Кавалер Красного замка

Мрачная повесть с готическим антуражем и мистическим наполнением, которую совершенно не ожидаешь от месье Дюма. Он приучил нас к романам, в которых царит дружба и справедливость, господствует случай и удача, но мистики, тем более, мрачной мистики, в его произведениях либо нет совсем, либо она настолько редка, что стразу даже трудно вспомнить какой-то эпизод, на который можно было бы сослаться.

И все же, иногда и на него находило особенное настроение, и рождались вещи, подобные этой, благо, что их не очень много, да и объемы у них не так велики, например, у "Женщины с бархоткой на шее" порядка 160 страниц. Правда, даже не верится, что гаргантюастый Дюма смог уместиться на столь малом пространстве.

Есть у меня подозрение, что веселость Дюма победила и в этом случае, к такому выводу можно прийти, если предположить, что повесть написана в качестве пародии на немецкий романтический мистицизм, видным представителем которого был незабвенный Эрнст Теодор Вильгельм Гофман. Дело в том, что именно он и является главным героем этой жуткой истории, хотя напрямую это не говорится, но полное совпадение имени и еще кое-что....

Да, главный герой родом из Кёнигсберга, как и писатель-прототип, да и родился Гофман из повести зимней ночью 1776 года, а мы знаем, что реальный Гофман родился 24 января 1776 года, так что указатели очень четкие и неоднозначные.

Хотя, я немного не прав, события начинают развиваться всё-таки в Париже. История молодого Гофмана является рассказом в рассказе, её перед смертью доверяет реальному Дюма реальный классик французского романтизма Шарль Нодье. Так что, исследователями творчества Дюма принято считать эту повесть своего рода попыткой создать литературную мистификацию. Что же, как минимум три писателя мировой величины: Нодье, Гофман и сам Дюма - выступают в качестве героев повести.

В начале истории Гофман живет уже в Мангейме и влюблен в прекрасную Антонию, дочь скрипача, который согласен на брак молодых людей, но 17-летнему Гофману сначала хочется увидеть Париж. Вот так: увидеть Париж и... нет не умереть, вернуться в Мангейм и жениться на Антонии.

Всё бы ничего, только на дворе стоял 1793 год, и задумать отправиться в Париж мог только наивный и молодой немецкий романтик. В столице Франции вовсю полыхала Якобинская диктатура и мадам Гильотина трудилась не зная отдыха.

Здесь с будущим писателем произойдут настолько ужасные события, что неудивительно, что всю оставшуюся жизнь он страдал от жестокого алкоголизма. Хотя, в реальности причины такой зависимости были, наверное, другие, но мы же помним, что имеем дело с мистификацией.

О сути ужасов рассказывать не буду, хотя самые догадливые могут найти подсказку в названии повести, ну, подумайте "бархотка на шее", а тут злобствует "мадам Гильотина", мистика, романтика, готика... Будут клятвы, их нарушения, измены, наваждения и изумления.

Всё, как положено в подобном произведении, и немножко иронии от мэтра. Хотелось бы упомянуть еще об одной детали, по ходу повести Гофман, нуждающийся в деньгах, играет в казино, и постоянно выигрывает, ставя на одно и тоже число - 26. Вот почему именно на это число велит ему ставить одна мистическая особа? Это же удвоенное 13, число крайне неблагополучное - "чёртова дюжина", а, кроме того, где-то попадалось мне в эзотерическо-нумерологической литературе объяснение, что число 26 символизирует продажу души. Если так, тогда понятно, не забываем, что мы имеем дело с кровавой мистикой.

Из послесловия:

Дюма говорил, что, сочиняя свои романы, он становится монархистом во времена монархии, республиканцем во времена республики. Так кто же он здесь?

Мне так и не удалось решить для себя этот вопрос. Возможно, он тут и республиканец, ведь образы многих его персонажей - Лендэ, Лорена, Женевьевы - безупречны в своей кристальной честности и убеждённости, но присутствует и Диксмер - порядочная гадина, и продажные тюремщики, а сам кавалер Красного замка( кстати, почему не просто шевалье де Мезон Руж, вроде переводчики никогда не бегали от слова "шевалье"?) - жалкое полупрозрачное существо, аристократ, влюблённый в пленную королеву, в итоге истории не совершивший ничего путного. Но королева и маленький Капет - они явно вызывают сочувствие и уважение у автора. Так что немного монархических настроений всё же есть.

