Странно, что эту книжечку так до сих пор никто и не оцифровал, ведь тираж у неё был приличный, а содержание интересное для многих книголюбов. О нём можно догадаться из названия (что вряд ли бы получилось, выйди подобный трактат на японском): в дотошном исследовании господин Рёхо рассказывает читателям о том, какие именно сюжеты и традиции японские писатели заимствовали у русских классиков. Думаю, что с влиянием русской литературы на японскую сталкивался каждый, кто читал последнюю. Акутагава Рюноскэ, Нацума Сосэки, Кобо Абэ (из самых известных у всех "на слуху") писали иногда даже прямые подражания. Можно было бы даже в сторону Харуки Мураками кивнуть, который нет-нет да и всунет куда-нибудь Достоевского или Тургенева, но увы, считать его японским писателем почти невозможно.
Автор сразу признаётся, что его книга не полна. Нет отдельной главы о Достоевском (но об отсылках на него всё же говорится достаточно, чтобы потешить эрудицию и дать читательские ориентиры) — не потому что сказать о нём нечего, а потому что отсылок такое огромное количество, что по словам Рёхо он немедля заслуживает отдельной монографии. Не знаю, кстати, вышло ли с тех пор (а книжка конца восьмидесятых) что-то подобное. Зато в начале даётся довольно подробное исследование о "зачинщиках" проникновения русской литературы в Японию, и Тургенев с Достоевским там в первых рядах. Со всеми конкретными именами "вдохновившихся", само собой. Как бы ни утверждал Одзаки Коё, что "Русская литература — это бифштекс, сочащийся кровью, а японцы любят постную рыбу", время показало, что иппонцы очень даже падки на сочное мясцо.
Есть отдельные главы о Толстом, Горьком, Гоголе. Всё конкретно и по полочкам: какой писатель какую идею, метод или сюжет взял, в каком произведении воплотил и что из этого вышло. Бонусом — рассказы о критических статьях японцев про русскую литературу. Весьма интересные надо, сказать, потому что поначалу они смотрели на неё со своей классической колокольни и не знали, как это вообще читать.
В книге исподволь подводится к выводу, что японская культурная традиция способна понять русское мышление, философию и литературу куда глубже, чем Европа. Может быть, поэтому и влияние русской литературы на японскую куда более велико, чем на литературу других стран. Приятно, чёрт побери.
Ну и для заманухи приведу несколько лулзов из книжечки. Поначалу русские романы стремались выпускать под собственными названиями, уж слишком дикими они были для японского уха. Поэтому мало того, что иногда делался не перевод, а уж очень вольный пересказ (или перевод делался с английского), так ещё и название "объяпонивалось".
Так "Война и мир" превратилась в "Плачущие цветы и скорбящие ивы. Последний прах кровавых битв в Северной Европе". "Отцы и дети" в "Нравы русских нигилистов". "Рудин" в "Плачущую траву". Но больше всех досталось "Капитанской дочке". В переводе с английского её обозвали "Сказанием о Смите и Мэри. Русской любовной историей". А потом и вовсе присобачили "Сердце цветка и думы бабочки. Удивительные вести из России".
Пойду отполирую свою сакуру и цикаду расчехлю по случаю такой поэтичности.
118 понравилось
