Валентин Сидоров. Избранная лирика

Ах, как пахнет
некошеным летом!
Разнотравье звенит на лугу.
Примелькалось, знакомо всё это,
А привыкнуть никак не могу.

Здесь у скрипучего колодца,
Чье эхо слышится вдали,
Нерасплескавшиеся солнца
На коромыслах пронесли.

Здесь девушка в платке зеленом,
Звенящий снег плечом задев,
Мне, незнакомому, с поклоном
"День добрый" скажет нараспев.

И мне в глаза ударит синий,
До боли синий, грустный свет.
И вдруг повеет той Россией,
Которой — мне казалось — нет.

В дрянном пальто, простуженном насквозь,
Я шел не торопясь Тверским бульваром.
Озябший сквер слегка дымился паром,
Летел снежок над тротуаром вкось.
Ревел тягач, на тормоза осев.
И кто-то семенил за мною следом.
И остро-остро пахло свежим снегом,
И этот запах властвовал пад всем.
Я молод был, до возмущенья молод.
И что мне холод? Я плевал па холод!
Я сам своей завидовал судьбе.
О, дни мытарств, и неустройств, и странствий!
Мне был обещан мир. И я, признаться,
Был в нем уверен, как в самом себе

Я угадать пытаюсь волшебство
Ушедших дней, но время постаралось,
И ничего, почти что ничего
От тех времен в усадьбе не осталось.

Остались — листопад и облака,
Рисунок черный стаи журавлиной,
Да этот вид на реку и луга
Из окон вновь отстроенной гостиной…

И я в Михайловском стою
И листопад, и синеву, и землю
За верность прошлому опять благодарю,
За верность строчкам пушкинским приемлю.

Город после дождя не желает быть городом.
Исчезают машина, трамваи, троллейбусы.
Неожиданно пахнет некошеным лугом.
Неожиданно пахнет травою и солнцем.

О Русь, летящая над Доном,
Я синевой твоей томим.
Я окольцован, околдован
Славянским именем твоим.

Как будто в годы грозовые
Иль в ожидании невзгод
Не обращаемся к России,
Уверенные наперед,
Что отведет беду крутую,
Когда качнется шар земной,
Что, о дурном не памятуя,
Она спасет… Ей не впервой.