Растить царских детей — особая миссия. Книга Веры Боковой посвящена и самим царственным отпрыскам, и тем, кто их пестовал и лелеял. Читатель узнает, как жили сыновья и дочери царей, с кем дружили, во что играли, что читали и как привыкали к своим многотрудным обязанностям, как складывались их взаимоотношения с родителями и воспитателями, в каких придворных празднествах и церемониалах они участвовали.
Оказывается автор - доктор исторических наук и заведующая сектором Государственного Исторического музея. В ходе чтения данное обстоятельство даёт о себе знать по тому как она владеет материалом, при этом не стремится навязать свою точку зрения или как-то повлиять на читательский взгляд о системе воспитания будущих правителей и их братьев и сестёр.
В своей книге В. Бокова по сути систематизирует тот обширный объём материала, посвященный воспитанию наследников русского престола с XVI до начала XX века, от Иоанна, будущего Грозного, до последнего Николая II, которым владеет , выделяя основные и важные черты этого многолетнего процесса.
В ходе рассказа она затрагивает и саму тему деторождения, как был обставлен процесс родов и выкармливания младенцев в те времена.
На протяжении чтения от главе к главе становится отчётливо заметно как постепенно трансформировалась сама система воспитания, но только неизменным оставался жёсткий упор на долг и нравственный облик, влекущий за собой ряд значительных ограничений в жизни сейчас и в дальнейшем.
Данную книгу отличает приятная манера автора в увлекательной форме рассказать о прошлых временах, дополнив знания читателя по ним, а заодно и воочию убедиться, что норковые пелёнки и золотая ложка во рту с рождения ещё совсем не означают безоблачную жизнь, полную радостей и отсутствия забот от слова совсем.
Очень познавательный нон-фикшн, написанный в спокойной, чуть отстраненной манере, так что сложно обвинить автора в излишней пристрастности (хотя, по-моему, симпатию к монархическим особам писательница все же испытывает, особенно к последним четырем поколениям, уж больно благостные описания их жизни у нее получились). Книга повествует как росли царские дети, в основном внимание уделяется первенцам, но можно узнать о воспитании вторых и последующих сыновей, а также немного о дочерях-принцессах. Автор начинает с весьма отдаленных времен, пишет о том, как, например, рос Иван Грозный, причем уделяет много внимания «быту» младенцев, начиная с момента рождения, крещения и постепенному взрослению. Познавательно прочесть подробности о тех временах: о том, как детей пеленали и кормили, какие именно няньки и кормилицы выбирались для юных царевичей, как их прятали от чужих глаз и почти до совершеннолетия те скрывались от посторонних, проводя много времени в закрытых помещениях. Не говоря уж о царевнах, которые практически были приговорены к вечному заключению в теремах, ведь до петровской эпохи браки царских дочерей с иностранцами были редкостью, а среди своих подданных им не было равных по статусу мужей. Отчасти такая ситуация объяснялась тем, что царский род не мог родниться с католиками (даже при условии принятия последними православия), поэтому на роль супругов подходили только протестанты.
Подробно рассказывает автор о том, какие учителя приглашались к царским детям, кто был их духовным наставником, какие наказания применялись к детям и какая система воспитания вообще была в почете в то время. Ведь на смену «русскому стилю», с чрезмерным укутыванием и обереганием от малейших опасностей, с закармливанием и балованием, пришла прусская система муштры, с очень жестокими мерами воздействия: со стоянием на горохе, поркой розгами, сжиганием игрушек, лишением еды, запиранием в холодном помещении и многим другим. Особенно досталось Петру III, хотя и Николай I тоже был воспитан по этой системе, но более смягченной. Также писательница подробно описывает английскую систему воспитания, в которой был сделан упор на закаливание, активные подвижные игры на свежем воздухе, умеренность в пище и важность гигиены.
Каждому поколению уделяется отдельная глава, но информации так много, что под конец она немного перемешивается в голове, хотя и четко структурирована. Хорошо, если ваши познания в истории правления русских императоров достаточно полны, чтобы бы без проблем отличать Александра Павловича от Александра Николаевича и Александра Александровича, не говоря уж про их братьев и сестер, дочерей и жен, в которых вообще начинаешь под конец путаться. Для меня это, с одной стороны, послужило стимулом продолжить читать литературу о российских монархах, а с другой стороны, вызвало некое сожаление о том, что в книге мало портретов, схем и прочего наглядного материла для лучшего запоминания.
Вообще, эту книгу лучше всего изучать в совокупности с иными историческими произведениями, чтобы рассказы о детстве правителей гармонично накладывались на истории их правления и можно было провести аналогии, а также понять, как воспитание отразилось на их царствовании и политической обстановке в стране.
Но в любом случае автор проделала огромную работу, книга очень полезная и увлекательная, так что рекомендую всем любителям исторической литературы. Ниже приведу цитаты из книги, которые показались мне особо интересными.
И предшественники Алексея(Михайловича), и он сам, согласно чину и этикету, должны были демонстрировать брезгливость и пренебрежение к иноземцам. После общения с ними (в частности, на посольских приемах) государь демонстративно омывал руки в лохани, а затем уходил полностью очищаться в баню. Если кто-нибудь из иноверцев заходил в православный храм, церковь считалась оскверненной, и ее потом заново святили большим чином освящения
К тому же разбираться в учебной премудрости тогдашнему школяру было сложно из-за крайне невнятного слога учебников и задачников. Литераторы лишь начинали шлифовать родную речь, готовя ее к превращению в литературный язык, а пока ученику предлагалось заучивать наизусть такое, например, определение: «Что есть умножение? — Умножить два числа вместе значит дабы сыскать третие число, которое содержит в себе столько единиц из двух чисел, данных для умножения, как и другое от сих двух чисел содержит единицу…», ну и так далее.
