Консуэло (книга 2)

Всякий тщеславный человек ненавидит себе подобных и высмеивает в них порок, присущий ему самому.

Не унижайся никогда до лести даже перед высшими, а тем более перед человеком, мнением которого ты, в сущности, пренебрегаешь.

Доброта черпает силы там,где гордость находит лишь отчаяние.

Жизнь - большая загадка и не надо пропускать ни одного, самого мелкого факта, не объяснив себе его и не поняв. Так познаётся жизнь.

Эгоист всегда и везде одинок. Его душа никогда не бывает утомлена любовью, муками, постоянством; она безжизненна и холодна и нуждается во сне и покое не больше, чем мертвец. Тот же, кто умеет любить, редко бывает одинок, а если бывает, то он рад этому.

Талант артиста нуждается для своего развития в похвалах и успехе, точно так же, как новорождённый нуждается в воздухе, чтобы расти и жить…

...как итальянские женщины относятся к мадоннам: в часы раскаяния они молят их о прощении, а когда грешат, завешивают их лик занавеской.

Есть два вида некрасивости: одна, страдая от общего неодобрения, завидует и злобствует,-это и есть настоящая, истинная некрасивость, другая, наивная, беззаботная, мирится со свим положением и равнодушна к производимому ею впечатлению, — подобная некрасивость, не радуя взора, может привлекать сердца…

Вы все больше возбуждаете мое любопытство, но не удовлетворяете его

Одинокий человек - это только тень, а тот, кого не любят, одинок, всюду и со всеми.

Боязнь мертвых - отвратительная слабость. Это самое обыденное и жестокое кощунство. Матери этой боязни не знают.

Любовь, даже не очень сильная на многое закрывает глаза, но дружба размышляет.

Праведное небо! Как можешь ты допускать подобные ошибки, наделяя огнем гениальности такие безобразные головы!

"В глазах восемнадцатилетнего мальчика каждая женщина - красавица".

Есть люди, которых слишком уважают, чтобы обманывать хотя бы ради их спасения.

Странная судьба:одним она дает то,что их страшит, а у других отнимает то,что им дорого.

– Бедные люди! – проговорила Консуэло. – Будь я богата, сейчас бы выстроила им дом, а если бы была королевой, то избавила бы их от всех этих налогов, монахов, евреев, которые их донимают!
– Будь вы богаты, вы и не подумали бы об этом, а родясь королевой, не возымели бы подобного желания. Уж таков мир.

Мария-Терезия ценила в своих театральных любимицах лишь ту добродетель,творцом которой считала одну себя,а добродетель,которую девицы сумели сохранить сами,мало ее интересовала.