Герои Первой мировой

Нет в нашей стране более замалчиваемой, более оболганной, более проклятой и забытой войны, чем Первая мировая (1914-1918). Горька судьба ее героев. В силу исторических обстоятельств они не дождались ни юбилейных медалей, ни пенсий, ни музеев, ни вечных огней, ни цветов в день Победы... Эта книга - скромная дань уважения тем, кто не вернулся с кровавых полей Галиции, Волыни, Польши, Литвы, Латвии, Белоруссии, над кем навсегда сомкнулись холодные воды Балтики или Черного моря. Вниманию читател...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,3

12 оценок

5
50%
4
33%
3
17%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 12Хотят прочитать 59

Рецензии

renigbooks13 июля 2025 г.
Забытые герои Великой войны
Вячеслав Васильевич Бондаренко — известный белорусский и российский писатель, многократный лауреат премии министра обороны Республики Беларусь в области литературы и искусства, премии Президента Республики Беларусь «За духовное возрождение» и многих других наград. Автор нескольких книг в серии ЖЗЛ (включая горячую новинку этого лета «Битлз»), из которых я читал и рецензировал «Липгарта», «Лавра Корнилова» и сборник «Легенды Белого дела». Не скрою, что за это время Вячеслав Васильевич стал одним из уважаемых мною авторов серии, поэтому знакомство с его творчеством продолжается.
В этот раз я остановил выбор на его сборнике «Герои Первой мировой», издававшемся в 2013–2014 годах и удостоенном премии «Александр Невский». Книга посвящена, пожалуй, самой оболганной, про́клятой и забытой войне в отечественной истории, заслонённой событиями двух революций, Гражданской и Великой Отечественной войн. А ведь именно ПМВ в пору её начала называли Второй Отечественной или Великой войной, призванной раз и навсегда положить конец всем вооружённым конфликтам в Европе. В нашей стране лето 1914 года ознаменовалось невиданным подъёмом патриотизма, поднявшего народы Российской империи в бой за Веру, Царя и Отечество. Не счесть подвигов, совершённых ими с первых дней войны, но эти герои «не дождались ни юбилейных медалей, ни пенсий, ни музеев, ни вечных огней, ни цветов в День Победы...» (стр. 8). Да, имена многих персоналий сборника на слуху и сегодня, но если речь заходит, к примеру, о генералах Алексееве, Корнилове или Юдениче, то в первую очередь мы вспоминаем о них как о деятелях Белого движения, а не полководцах и героях ПМВ. Не берусь с уверенностью сказать, довелось ли повоевать на фронтах Великой войны моим предкам, но мужества, героизма и подвигов их сверстников забывать нельзя.
Галерея представленных в работе „портретов“ весьма разнообразна: от Верховных Главнокомандующих, командующих фронтами и сына великого князя — до простого донского казака, военного священника и сестры милосердия. Генералы, кавалеристы, моряки, лётчики... Здесь собраны представители практически всех родов войск, всех „этажей“ Русской Императорской армии. Герои повествования подобраны таким образом, что очерки о них складываются в масштабную картину исторических событий, происходивших в России и Европе в годы ПМВ, до неузнаваемости изменившей мир и ставшей первопричиной последующих глобальных потрясений.
Несмотря на то, что внимание исследователя сконцентрировано прежде всего на русском фронте Великой войны, в тексте встречаются и необходимые отступления, посвящённые военно-политической деятельности Николая II и первого Верховного Главнокомандующего военного времени великого князя Николая Николаевича, Февральской и Октябрьской революциям, отречению и аресту императора и последовавшей Гражданской войне, ведь в России все эти переломные события были неразрывно связаны с ПМВ и происходили одновременно с ней, и многие её герои продолжили свой воинский путь уже на других фронтах, против иных врагов... В то же время книга лишена предвзятого „всезнающего“ взгляда на события вековой давности с высоты сегодняшнего дня, что делает возможным спокойное, рассудительное и объективное повествование, отличающее каждую прочитанную мною работу Вячеслава Васильевича.
