлении, а потому и все расследование строится на нем.

– Неужели все так просто?
– Ну, если вещь хороша, то ею можно воспользоваться и повторно.

Да, слой цивилизации был очень тонок.