Красный и белый террор в России 1918-1922 гг.

Автор сравнивает два террора, белый и красный и пытается их как-то измерить. Вывод, в принципе, в самом начале: террор с обеих сторон ужасен, так что виноваты все, но большевики всё-таки, больше. Или белые? Или красные? Кто виноват больше? Автор мечется из стороны в сторону.

Я бы хотела акцентировать внимание на некоторых моментах биографии автора – Литвина Алтера Львовича. Это историк, отец которого сел в 1941 «за анекдот». За анекдот или не за анекдот он там сел и именно в 1941, когда нужны были силы на фронте. Кто там будет разбирать? Но на отношения Литвина-сына к советской власти это должно было повлиять. Сам Алексей Литвин в советские времена ни одной награды удостоен не был, его труд был поощрён только в Российской Федерации.

Авторский стиль мне показался очень скользким. То, что террор – это само по себе плохо, это априори должно откликнуться в умах большинства читателей. Вот автор и активно мусолит эту тему. Обвинения его больше падают на большевиков, «белым» тоже достаётся. На вопрос «кто начал?» автор даёт ответ как-то витиевато. Думаю, здесь нужно просто открыть даты по истории Гражданской войны. У меня есть вот эта книжка-малышка. Открываем пункт 1,4 «Гражданская война и иностранная интервенция» и видим

1 этап – октябрь 1917-март 1918 – скрытый этап гражданской войны, формирование армий Корнилова, антибольшевистские формирования казачеств под руководством Дутова и Семёнова;
март 1918 – март 1919 – начало иностранной интервенции против большевиков. И только 9 сентября 1918 объявление «красного террора». Вот мне интересно, как ещё должны были ответить большевики? Их сторонников убивали «белые» и их иностранные партнёры, цель которых – защитить интересы дворян. Их победа чревата возвращением к старым порядкам и сверх того выплата США, Японии, Чехии, Англии и другим за военную помощь. Это же прямой путь в колонию.

Во-вторых, мне не очень нравятся источники, из которых цитируются те или иные персонажи. Автор вбросит какую-нибудь шокирующую фразу Ленина, а источником оказывается то чьи-либо воспоминания (как правило людей, с которыми Ленин разошёлся, например, Валентинова) или газета «Известия» от 1990 (!) года. Автор также часто ссылается на Солженицына (он что, историк, политик, великий экономист или философ?).

Должно признать, что Литвин рассказывает и о «белом» произволе. Но после следует цитата нелепейшего диалога между Май-Маевским и Деникиным, где первый утверждает, что и им пора грабить местное население по примеру большевиков, на вопрос Деникина «Чем мы тогда лучше?» следует ответ «Ну вот большевики и побеждают.» Что? То есть «красные» побеждают потому, что грабят и убивают. Где логика? Мне совершенно непонятен в этом случае ход мысли Автора. Не потому ли, что большевики предлагали землю - крестьянам, фабрики – рабочим?
Сей лозунг крестьянскому уху более приятен, чем «выкуп помещичьих земель по пятикратной цене урожая с рассрочкой на 25 лет», предлагаемый белыми.

Говоря об иностранной интервенции, Литвин вбрасывает идею, что она больше помогла большевикам, но каким образом, я так и не поняла. Уход иностранцев объясняется военными проигрышами «белых» и «невозможностью завоевать и удержать Россию». Литвин также умалчивает планируемый раздел российской территории на сферы влияния между интервентами. Ведь нельзя предположить, что иностранцы воевали на стороне белогвардейцев задаром, у них точно были свои цели – ослабить экономически и военно-политически своего конкурента – Россию, а то и отхватить от неё лакомный кусок.

В расстреле царской семьи Литвин наталкивает на мысль, что Ленин одобрял такой шаг. Доказательство – дневники Троцкого (дневники и воспоминания не могут быть использованы для подтверждения каких-либо фактов) и фиксация разговоров (неизвестно о чём) между Екатеринбургом и Лениным, Свердлова и Белобородова.

Книга написана очень неоднозначно, с намёком на некую «ничью», террор рассматривается в отрыве от целей сторон, сравниваются попытки присмирить его законом с помощью военно-полевых судов с тем отличием, что у белых были какие-то потуги на этот счёт, в то время как у красных вообще всё спущено на совесть исполнителей – то есть там полнейший произвол. В связи с этим, становится не совсем понятно, отчего белогвардейцы потерпели поражение, ведь здесь нет разбора действий обеих сторон. Наверно, им просто не повезло, и такое бывает. При всём желании, оправдать «белое дело» не получается, так Автор хоть сравняет счёт, обывателю и так сойдёт.