Первый и самый объёмный очерк сборника посвящён генералу-адъютанту Михаилу Васильевичу Алексееву (1857–1918) — фигуре неоднозначной и спорной. «Для кого-то он в первую очередь основатель и вождь Добровольческой армии, „икона“ Белого движения, талантливейший полководец Первой мировой, для кого-то — один из главных ликвидаторов Российской империи, предавший своего государя ради ложных политических химер. Однако никто не может отрицать того, что в своих действиях М. В. Алексеев никогда не руководствовался мотивами личной выгоды, — подчёркивает автор. — Всю жизнь он защищал только интересы Родины, России — так, как он их понимал» (стр. 114). Действительно, с одной стороны, Алексеев — талантливый генштабист, начальник штаба Верховного Главнокомандующего. „Кризисный менеджер“, не раз находивший выход из экстренных ситуаций (к примеру, спасший из „польского мешка“ восемь армий Северо-Западного фронта в 1915 году).
С другой стороны, при всей своей скромности и бескорыстности, он не доверял подчинённым, предпочитая окружать себя молчаливыми и бездеятельными помощниками. Недостаток волевых качеств и податливость чужому влиянию сделают его одной из ключевых фигур в заговоре против императора в 1916–1917 годах. Наплевав на ухудшение состояния своего здоровья, подстрекаемый предателями, захмелевший от призрачной власти Михаил Васильевич продавливал от командующих фронтами требование об отставке императора и оказывал на государя прямое и косвенное психологическое давление, шантажируя его безопасностью царской семьи. Но и в наступившей после Февраля „свободе“, в считанные недели разложившей армию, он быстро разочаровался. Последней „операцией“ предприимчивого генерала стало создание секретной офицерской организации, вошедшей в историю как белая Добровольческая армия, но это уже совсем другая история...
Столь же двойственные исторические оценки сопровождают личность генерала-адъютанта Алексея Алексеевича Брусилова (1853–1926). Для одних он — очередной предатель, внёсший свою лепту в отречение императора и из карьерных соображений поспешивший присягнуть и Временному правительству, и советской власти. Для других это истинный патриот, оставшийся со своим народом и армией в самый тяжёлый час. Впрочем, в дальнейшем стали известны его высказывания о готовности повернуть оружие против красных и снова „перекраситься“, но на подобных откровениях престарелого генерала внимания никогда не акцентировали, ибо он уже прочно утвердился в национальном сознании как истинно народный герой.
Вслед за Алексеевым и Брусиловым роль Верховного Главнокомандующего в революционном 1917 году на себя ненадолго примерил и Лавр Георгиевич Корнилов (1870–1918) — один из самых ярких русских военачальников ПМВ. Бесстрашный разведчик, выполнявший опаснейшие миссии в регионах, куда до него не ступала нога европейца. Учёный-исследователь, чьи труды были высоко оценены Русским географическим обществом. Отчаянно храбрый полководец, чья дивизия заслужила почётное наименование „Стальной“. Единственный русский генерал, сумевший сбежать из вражеского плена. Тот, кому Временное правительство поручило арестовать бывшую императрицу и кто был вероломно предан Керенским, видевшим в Корнилове опасного конкурента в борьбе за власть и потому объявившим спешившего ему на помощь генерала „мятежником“. Затем были „быховское сидение“, руководство Добрармией на Дону и ужасная участь его останков, выкопанных из могилы и зверски осквернённых большевиками... В 2016 году в серии ЖЗЛ вышла отдельная книга В. В. Бондаренко о жизненном и боевом пути генерала Лавра Георгиевича Корнилова, и я рекомендую её всем интересующимся личностью легендарного военачальника.
