Мария.
Я не смог бы высказать Вам всего, что хочу, я не умею говорить, и мне бесконечно трудно рассказать о самом глубоком и сокровенном, что во мне есть. Поэтому
я прошу прощения, что пишу, а не говорю (писать как-то несуразно).
Простите меня за всё и послушайте меня. Мария, я Вас смертельно люблю. Во мне не любовь, а больше любви чувство к Вам. Восемь дней моё сердце в смертельной судороге. Я чувствую, как оно вспухает во мне и давит душу.
Я живу в каком-то склепе, и моя жизнь почти равна смерти.
Днём я лежу в поле в овраге, под вечер прихожу в город и иду к Вам. А у Вас я как-то весь опустошаюсь, во мне всё стихает, я говорю великие глупости, я весь болею и хожу почти без сознания. Сколько раз я хотел Вам сказать, что ведь я не такой, какого Вы немного знаете, я совсем иной.
Лунное тихое пламя выжигает из меня жизнь. У меня никого нет, некуда пойти, и никто не поймёт меня. Моя родина — луна. Я теперь не могу равнодушно смотреть, как стоит дерево, как идёт дождь. Через Вас я люблю всё больше и больше мир, звёзды приводят меня в трепет, а когда я с Вами, я как мёртвый, я холодею и успокаиваюсь. И как мне ни хочется с Вами говорить, только безмолвие или простые детские слова должны быть между нами.
Мария, Вы та самая, о которой я одиннадцати лет написал поэму, Вы та самая победительница вселенной.
Я знал Вас всегда. Вы сказали раз, что во мне много жестокости, а во мне много боли. Я и раньше всё сильнее и страшнее чувствовал нестерпимую красоту мира. Вы же конец всего. Вы моя смерть и моё вечное воскресение.
Может, я говорю пошло и глупо, но во мне поёт музыка, и мне больно и хорошо.
Я ничего от Вас не прошу, я Вам всё отдаю. Никогда я не притронусь к Вам, если Вы сами не захотите. Я грубый дикарь, это мне говорили и товарищи мои. Но я вырос в грязи и работе, узнал всё, что знают люди, аристократия мысли и искусства.
Это пишу без Жоржа. Он относится к Вам по-иному, гораздо легче, и преодолеет Вас. Это он сам говорит. Во мне же сердце ходит всё туже и туже. Когда я шёл к Вам один, то лежал на бугре перед этим и плакал. Вы не знаете, наверное, что такое судороги сердца. Первый раз я узнал это, когда нашёл в больничном сарае мёртвую сестру. Она лежала вечером на полу. Было тепло и тихо, и я прилёг с ней рядом и сказал ей что-то. Она лежала, замолкшая и кроткая, но не мёртвая. Вы сестра моя, но безмерно дороже её. Все силы затихли во мне, и я не могу передать словом, что дышит и волнуется сейчас во мне. Раньше я мог бы сделать это.
Я не знаю ваши отношения к Жоржу. Вы давно знакомы. И во мне есть тревога, что я мешаю Вам, врезался клином и накалил атмосферу, мешаю искренности и простоте. Скажите мне про это. Я бы сразу разрубил этот узел, но боюсь сделать больно Вам и Жоржу.
Не жалости и не снисхождения я хочу, а Вас и Ваше свободное чувство.
Переполняется во мне душа и не могу больше говорить. Поймите моё молчание, далёкая Мария, поймите мою смертную тоску и неимоверную любовь. Только теперь я родился.
Есть мир, который создал когда-то я. Людям будет хорошо там жить, но я ушёл бы и оттуда. У меня голова болит. Ночью я сочинил поэму, но для Вас надо изменить мир. Простите меня, Мария, и ответьте сегодня, сейчас. Я не могу ждать и жить, я задыхаюсь, и во мне лопается сердце. Я Вас смертельно люблю.
Примите меня или отвергните, как скажет Вам Ваша свободная душа.
Я Вас смертельно люблю.
Я не убью себя, а умру без Вас, у меня всё растет и растёт сердце.
Андрей Платонов.
Ваша оценка
klopez12 мая 2017
2 понравилось358
Maria_Gavrilovna12 апреля 2017
dddreamer19 ноября 2014