Заключение в конце книги - это не подведение итогов, здесь Автор идёт ещё дальше, за грани своей темы, а именно начинает рассуждать о ВОВ. Особенно понравилась фраза про концлагеря, идею которых Гитлер мог бы взять у коммунистов. Интересно, к чему этот намёк? Ещё он пишет об антисемитистской политике Сталина в 1953 году (ссылка на работу другого историка, а не напрамую на документы, где именно Сталин прижал евреев. Историк Волкогонов - предатель, продавший советские архивы в США, быстренько поменявший идеологию, чтобы заработать). Это второй намёк, кажется становится понятно, куда ветер дует. Климент Ворошилов по оценке Литвина "оказался беспомощным в годы ВОВ". Это всё похоже на попытку опорочить подвиг красноармейцев в войне с фашизмом.

В аннотации заявлено , что Книга профессора Казанского университета Алексея Литвина посвящена малоисследованной теме — карательной политике красных и белых правительств против сограждан. Исследование основано на неизвестных ранее материалах из архивов бывшего КГБ СССР и других, прежде закрытых архивохранилищ.Тех, кто прочтет эту книгу, ждет немало неожиданного. Это и секретные репрессивные акты ВЧК, и достоверные факты о покушениях и убийствах политических противников той поры и убедится в том, что террор тех лет породил Большой террор 30-х годов. " В данном случае аннотация совершенно не врёт . Книга содержит массу различных ссылок на исторические документы, все свои выводы автор обосновывает и подтверждает оными.
Война — явление отвратительное, война против своих сограждан отвратительна вдвойне. XX век вошел в историю мировыми войнами, геноцидом, разгулом нацистского и большевистского террора.
Сущностью гражданских войн, как правило, является борьба за власть политических партий, вождей, кланов, увлекающих за собой людей популистскими обещаниями «лучшего» обустройства их жизни, которая чаще всего оборачивается общенациональной трагедией и невосполнимыми потерями. Эти войны возникают в странах, переживающих экономический и политический кризисы. В «благополучных» странах подобное немыслимо. Россия в XX столетии была «неблагополучной» страной, ее преследовали войны, революционные потрясения и репрессии как продолжение перманентной гражданской войны.
И если в советской историографии априори существовало мнение, что в гражданской войне 20-го столетия красные были правы и их террор оправдан, а белые , соответственно , развязали всё это, то Алексей Литвин предпринимает попытку развенчать эту устоявшуюся десятилетиями позицию победителей-большевиков и документально доказать , что в братоубийственной войне не может быть как правых, так и победителей.

Исторические реалии...

Также автор наглядно исследует проблему жестокости в России , с одной стороны, и приятие её большинством населения с другой, демонстрируя, что испокон веков вся история государства Российского сопровождалась жестокостью и насилием и жизнь человеческая ни ставилась ни в грош. Россия традиционно относилась к странам, где цена человеческой жизни была мизерной, а гуманитарные права не соблюдались.

То есть , гражданская война в данном случае, не стала чем-то принципиально новым, только превзошла всё, до этого происходившее, но подготовившее почву для неё, по своей жестокости.
Ещё один миф, развенчанный автором, это человеколюбие Ленина. Многие были склонны думать, что будь он жив, страна пошла-бы другим путём и кровавых страниц в её истории было-бы меньше. Но

И

.Принципом целесообразности средств, применяемых для защиты власти, руководствовались Троцкий, Бухарин и многие другие партийно-советские руководители. Причем все они считали для себя естественным произвольно распоряжаться жизнями людей.

