Крепость у пограничной реки
Захоронение солдат 45-ой пехотной дивизии Вермахта возле Свято-Семёновского собора в Бресте. Фото 1941 года.
Когда в ходе контрнаступления под Москвой зимой 1941/42 годов советскими войсками была разгромлена 45-я немецкая дивизия, советское командование из трофейных документов с удивлением узнало о том, что рассматриваемое ими должностное преступление (невывод войск из Брестской крепости накануне войны) обернулось подвигом, на масштабности которого настаивал и сам противник. Впоследствии, оборона Крепости стала одним из символов Великой Отечественной, наверное, наиболее ярким в памяти потомков из всего Приграничного сражения, хотя, в общем-то важного военного значения, влияющего на судьбы ушедших на восток фронтов, она уже не имела. Посему и в советской и в российской историографии в общем-то мизерное по числу участников с обеих сторон сражение увлеченно исследуется уже которое десятилетие, были советские историки, занимающиеся только вопросами обороны в рамках восхваления подвига защитников Крепости. В последнее десятилетие тема обороны вновь привлекла внимание, прежде всего потому, что стали доступны документы с немецкой стороны, которые способны заполнить лакуны тех воспоминаний, которые оставили выжившие солдаты и офицеры Красной Армии. Это прежде всего исследование 2008 года Штурм Брестской крепости Ростислава Алиева, несколько раз переизданное, в том числе и перед выходом известной киноленты 2010 года о событиях. Ту книгу я и сейчас советую всем читателям LiveLib'а, это доступный и объективный труд о действиях и советской и немецкой сторон в первые дни войны. Через несколько лет, в 2012-2013 годах совместно Ростиславом Алиевым, как исследователем обороны, и Ильей Рыжовым, как собирателем фотоархива о крепости, был выпущен де-факто подарочный трехтомник Брест. Июнь. Крепость. Книга Первая и Брест. Июнь. Крепость. Книга Вторая, я о них еще писал в своем блоге. Теперь наконец-то дошла очередь до прочтения их труда, и раз первая книга трехтомника номинально составляет отдельное издание, то напишу о ней отдельную рецензию.
Это весьма подробное исследование о Крепости, ее защитниках и нападавших с момента присоединения Западной Белоруссии к СССР с советской стороны, и до-ВОВ-история 45-й пехотной дивизии Вермахта с немецкой стороны. Ценность его - прежде всего в том, чьим отсутствием страдают обычные книги обычного неальбомного формата - громадное количество иллюстраций, в том числе по предметам, которые трудно охватить даже короткой памятью во время прочтения - например рисунки с расположением советских частей в Цитадели и в укреплениях трех островов, в том числе с указанием места хранения оружия, техники и так далее. Вроде бы мелочи, но на самом деле от них зависели все жизни защитников с внезапным началом войны. Плюс описание частей, застигнутых в Крепости вторжением - 6-я и 42-я пехотные дивизии, пограничники, военный госпиталь, конвоиры-чекисты и их "подопечные", разная солянка отдельных частей армейского подчинения. Из-за недостатка казарменного фонда Крепость была еще тем проходным двором, туда, к примеру, направлялись десятки свежеиспеченных лейтенантов из Смоленска, ожидающих своего распределения по ротам, какие-то части были выведены на учения, отдельные люди, наоборот, остались на ночь. Число советских солдат и офицеров застигнутых в Крепости 22-го июня точно не известно, и даже вряд ли будет подсчитано с примерной точностью до сотен человек, прикидки идут на тысячи. По плану обороны, между прочим, ни о каких штатных тысячах защитников речь не шла, оборонять ее должен был батальон. Наверное, самое ожидаемое мною об этих дивизиях - примерный уровень боевой подготовки к началу войны - у авторов остался в целом не раскрыт, кроме упоминаний в различных воспоминаниях, щедро цитируемых с первой по последнюю страницы. Тут ничего удивительного нет, архивы 4-й армии погибли в первый же день войны, посему практически все документы, на которые опираются авторы, шли по линии политотделов. В них предстает любопытный плавильный котел, которым была советская армия все время существования страны - в частях крепости служили десятки грузин, армян, чеченцев и ингушей, выходцев из народов Поволжья и местных приграничных районов. Тут, конечно, нашлись места для конфликтов как из-за разницы культур, так и простого разгильдяйства бойцов и командиров, фиксируемый прежде всего политруками.На другом берегу Буга шла своя активность. Я еще по первому труду Алиева помнил, что немецкое командование в целом интересовал только ж/д мост через Буг, который был одной из "панцерштрассе" для 2-й танковой группы Гудериана, и ее захват был одним из важнейших задач вообще первого дня войны для немцев. Крепость, чьи орудия держали под прицелом мост, приходилось строго одновременно брать "за компанию", перед боями немецкое командование предупреждало подчиненных в нежелательности ввязывания в бои в районах городской застройки, как наиболее кровавые. Тогда почему захват критической точки для всей танковой группы был доверен именно 45-й немецкой, в девичестве 4-й австрийской дивизией, вошедшей в Вермахт после аншлюса Австрии? Бывшие австрийские части и самими немцами, и советским командованием впоследствии, рассматривались как более слабые, по сравнению с великодойчами. К тому еще дивизия потеряла командира в автокатастрофе весной 1941-го, вместо него дали старого и не очень боевого служаку из резерва? Единственной догадкой может быть участие дивизии в переправе через Эну во французской компании. Видимо, раз утвержденный на картах план уже решили не переделывать. Немецкие документы сохранились гораздо лучше, воспоминаний тамошних командующих тоже хватает, поэтому эта книга дает не очень часто мелькающую в русскоязычной литературе картину, как готовились немцы к Восточной компании. Чисто немецкая скрупулёзность с расписанным по минутам огневым налетом и нарядом привлекаемых сил. У немцев были только трофейные польские карты, про состояние укреплений и численность советских войск они имели крайне туманное представление, но пограничное местоположение давало возможность использовать осадную артиллерию. И тут немцы не поскупились, привлекая и чудища-самоходные мортиры "Карл", и реактивные Nebelwerfer-миномёты, и крупнокалиберные мортиры, нашлось место даже для зенитки Acht-acht. Сам первый план штурма крепости был составлен артиллеристом, вкратце он предлагал обрушить на укрепления Цитадели, западного и северного островов вал огня, а потом быстро зачистить территорию ворвавшейся через ворота пехотой. А так, о боевой подготовке немецкой дивизии сохранилось куда больше документов. Тренировали, естественно, переправу через реки, совершение длинных маршей, отбивание контратак пехоты с участием танков и т.д. В любом случае, участвовавшая в боях австро-немецкая 45-я пехотная была куда опытнее противостоящим ей советских частей с превалирующим числом бойцов первого года службы и новоиспеченных лейтенантов. О том, как авторы описали реальный ход боев за крепость - в следующей рецензии.
22 понравилось