Самое главное, чем меня неприятно поразила книга - ненужным многословием. Конечно, не стоит забывать, что это сейчас Дюма - классик, а тогда он был человеком сродни Донцовой: поймал удачу, и вперёд, а платят за количество текста. Поэтому книга битком набита "содержательными" диалогами типа вот этого:

- Надо достать для этого билет. — А где достают билеты? Регистратор ужасно побледнел и пробормотал: — Вы спрашиваете, где можно достать билет? — Да, я спрашиваю: где можно достать такой билет? — ответил Диксмер. — Кажется, вопрос ясный.

В центре истории - последние дни королевы в ожидании казни и несколько неудачных попыток её освобождения. Конечно, это был бы не Дюма, если бы эта историческая канва не переплелась бы теснейшим образом с историями о пламенной любви с первого взгляда и рассказами о нерушимой мужской дружбе. Правда, в этой книге они все выглядят надуманными и не проработанными до конца.

Зато портрет эпохи получился довольно убедительный. Факты о французской революции 1793 года, возможно, не всегда достоверны, по обыкновению Дюма, но очень красноречивы. Не стану пересказывать, просто приведу примеры из текста:

Вежливость есть добродетель аристократов, а мы санкюлоты.

...по обычаю этой несчастной эпохи трепетал перед тем, кто кричал громче.

...и таким образом оказалось, что лишним, то есть пятнадцатым, был умерший. Его вынесли из зала. Впрочем, если бы его признали за осужденного, то мертвому отрубили бы голову гильотиной.

Книга не произвела ожидаемого эффекта, но, возможно, виновато моё ожидание истории плаща и шпаги. Но на самом деле мастерство Дюма здесь не должно бы быть в зачаточном состоянии - "Мушкетёров" он написал раньше...

Перед нами одна из малоизвестных повестей Дюма, написанная в соавторстве с Полем Лакруа и впервые опубликованная в 1849 году в парижской газете.

Повесть состоит из двух неравнозначных, но взаимосвязанных частей. В первой мы встречаемся с самим Дюма, который ведёт дружбу с удивительным библиофилом и писателем господином Мюссо (у него есть прототип). На смертном одре тот просит Дюма рассказать миру одну историю о молодом и ещё никому не известном Эрнсте Теодоре Амадее Гофмане, того самого автора "Щелкунчика". И вот уже Дюма становится проводником в прошлое, а мы — читателями этой самой «истории в истории».

Перед нами возникает образ юного Гофмана — мечтательного студента, музыканта, художника, ищущего свой путь. Его планы о поездке в Париж рушатся, когда он встречает Антонию, дочь старого музыканта. Любовь заставляет его остаться, но перед свадьбой невеста разрешает ему короткую поездку в Париж, поставив два загадочных условия... Что это за условия и что ждёт Гофмана в Париже, вы узнаете, только дочитав до конца.

Интрига раскрывается в финале, и она местами неожиданна и изящна, а что-то было предсказуемо. Любопытно, что обещанная мистика здесь не давит мрачной атмосферой, ей даже находится логичное объяснение, которое автор предусмотрительно намекает уже в начале. Но, честно говоря, первая часть произвела на меня даже большее впечатление, чем основная история Гофмана. Образ господина Мюссо, этого страстного собирателя книг и хранителя историй, оказался на удивление живым и глубоким.

Перед нами не типичный авантюрный Дюма с огромными и долгими историями, а скорее автор камерной прозы с элементами, я бы сказала, некой литературной игры. Хотя и здесь Дюма налил воды предостаточно. Мне понравилось не столько «что произошло», сколько «как это рассказано». Хотя история юного Гофмана мне интересна тоже. Повесть напоминает изящную шкатулку с двойным дном: сначала ты следишь за судьбой рассказчика, а потом уже и Гофмана.

Рекомендую её ценителям атмосферы, исторического антуража и авторской игры с формой.