1812 год. Воспоминания воинов русской армии: Из собрания отдела письменных источников Государственного Исторического музея

1812 год: Воспоминания воинов русской армии: Из собрания Отдела письменных источников Государственного Исторического музея. — М.: Мысль, 1991. — 475 с., 40 л. ил.

Прежде всего надо отметить, что книга очень хорошо издана (под эгидой Государственного исторического музея, что всегда было знаком качества). Каждой из шести публикаций предшествует содержательное вступление; комментарии подробны, даже несколько избыточны; в конце книги помещены три указателя (именной, географический и предметно-хронологический). Восемь (!) сотрудников отдела ИЗО ГИМ подбирали иллюстрации; размещены они на пяти вкладках, каждая - из восьми листов плотной бумаги улучшенного качества.

Почти половину сборника (226 страниц) занимают воспоминания Михаила Матвеевича Петрова (1780—1858), которые вполне могли бы составить отдельную книгу. М. М. Петров в отставке. Миниатюра 2-й четверти XIX века. Петров участвовал в 68 (!) сражениях, больших и малых, и сделал вполне приличную, для человека без протекции, военную карьеру: в октябре 1812 г. был произведён в подполковники, два года спустя — в полковники. На протяжении всей кампании он вёл записи, составившие впоследствии «Журнал военных действий 1-го егерского полка в 1812-1814 гг.», который сохранился, но остаётся неопубликованным. В рецензируемом сборнике помещён другой его текст, автобиографического характера: «Рассказы служившего в 1-м егерском полку...». Начав с истории своей семьи, кратко рассказав о вступлении в военную службу трёх старших братьев, Петров переходит к своей собственной армейской жизни: сперва мирной, а затем и боевой. Рассказы о событиях 1805—1814 гг. довольно подробны и содержат ценнейшую информацию. Меня особенно заинтересовали следующие сюжеты: • Битва при Пройсиш-Эйлау, 26—27 января 1807 г. (с. 146) • Блокада русской эскадры Ханыкова англо-шведским флотом в Балтийской бухте, 19 авг. —17 сент. 1808 г. (с. 152—153) • Знакомство Петрова с Кульневым и Давыдовым (с.159—161) • История с трофейным турецким порохом после битвы при Батине, 26 августа 1810 г. (с. 162—164) • Воззвание полковника Карпенко к штаб- и обер-офицерам его 1-го егерского полка, 13 июня 1812 г. (с. 175) • Участие 1-го егерского полка в Бородинской битве (с. 181—186) • История полковой традиции «кувшин малороссийской варенухи», с рецептом приготовления этого божественного напитка (с. 197-199) • Рассказы о боях с французами в период их отступления (с. 200—207), среди прочего и о том, как атаман Платов ухитрился упустить маршала Нея, попавшего в положение практически безвыходное (с. 207—210) • Эпизод с двумя дезертирами и бравым гренадером Алексеевым (с. 213—216) • Конфликт майора Петрова с генералом Турчаниновым во время арьергардного боя при Энцдорфе, в конце апреля 1813 г. (с. 224—226) • Взятие Реймса 27 февраля 1814 г. (с. 253—254) и пресечение Петровым мародёрства союзников-пруссаков, «безмерно злых на французов за многолетние расхищения их королевства» (с. 255—256) • Штурм Монмартра, капитуляция Парижа и вступление в столицу Франции войск победителей (с. 260—265). Много места уделяется приятному времяпровождению русских офицеров в Париже и описанию достопримечательностей этого великого города (с. 266—285).

Последнее событие, попавшее в текст, датировано концом января 1815 г. (с. 299). Далее следует, в качестве своеобразного приложения, многостраничный очерк «О благоустройстве Германии», где автор излагает свои наблюдения над общественными и экономическими отношениями в немецких протестантских государствах, через которые дважды прошла в 1813-1814 гг. русская армия.

Фрагменты ранних редакций «Рассказов…» появлялись в малотиражных изданиях ещё при жизни автора, но окончательная редакция, датируемая 1845 г., в рецензируемом сборнике опубликована впервые. Текст воспроизведён практически полностью; на с. 292 знаком […] обозначена какая-то купюра, но, судя по контексту, её объём совсем невелик. К сожалению, издатели оставили купюру без комментария, и читателю приходится гадать: дефект ли механический в рукописи? Или же издатели, находясь под влиянием советских идеологических установок, решили выкинуть какие-то верноподданнические излияния автора?

Полковник Петров — умный и памятливый наблюдатель, но уровень его культурного развития не слишком высок. Подобно большинству русских офицеров той эпохи, до вступления в военную службу он нигде не учился. Военная служба оставляет мало времени для самообразования, и в тексте воспоминаний нет очевидных признаков того, что автор что-либо читал. Правда, ему знакомы имена Святослава и Цимисхия (с 175, 241), но о них он мог узнать от своего полкового командира, М. И. Карпенко, который 13 июня 1812 г. сделал имя «Святослав» полковым лозунгом (что было возможно лишь в том случае, если он знал о великих военных подвигах этого древнерусского князя). Моисей Иванович Карпенко, генерал-майор с 21 ноября 1812 г. Поздний портрет (не ранее 1826 г.)