Троцкий был убежден, что революционер должен добиваться своих целей всеми средствами: вооруженным восстанием, терроризмом, подавлением оружием всех попыток вырвать у него власть. Особенно полезен, по его мнению, террор, устрашающий тысячи людей, сламывающий их волю. А так как красный террор направлен против сторонников старой России, то для коммунистов его проведение вполне оправданно. Устрашение есть могущественное средство политики. Как видим, руководство большевиков не гнушалось средствами в борьбе за достижением и удержанием власти. Большевики захватили власть с помощью вооруженного восстания. Им понадобилось несколько лет братоубийственной войны, чтобы опять-таки силой оружия подтвердить свое право на управление страной. В ходе войны победителем могла оказаться любая воюющая сторона, а потому каждое из тогда существовавших правительств ответственно за проводимую, в том числе и карательную, политику. И за гражданскую войну. Вопрос о том, кто более ответствен: красные или белые, некорректен. Ответственны все, кто в этой войне между гражданами одной страны участвовал
И те и другие расстреливали, брали заложников, практиковали децимации и пытки. Само сравнение: один террор хуже (лучше) другого — некорректно. Убийство невинных людей — преступление. Никакой террор не может быть образцом. Были и у белых учреждения, подобные ЧК и ревтрибуналам, наделённым высшими полномочиями, как-то расстреливать без суда и следствия — различные контрразведки и военно-полевые суды, пропагандистские организации с осведомительными задачами типа деникинского Освага.
У всех белых диктаторов-генералов была антибольшевистская программа, все они выступали под одним девизом: «С русским народом, но против большевистского режима». И потерпели поражение от более сильной диктатуры, сумевшей добиться большего и в организации армии, и в столь же беспощадном отношении к населению, и в политической перспективе одурманивания масс, более четко определившей менталитетное неприятие обществом отживавших общественных отношений. Вот этим стремлением к чему-то новому политики воспользовались более эффективно, нежели генералы. Для советского и всех антибольшевистских правительств в годы гражданской войны была характерна склонность к администрированию, к решению сложных вопросов насильственным методом, везде уровень правовой защиты граждан был очень невелик. Лидеры белого движения более, чем представители красных в то время, говорили о создании правового государства, но эти заявления, как правило, оставались декларативными. Правоохранительная практика белых правительств была безуспешной. Вначале приход белых вызвал у населения сочувствие, но вскоре отношение к ним становилось неприязненным и враждебным. Это было результатом прежде всего карательной политики белых правительств и военных.
Жертвами политического террора были люди, символизирующие те или иные взгляды. Его вдохновители были убеждены, что общественные проблемы можно решить насильственными методами. Результатом стала гражданская война, где большинство победителей вскоре сами стали жертвами созданного ими же режима.

Объективное историческое исследование о методах борьбы за власть. Автор, вводя новые, ранее не опубликованные источники, показывает, что и красные, и белые, и комучевцы одинаково использовали индивидуальные и массовый террор для достижения одной единственной цели - удержаться у власти. Только человеку, личности не было место в этой борьбе. Погибло более 20 миллионов человек в этой кровавой мясорубке. Очень интересна глава, посвященная борьбе большевиков с эсэрами, много нового о Фанни Каплан. Автор подробно разбирает, как из временного чрезвычайного органа выросла машина подавления населения.

Очень много книг, посвященных красному террору, гражданской войне можно найти. Но в большинстве из них встречаешь авторов, не способных сохранить непредвзятость в отношении той или иной участвующей стороны. Алексей Литвинов и его книга понравились мне тем, что рассматривают эпоху с точки зрения незыблемых моральных ценностей.

Любой террор остается террором, какой бы цвет мы ему не придали. Убийство всегда остаётся убийством, как его не называй и чем только не оправдывай. Когда все вокруг сходят с ума от жестокости и вседозволенности, от возможности безнаказанно издеваться и массово убивать себе подобных, это невозможно никак и ничем оправдывать. Такое массовое психическое помешательство не часто возникает в истории той или иной страны, и цивилизованный западный мир расстался с этим в эпоху Средневековья.

Ставшая доступной из архивов и дневников, изученная автором и опубликованная в этой книге информация, показывает, что не только красные, белые или эсеры и элементы, ратующие за демократию, но даже зарубежные "цивилизованные" участники интервенции не смогли устоять перед искушением превратиться в диких зверей людоедов. Массовый террор охватил всех.

Книга и тема заинтересовала меня прежде всего тем, что в истории почти ничего не случается нового, а всё, что происходит в данный момент, является глубокой переработкой и возвращением прошлого. Когда Путин, выходец из того славного карательного органа 1918 года, начинает в 21 веке выстраивать в стране новый вид диктатуры и тоталитарного режима, возникает потребность внимательнее изучить прошлый опыт 20 века, когда лидеры новой страны, так сильно жаждущие власти, за 20-30 лет угробили столько своих людей, что и внешнему врагу не под силу. Можно представить себе, что ждёт всех нас, если мы снова встаём на этот путь, тем более, что и войны уже начались.