Камер-юнкер Берхгольц описал в своем дневнике … визит в Измайлово. Их привели прямо в спальню царицы, где пол был устлан красным сукном и стояли рядом две кровати — Прасковьи Федоровны и ее любимой дочери Екатерины Ивановны. Гости были шокированы присутствием там же какого-то «полуслепого, грязного и страшно вонявшего чесноком и потом» бандуриста, который «тешил» хозяйку ее любимыми песнями, судя по реакции слушательниц, довольно «скоромного» содержания. Тут же слонялась «босиком какая-то старая, слепая, грязная, безобразная и глупая женщина, на которой почти ничего не было, кроме рубашки…».
Одновременно мальчики учились и другим ремеслам: красили, обивали, смешивали и растирали краски, рубили дрова, пахали, косили, вскапывали грядки, правили лошадьми за кучера. Ремесла и ручной труд были обязательны для внуков Екатерины.
Зато с первой задачей — воспитанием строгостью — Ламсдорф справился великолепно. Михаил был мягче и покладистее; ему доставалось меньше. Николай был строптив, самолюбив и упрям — и получал по полной. За свои школьные годы он опробовал весь арсенал принятых к детям наказаний: в угол; без сладкого; без прогулок; без удовольствий; покинуть класс, пока не извинится, и т. Д. Ламсдорф не избегал брани, толчков, щипков, наказания линейкой и шомполом, а порой и рукоприкладства и иногда так швырял ребенка о стену, что у того делалось что-то вроде обморока. Знакома Николаю была и порка розгами, разве что обставляли это унизительное наказание не так торжественно, как когда-то в Киле у его дедушки
Мария Федоровна во все эти воспитательные методы не вмешивалась; напротив, считала, что детскую строптивость и упрямство следует обязательно переламывать.
Ламсдорф полагал, что развить и направить к добродетели нравственные и духовные силы детей возможно лишь при уничтожении всякой самостоятельности. Он шел наперекор их желаниям, способностям и наклонностям. Мальчики не могли свободно и непринужденно общаться, играть, предаваться обычной детской резвости, так как на каждом шагу их останавливали, упрекали, читали мораль, наказывали и даже били.
Весь день питомца следовало плотно занять полезной деятельностью — ни одной праздной минуты: «вставать в б часов; с 6 до 7 часов — молитва, завтрак, обозрение того, что надлежит сделать в течение дня; с 7 до 9 — уроки; 9 -10 — отдых, визиты; 10–12 — уроки; 12-2 часа — прогулка; 2–3 — обед; 3–5 — отдых, игры, прогулка; 5–7 — уроки; 7–8 — гимнастика или игры; 8–9 — ужин; 9 -10 — обозрение прошедшего дня; журнал (т. е. ведение дневника)». Подобный распорядок с небольшими изменениями был в дальнейшем принят в царской семье, и не только для детей Николая Павловича, но и позднее, с тем уточнением, что многочисленные светские и представительские обязанности детей и нередкие переезды часто ломали все планы и регламенты.
Ко всему, Виельгорский был еще и возмутительно удачлив. Когда вечерами мальчики играли в солдатики, император иногда присоединялся к ним и выступал в роли начальника штаба той или иной оловянной армии — по жребию. Это считалось желанным подарком судьбы. И жребий то и дело выпадал Виельгорскому. Великий князь каждый раз огорчался до слез, так что иногда отец-император предлагал вторично бросить жребий — и тогда уж победа доставалась Александру. Что при всем этом думал «счастливчик» Виельгорский — оставалось за кадром, но — умненький мальчик — он наверняка довольно рано понял цену придворному равенству, при котором некоторые всегда «равнее» других.
По этикету, никто из императорской семьи, пребывая в России, не должен был заходить в магазины (за границей было можно). Владельцы магазинов присылали товары прямо во дворец... Карманных денег у детей не было; цен они не знали, и если они что-нибудь покупали, это оплачивалось из казны.
Книга написана доктором исторических наук, но все таки научным трудом эту книгу не назовешь, она больше научпоп, нежели исторический труд. Но тем не менее, читается он легко и интересно, даже несмотря на то, что автор позволяет себе те или иные исторические факты комментировать своими собственными ремарками.
Что - то я знала до прочтения, что-то узнала благодаря этой книге. Но мне не хватило подтверждения достоверности в виде конкретных ссылок и сносок на те или иные моменты. Это если придираться. А не придраться не могу, потому что книга фигурирует в таких жанрах, как история России.
Но эта книга однозначно интересней учебников. Потому что в учебниках такого не пишут, да и слог в учебниках более сухой и непривлекательный. Как учитель истории могу сказать, что если б мои ученики читали книги подобного типа, то это могло бы привлечь их внимание и сформировать любовь к истории Отечества. Вот для старшеклассников эта книга написана просто безукоризненно.
Автор поднимает большой пласт воспитания царских отроков, начиная с Ивана Грозного и вплоть до последнего русского императора. Из повествования можно сделать вывод о том, почему Грозный был столь жесток, почему Петр III не годился в русские правители, почему у Павла I не сложились отношения с матерью, Екатериной Великой. Меры наказания, особенно в средние века, порой ужасают. А с другой стороны - мое поколение тоже стояло в углу (в том числе и на горохе коленями), и получало по заднице крепким родительским ремнем (это, конечно, не розги, но тоже ощутимо), отсиживали время под домашним арестом за проступки. И порой всплывала мысль - да, битье не лучший метод воспитания, но порой такой действенный. Может это как раз тот пункт воспитания, которого не хватает современным детям?
Книгу буду рекомендовать именно за интересность повествования и легкость слога.
100 понравилось