Завершает „генеральский“ блок книги рассказ о генерале от инфантерии, „мастере импровизации“ Николае Николаевиче Юдениче (1862–1933) — организаторе и вдохновителе Сарыкамышской и Евфратской операций, завершившихся полным разгромом турецкой армии. Также в его активе числятся блестяще спланированное и осуществлённое взятие Эрзерума, падение Трапезунда и победа в сложнейшей Огнотской операции.
Не менее вдохновенны, интересны и познавательны и другие очерки сборника, посвящённые героям-рекордсменам. К примеру, донскому казаку Козьме Фирсовичу Крючкову (1890–1919) — первому георгиевскому кавалеру ПМВ, чей подвиг был широко известен в дореволюционной России, а ныне практически забыт. И довольно несправедливо, что в общественном сознании имя Крючкова остаётся в ироничной коннотации из-за его образа в «Тихом Доне» Шолохова.
Гусарские офицеры братья Борис (1878–1914), Гурий (1880–1914) и Лев (1882–1915) Панаевы, беззаветно преданные родине и своим боевым товарищам, не задумываясь отдали жизни в самые горячие, решающие минуты боя. Их мать Вера Николаевна, воспитавшая сыновей-героев, волею императора стала единственной женщиной — кавалером Знака отличия Святой Ольги.
Истинным патриотом предстаёт на страницах посвящённого ему очерка князь императорской крови, корнет лейб-гвардии Гусарского полка Олег Константинович Романов (1892–1914) — сын великого князя Константина Константиновича, известного под поэтическим псевдонимом К. Р. Болезненный юноша, обладавший литературным даром, писавший стихи и прозу, мечтавший послужить родине и честно заслужить причитавшиеся ему по праву рождения привилегии, добился перевода со штабной работы на передовую и скоропостижно скончался от ран осенью 1914 года после совершённого им подвига. Трагичная участь постигла и его братьев, убитых в Алапаевске в 1918 году. Примечательно, что князь Олег был единственным членом Российского императорского дома, погибшим на фронте ПМВ и захороненным не в Петропавловском соборе.
Хочется преклониться перед „ставропольской девой“ — хрупкой на вид сестрой милосердия Риммой Михайловной Ивановой (1894–1915), спасшей с поля боя около 600 солдат и лично возглавившей атаку после смерти офицеров 105-го Оренбургского полка. За свой последний подвиг по представлению командования, поддержанного императором, она была посмертно удостоена Ордена Святого Георгия IV степени, став единственной женщиной, получившей эту высокую награду за реальный боевой подвиг. Сразу же заговорили об открытии памятника Римме Ивановой и причислении её к лику святых, но дальнейшие потрясения, выпавшие на долю горячо любимой ею родины, поставили на этих планах крест, а имя героини было забыто на долгие десятилетия...
Завершает книгу рассказ о групповом подвиге экипажа «Ильи Муромца XVI» — единственного самолёта этого типа, который русская авиация потеряла в воздушном бою за всю ПМВ. Дань храбрости и мужеству наших лётчиков — потомка Рюрика Дмитрия Макшеева, первого военлёта-азербайджанца Фарруха Гаибова, поручиков Митрофана Рахмина и Олега Карпова — отдали и их враги, немецкие авиаторы, с воинскими почестями похоронившие их на своём военном кладбище. Правда, на кресте над их общей могилой они до сих пор значатся как «4 неизвестных русских лётчика»...
На примере всех этих героев особенно выпукло видно, в какой атмосфере любви к родине воспитывалась тогдашняя российская молодёжь, для которой не было ничего выше воинского долга, товарищеской взаимовыручки и славной смерти в бою за Отечество. В заключение хотелось бы поблагодарить Вячеслава Васильевича за проделанную работу и ещё одну достойную книгу в моей читательской копилке, пожелать ему новых творческих успехов и побед в сотрудничестве с нашей любимой серией ЖЗЛ!

