Цитаты из книги The Cider House Rules

Если гордыня - грех, размышлял д-р Кедр, то величайший из грехов - гордыня добродетели.

- Никто, кроме меня самой, не клал мне на живот руку. Никто не прикладывал ухо послушать, как он там. Нельзя беременеть, если некому слушать, как ребенок ворочается у тебя под сердцем. Правда?

Перспектива раздвигающихся горизонтов обогащает душу

Сироты умеют глубоко прятать чувства.

– Ты в этом уверен, Анджел? – спросила она. – Почти. На девяносто девять процентов. – А надо на сто, если что-то утверждаешь, – сказал отец.

Противники аборта клеймят женщин, повинных в случайной беременности, осуждают бедняков, как будто те сами виноваты в своей нищете. Не заводить много детей – это единственное, чем они могут помочь себе. Но они лишены права выбора.

– Шволочь! – крикнул Копперфильд. К счастью, из-за шепелявости его ругательства звучали не так уж страшно.

Взрослые не ищут в окружающем мире дурных предзнаменований, а сироты ищут их всегда и во всем.

Чудесное слово «состояние»! Если слышишь его из уст врача, оно производит магическое действие.

У кого хватит духу критиковать имя, выбранное по любви.

И в приятных местах бывают свои беды.

Работа Господня – тяжкий труд, но раз уж хватило духу взвалить его на себя, исполнять его надо наилучшим образом.

...Фальшь, с которой Гомер то и дело сталкивался в хорошем обществе, потрясала его; прекрасные люди – а что Уолли был прекрасный человек, сомнений нет – в глаза знакомым говорили одно, за глаза – другое.

Нельзя беременеть, если некому слушать, как ребёнок ворочается у тебя под сердцем. Правда?

Some rules are good rules... But some rules are just rules. You just got to break them carefully.

Служение детям и половая жизнь несовместимы.

Если гордыня - грех, то величайший грех - гордыня добродетели.

«Смешно! — подумал он. — Сходишь на свидание, поцелуешь девушку, раз-другой обнимешь — и все уже считают, что ты только о ней и думаешь».

Этот их страх заставил его задуматься над величайшей двойственностью отношения людей к детям, которая навсегда останется для него загадкой: плоть человеческая желает зачать ребенка, а ум зачастую противится.

В жизни столько правил, сколько людей.