Миры Роджера Желязны. Том 7

Большую часть совремннной конспирологии создали Уилсон и Ши в своей трилогии "Иллюминатус!"
Но, как я посмотрю, и Желязны поработал на этом поле: промышленное загрязнение планеты подается, как долгоиграющий план инопланетян по превращению Земли в непригодную для жизни людей и пригодную для жизни "рептилоидов".
Регулярные реванши противников зеленой повестки находят объяснение — антизеленым помогают инопланетяне. То нужную экологичную технологию зажмут; то учёного (Архимеда, Леонардо) или философа погубят.
Противостоит им вечный человек и его женщина. Когда-то он успешно украл технологию продления жизни у инопланетян. С тех пор пытается помешать плану рептилоидов превратить планету в ядовитую духовку.
Только я проникся масштабностью противостояния, как нас перебрасывают в двадцать первый век к проблемам телепатов и их детей.
Мальчик с экстраординарной дальностью приема мыслей волей случая оказывается накрепко связан с сознанием идейного экотеррориста.
Потом мальчика последовательно посещают великие личности, включая да Винчи.
Затем паренек решает найти легендарного борца с инопланетянами. Внезапно оказывается, что женщина-терапевт , вылечившая мальчонку-телепата, тоже эколог-партизан.
Любой поклонник Желязны, очарованный топовыми вещами автора, неизбежно добирается и до остального творческого наследия автора. И проваливается в горячечные, зачастую бессвязные, и при этом поверхностные сюжеты.
Прочитав основной корпус знаменитых романов, три года назад я взял на себя аскезу ознакомиться в хронологическом порядке со всей крупной и средней формой автора. И все эти менее популярные вещи писал как будто другой человек. Если вам "Этот бессмертный", "Князь Света" и "Создания Света" казались несколько сумбурными, то к большинству других нефэнтезийных вещей автора и не подходите.
И большинство этих романов и повестей второго ряда изуродованы посредственными, а зачастую просто ужасными, переводами.

Небольшая, но на удивление нудная вещица.
Экологическая агитка, завернутая в обертку телепатии и недружественного Контакта.
4(ТАК СЕБЕ)

Это самая странная книга, которую я читала. За последнее время – так точно. А может, и за всю жизнь.
Вот реально, тот самый случай, когда «ничего непонятно, но – здорово!»

Взялась за неё, поскольку заинтересовало название.
И на протяжении всего повествования мне было очень интересно, куда же вырулит автор? А в конце остался лишь один вопрос: «Куда же он, собственно, вырулил?» Что хотел сказать?

Книга написала в жанре сюрреализма, густо замешанного на индейской мифологии. Перед нами – мир будущего, где сверхтехнологии спокойно соседствуют со всё теми же мифами и потусторонними реальностями.

Это – книга о мести, вынашиваемой годами.
Это – книга о нежелании жить, когда потерял всё, что только можно потерять.
Это – книга о жажде жизни, которая несмотря ни на что берёт верх.
Это – книга о том, что самый страшный монстр, самый страшный враг для тебя – всегда ты сам.

Вот выводы, которые я могу сделать, исходя из собственных опыта и мировоззрения.
Но, подозреваю, что каждый увидит в книге что-то своё.

А причём тут кот и его глаз, спросите вы? Не скажу, попробуйте – почитайте…

Индеец навахо - Зингер Уильям Черный Конь - единственный оставшийся в живых представитель своего племени, следопыт и охотник получает приказ выследить пришельца-убийцу, остановить которого не в силах целая армия. Чтобы бороться с подобным Зингер просит помощи у Кота - когда то пойманного им метаморфа. Кот соглашается в обмен на поставленное условие - жизнь Зингера принадлежит Коту в случае поимки убийцы. Зингер соглашается, он давно все для себя решил, устал от жизни и, вообщем то, его ничего на земле не держит.
Это - завязка романа.
Чудо, как написана книга. Да, надо с ней совпасть в пространстве-времени-настроении, чтобы она легла "на сердце". Протяжная как медитация и ритмичная, как стук сердца. Она околдовывает, зовет за собой, не отпуская ни на секунду. Ее невозможно читать в дороге, урывками. Она требовательна и капризна, но, поверьте, стоит затраченного времени.