Рецензия на сборник Вячеслава Бондаренко «Легенды Белого дела»:
https://www.livelib.ru/review/2800426-legendy-belogo-dela-vyacheslav-bondarenko#comments
Рецензия на книгу Вячеслава Бондаренко «Лавр Корнилов»:
https://www.livelib.ru/review/2552692-lavr-kornilov-vyacheslav-bondarenko#comments
Рецензия на книгу Вячеслава Бондаренко «Липгарт: Создатель „Победы“»:
https://www.livelib.ru/review/3693238-lipgart-sozdatel-pobedy-vyacheslav-bondarenko#comments
Читать далее
66
332
McSim3 декабря 2013 г.
Любая хорошая книга, на мой взгляд, должна рождать мысли в голове читателя не только во время чтения, но и - что более важно - после. Книга "Герои Первой мировой" - как раз такая книга: жизнеописания затрагивают злободневные вопросы истории России (в том числе современной истории), заставляют задуматься о мотивах тех или иных поступках, о ценностях - тогда и сейчас.
Не буду писать об актуальности данной темы, о печальной судьбе забытых героев - это и так понятно. Хочу отметить некоторые недостатки этой книги.
Во-первых, не всегда понятен выбор героев: почему автор решил рассказать именно о них, а не о других, не менее выдающихся героях Первой мировой? Впрочем, героев так много, что описание их жизни и подвигов потребовало бы подготовки многотомного издания (что, кстати, было бы отличным общероссийским проектом, приуроченным к 100-летию начала Войны). Автору удалось показать, что война затронула все слои: князя рода Романовых ("Недавно я ходил в том же белье 14 дней," - пишет князь Олег Константинович родным) и донского казака, генерала и священника, авиатора и сестру милосердия... Объединила их любовь к Родине, готовность пожертвовать собой ради неё и ради своих идеалов.
Во-вторых, говоря о Первой мировой войне, нельзя избавиться от контекста событий отечественной истории непосредственно перед войной и сразу после. В книге есть явный перекос в сторону той части офицеров и солдат, которая участвовала в Белом движении. Участие в Гражданской на стороне Красных требует оправданий: "не знал", "сомневался", "впоследствии осуждал" и т.п. Затрагивается, в частности, вопрос об авторстве части мемуаров Брусилова, в которой тот нелестно отзывается о советской власти. Впрочем, нельзя и обойти вниманием колебание отношения советских историков к личности генерала. Проблему выбора стороны особенно ярко иллюстрирует трагическая судьба первого русского аса Александра Казакова.
Вызывают недоумение периодические сравнения полководческих талантов того или иного генерала с талантами военачальников Красной армии времён Великой отечественной войны: "в 1941 году ни один советский военачальник не смог организовать "стратегическое отступление" в рамках целого фронта" (с. 27), "о том, чтобы подпустить врага к Киеву, Минску, Москве, Петрограду, а тем более к Волге, тогда никто не мог и помыслить!" (с. 47). Интересно, что большие потери в той или иной операции автор объясняет объективной необходимостью (даже когда, например, конница шла прямо на вражеские пулемёты), а не попыткой "закидать трупами"... Приказ Брусилова "Умереть. Умирать не сразу, а до вечера" - это "по-суворовски"... Великая Отечественная - это другая война: у неё другие причины и другие обстоятельства (в частности, Германия с союзниками изначально вынуждена была воевать на 2 полноценных фронта).
Гипотеза об организации революции странами Антанты выдаётся за факт: "...с развалом геополитического конкурента нужно было спешить. Затем и понадобилась так называемая "Февральская революция", которая на деле была хитроумно спланированной и тонко проведённой спецоперацией. Естественно, было бы упрощением видеть в февральских событиях 1917 года только "руку Запада"..." (с. 59). Также приводится обширная цитата из историка А.А. Керсновского о сговоре Ленина с Керенским: "Керенский предпочёл своего Ленина чужому Корнилову. И отдал Ленину Россию на растерзание..." (с. 208).
При этом нужно отметить, что автор не обходит вниманием и степень готовности России к войне, и тот факт, что Россия фактически не вела самостоятельную политику и крупные боевые операции планировала исключительно для поддержки союзников, по их настоянию (в отличие от времён Великой Отечественной, раз уж начали сравнивать...). Таким образом, несмотря на некоторые спорные моменты, изложенных фактов достаточно, чтобы у читателя сформировалось собственное мнение о событиях и личностях.
Очень порадовали приложения: организация и структура Вооружённых сил России, система воинских званий и чинов, система уставных обращений, знаки различия, ордена и медали, хронология событий. К сожалению, многое из приложений продублировано в основном тексте (пожалуй, стоило бы просто дать ссылку). В описании систем явно не хватает таблиц (понять структуру из сплошного текста совершенно невозможно), а в описании знаков различия - рисунков и фотографий.
В целом нужно отметить и по достоинству оценить колоссальную работу, которую проделал автор. Книга - стоящая. Рекомендую всем интересующимся историей России.
Читать далее
9
237
tinashel7410 марта 2016 г.
В данном очерке значительное место отводится описанию подготовки и проведения революции 1917 года, а также авторскому мнению о причинах свержения монархии и последующих событиях. Революция сыграла в жизни Алексеева большую роль, и поэтому понятно, зачем уделять ей так много внимания. Но тогда странно выглядит то, что другие этапы и стороны его жизни, не относящиеся непосредственно к Первой мировой войне, изложены поверхностно, хотя там также наверняка было много интересного для любопытного читателя. Мне вот, например, нравится читать про личную, бытовую жизнь, а этого здесь считай и нет.
Герой в очерке выставлен как со своих положительных сторон, так и с отрицательных. Приведены цитаты из трудов его современников и историков.
В целом очерк не оправдал моих ожиданий (мало биографии), но его было интересно читать как историческую хронику Первой мировой и революции 1917-го.
Читать далее
2
181