Не владея литературным языком своей эпохи, Петров всё-таки явно хотел изъясняться «по-книжному», что делает чтение его содержательных мемуаров серьёзным испытанием. Нарочитая цветистость и витиеватость, чрезмерно длинные предложения, сложный или даже запутанный синтаксис преспокойно сочетаются с воронежскими диалектизмами, армейскими жаргонизмами и забавными неологизмами (так, например, балконы и окна домов могут быть «наполнены и натисканы зрителями», с. 222). Довольно многочисленны и прямые языковые ошибки. Попробуем понять, что означает такая вот характеристика действующего лица: «простодушный, чересполосный землею и помыслами владелец однодворцев его родины» (с. 313). Как можно быть владельцем однодворцев? Это же не крепостные… Разгадка в том, что сей «владелец» представляет своей персоной «однодворцев его родины», то есть он и сам является однодворцем. Следовало написать так: «…чересполосный землею и помыслами владелец, из числа однодворцев его родины».

Самые длинные и корявые предложения я выискивать не буду: жаль и времени, и места. Но у Петрова даже короткие фразы не всегда благополучны! Вот он описывает, к примеру, появление генерала Милорадовича перед русско-прусским корпусом 8 апреля 1813 г., под Дрезденом: «Он был в полном духе восторжения и во всех орденах, густо покрывавших геройскую грудь его» (с. 222). В духе восторжения и в орденах… Ну не говорят так по-русски! Печально всё это, и может даже испугать потенциальных читателей, но у меня есть для них спасительный рецепт. Мемуары Петрова надо поглощать медленно, никуда не торопясь, малыми порциями и «с расстановкой». В этом случае непременно наступит адаптация к диковинной манере автора изъясняться. Слегка попривыкнув, можно будет даже получать удовольствие от чтения.

Теперь о других авторах, тексты которых опубликованы в сборнике.

Артиллерист Гавриил Петрович Мешетич (1792 — после 1818) вместо мемуаров написал очень слабенький, даже наивный, военно-исторический очерк о событиях 1812—1815 гг. (с. 39—87). Здесь перемешаны личные воспоминания автора со сведениями, заимствованными из книг, правительственных манифестов, приказов Кутузова и агитационных изданий походной типографии русской армии. Познавательная ценность столь пёстрого текста невелика.

Кирасир Иван Романович Дрейлинг, из остзейских немцев (Johann Reinhold von Dreyling, 1793—1876), описывает свою военную службу в 1809-1819 гг. довольно живо (с. 361—396), но слишком много внимания уделяет себе, любимому, и хорошеньким женщинам, встречавшимся на его жизненном пути. Часть сентиментальных излияний Дрейлинга публикаторы даже сочли нужным опустить. Особый интерес представляет откровенный рассказ о трудностях службы нижних чинов и младших офицеров русской кавалерии (с. 365—367). Местами записки Дрейлинга подробны, местами конспективны (вероятно, он собирался в будущем их доработать, но не нашёл времени). Самая эффектная боевая сцена — штурм спешенными кавалеристами многоэтажного каменного здания фабрики в Альтенбурге, 12 сентября 1813 г. (с. 384—385).

Обер-офицер Одесского пехотного полка Михаил Петрович Романов (1789—1858) составил нечто вроде своего послужного списка (5 страниц печатного текста), изобилующего датами, но ничего не дающего ни уму, ни сердцу. К разряду мемуаров этот текст отнесён по недоразумению.

Иван Матвеевич Благовещенский (1786 — после 1859), провинциальный судейский чиновник, в 1859 г. написал подробную автобиографию, из которой в рецензируемом сборнике опубликован лишь начальный фрагмент, до 23 мая 1814 г. (с. 413—435). Свою тыловую службу в рядах Владимирского ополчения Благовещенский описывает с удивительным простодушием; есть целый ряд весьма колоритных сцен. Откровенность этого мемуариста должна быть ценима, тем паче что воспоминания ополченцев единичны. Последний текст сборника уникален, и публикаторам следовало бы как-то выделить его из общего ряда. В 1911 г., накануне столетнего юбилея войны с Наполеоном, некий М. А. Богданчиков, 1848 года рождения, записал по памяти рассказы своего давно умершего деда, слышанные в детстве, в 1860 г. (!) Биография героического деда неплохо прослеживается по документам (с. 439), но вышедший из-под пера его внука текст — не более чем хвастливые солдатские байки, да ещё и в искажённой передаче, смешанные с явными фантазиями. Цель внука была вполне прозрачной: «монетизировать деда», как выражаются в подобных случаях в наше время.

«Имя мое Михаил Александрович Богданчиков. Я и пишу дедушкины рассказы про 12-й год к столетию. Не найдет ли Комитет возможным, как внуку героя 1806 и до 1814 года, дедушки моего, средств я не имею, какое-либо хотя единовременное вознаграждение, чем бы я был очень благодарен за заслуги дедушки моего» (с. 452).

В общем, «деды воевали». Всё повторяется…