Прочтите это, если вы не совсем в себе. Если сделали все дела, но ничего стоящего. Если вам все равно во сколько слов умещается простая мысль: "Кто Я?" Будте готовы к тому, что проживете целую жизнь, но не сможете вспомнить кем вы были, где и когда.
Это чувство, которое часто бывает во снах... Когда бежишь как-будто по воздуху, как-будто широкими шагами крутишь земной шар. Здесь только что был город, теперь лес, через секунду скалы. Вроде это ты гнался за кем-то, теперь кто-то гонится за тобой. Он тебя догонит. Он знает все, что знаешь ты. Он и есть ты. И так далее...
Первая часть читается с трудом. Умом знаю- это бред. А сердцем чувствую- качественный бред. Читаю упорно, времени не замечаю. Постепенно отключаю сознание. Поддаюсь гипнозу. Сверяю физиологические показатели. Пульс редкий. Дыхание глубокое, ровное. Зрачки расширены, нет реакции на свет.
Об этой книге вряд ли можно сказать что-то разумное. Разумное ее испортит.

"Глаз" из тех вещей, что не осознаешь умом, но чувствуешь его ритм, когда читая - представляешь, пропускаешь через себя. Ритм крови, бегущей по венам жертвы, готовой стать охотником, ритм индейского ритуального танца, стремительного, но вечного, ритм песни странника, шагающего через времена и эпохи.
Ей силы, отчаянно жалею, что не слишком хорошо знаю индейские мифы и легенды, ибо одни только отсылки к ним, их пересказы, оживающие герои этих сказаний - это захватывает. Создается отчетливое ощущение, что под налетом продвинутой цивилизации, освоившей межпланетные полеты, деловые контакты с ксеносами, телепатию и телепортацию есть огромный пласт дикого, древнего, завораживающего, живущего по своим законам.

Читал и начиная со второй части не мог поверить, что это Желязны. Последнее время натыкался у него лишь на сложные и заумные вещи, а тут внезапно простой и лёгкий, но не уходящий в сознательное упрощение язык. Сама подводка сюжета не понравилась — всегда проще всего валить на то, что злые враги кругом против тебя — именно поэтому так плохо. С другое стороны, Смуглый человек в конце произносит сакральную фразу «Винить за последствия некого, кроме самих себя», так что всё встаёт на круги своя. Опять же — сцена встречи Денниса Гиза с инопланетянами: я ждал её не меньше чем сам Гиз. Точно также меня влекло к концу произведения. Однако я, в отличии от Гиза, ни удовлетворения, ни ответов в конце не получил. Мне показалось, что момент оценки Гиза инопланетянами был не проработан и вышел так вот поверхностно. Я ждал каких-то больших разоблачений, откровений, противостояний. Не такого простого отступления когда и цель вроде достигнута (втяните носом воздух — ну разве не достигнута?!) и столько времени и усилий затрачено на процесс, тысячи лет нешуточное время для любого процесса. Констатирую, что средняя часть произведения произвела наилучшее впечатление.

Тем не менее, за последние несколько лет это произведение единственное из всей прочтённой фантастики произвело на меня такое же впечатление как в детстве — ощущение, что некое откровение входит в голову, лёгкая дрожь от предвкушения развития событий. Оценка за это.

P.S. После «Моста праха» я случайно взялся перечитывать Адамса... С улыбкой вспомнил полузабытый мотив, что Земля — это большой искусственно созданный компьютер, для разгадки Главного вопроса... Как необычно совпало.

«Король фэнтези» Желязны, как обычно, старается подарить читателю нечто неординарное и неожиданное. И ему это довольно неплохо удаётся.
Мы попадаем в будущее планеты, когда космические полёты на самые дальние расстояния стали обычным делом, а сама Земля покрылась сетью кабин для почти мгновенной телепортации. И в то же время, главный герой повести, будучи полностью погружённым в эту новую реальность, сохраняет изрядную долю приверженности к духовно-мистическим традициям своего древнего народа (индейское племя навахо). И это реально помогает ему в практическом решении сложнейшей проблемы, цена которой – жизнь и смерть.
Автор проявляет поразительное искусство настоящего проникновения в саму суть сложнейшей и, казалось бы, чужой для него темы, полноценно встраивая её в сюжет своего излюбленного жанра. Особо удивляет то, что он смог создать даже целую серию коротких белых стихов полностью в духе и стиле священных песнопений навахо, которые искусно разбросаны по книге и задают совершенно особую линию мистического внутреннего лейтмотива для всего повествования.