Все рецензии

Цитаты

PATRIOTICA15 июня 2025 г.
...Рота нарвалась на са ую настоящую засаду несколько хорошо замаскированных станковых «максимов». Первыми рухнули под пулеметными очередями шедшие впереди два офицера 10-й роты. Потом упал под пулями один солдат, другой, третий... Остальные, оставшись без командиров, начали растерянно оглядываться. Еще минута, и атака захлебнется. А немцы хладнокровно расстреляют роту в упор.... И тогда впереди поредевшей русской цепи показалась ма ленькая фигурка в сером холстинном платье с красным крестом на переднике.

— Братцы, за мной!..

Это было так неожиданно, что солдаты растерялись. А когда поняли, что на вражеские окопы бежит их любимая мед сестра, рванулись за ней в штыки с громовым «ура». В атаку пошли даже тяжелораненые. Пулеметный огонь по-прежнему косил роту, но воодушевление оренбургцев было так велико, что вражеская позиция под Мокрой Дубровой оказалась за хваченной через полминуты. Но никто в 105-м Оренбургском полку не радовался этой победе. В ходе боя Римма была смер тельно ранена разрывной пулей в бедро... Ее последними сло вами стали «Господи, спаси Россию».

Весь полк оплакивал гибель своей любимицы
Читать далее
1
18
PATRIOTICA15 июня 2025 г.
...на аэродроме Станьково начали волноваться время шло, а «шестнадцатый» все не возвращался. В пол день встревоженный Башко по телеграфу запросил Мясоту, а получив неутешительный ответ, загрузил своего «Илью Муромца-VII» десятью пудами бомб, взял четыре пулемета и отправился на поиски сослуживцев. «Илья Муромец-VII вторично прошел до Борунов, успешно бомбил их в течение пятнадцати минут (за что Башко затем был награжден орде ном Святой Анны 4-й степени «За храбрость»), но никаких следов машины Макшеева так и не обнаружил. Только во второй половине дня германский аэроплан сбросил над Русским аэродромом записку, в которой говорилось: «Сегодня в 7 часов утра в упорном бою был сбит немецкими аэропланами с большой высоты Боруны "Илья Муромец", летчики убиты. Храбрые воины завтра будут похоронены с во инскими почестями». Германские авиаторы выполнили свое обещание, 13 сентября 1916 года останки павших Русских Офицеров были торжественно погребены на немецком воин-ком кладбище в Борунах. Над их могилой поставили большой деревянный крест, колеса шасси и радиаторы с обгоревших моторов «Муромца». Имен погибших немцы не знали. поэтому на кресте сделали надпись «Здесь похоронены четыре Русских Летчика, сбитых в воздушном бою 25. ІХ. 1916» (дата была дана по «европейскому» стилю).
Читать далее
1
17
PATRIOTICA15 июня 2025 г.
Пылающий остов «Сивуча» потряс чудовищный взрыв. Корабль опрокинулся на правый борт и мгновенно скрылся под водой. Но перед гибелью носовая 75-миллиметровая пушка еще успела сделать свой последний выстрел по противнику. У этого орудия стоял 25-летний мичман Михаил Алексеевич Мурзин....
Холодные волны Рижского залива навсегда сомкнулись над непобежденным кораблем и его героическим экипажем. На часах было 22:10. «Сивуч» погиб у северо-западной оконечности острова Кюно. Бой прекратился. Германцы начали подбирать из воды уцелевших моряков. Всего было спасено 48 членов экипажа «Сивуча», в том числе двое офицеров (одним из них оказал ся Михаил Мурзин, сделавший последний выстрел по врагу). 27 человек из спасенных оказались ранеными. Но Петра Ниловича Черкасова среди них не было. Как и положено командиру, он встретил смерть на мостике своего корабля... Кроме него, на «Сивуче» геройски погибли старший офицер лей-тенант Петр Алексеевич Дьяков, старший артиллерийский офицер мичман Освальд Оскарович Проффен, штурманский офицер мичман Георгий Иванович Погожев 2-й, вахтенный начальник мичман Иван Иванович Тырин, вахтенный офи цер мичман Борис Иванович Шредер, мичман Анатолий Сер-геевич Семенов, младший судовой механик инженер-механик мичман Константин Павлович Огурешников и судовой врач, надворный советник Иван Петрович Залесов. Уцелевшим после боя членам экипажа «Сивуча» противник оказал самые высокие почести на борту германского линкора «Нассау» их торжественно встретил выстроенный вдоль во фронт экипаж во главе с командиром. Корабельный оркестр исполнил в честь русских моряков «Боже, Царя храни» случай беспрецедентный в истории мировых войн.
Читать далее
1
3