«отряды отвести поглубже в лес, залечь и зорко наблюдать за движением колонн»
«Продуктов у нас вдоволь, лес большой, надо так спрятаться от фашистов, чтобы сам черт нас не нашел»
ВМ № 100.
Очередная книга пустышка про крымских псевдо-партизан. Тяжело читать, как эти «защитники» отечества, по мере приближения гитлеровцев к полуострову не строили укрепления, а просто драпали в заранее подготовленные укрытия, в схроны, если говорить бандеровским языком. И готовили себе многотонные заначки из консервов и овощей на долгие месяцы. Сам Генов, автор книги, был назначен целым начальником второго партизанского района, в Зуйские леса. Норма питания для партизанских воинов была настоящая, армейская. Контингент 600-700 человек. Была в Крыму и единственная в европейской части СССР метеорологическая станция, которую также партизаны планировали использовать в качестве перевалочной базы. Симферопольский завод начал выпуск гранат-лимонок, специально для партизан. А дальше начиналось самое интересное: как же отобрать из многих тысяч, желающих стать партизанами, самых нужных и преданных людей. А на дворе уже ноябрь. Вот уже немцы выдвигаются в сторону Феодосии. Генов сам пишет: «если врага не задержать на предгорных рубежах, то через день-два он будет здесь». Но что же делают партизаны? Они решают в бой с противником не вступать, «отряды отвести поглубже в лес, залечь и зорко наблюдать за движением колонн». Во время редких стычек с немцами, которые состоялись позднее, были такие партизаны, которые предпочитали вообще не воевать, а прятаться. «Продуктов у нас вдоволь, лес большой, надо так спрятаться от фашистов, чтобы сам черт нас не нашел». Связи никакой у партизан с центром не было. О знаменитом параде 7 ноября на Красной площади партизаны узнали от немцев! Вооружение у партизан было так себе, от отступающих частей Красной Армии они получили 5 пулеметов и до 20 тысяч патронов. Зато чего не забывали делать партизаны-коммунисты, так это собирать партийные взносы. Интересно, где они хранили собранные деньги? Пишет Генов порою и весьма удивительные вещи. Мол, и сами немцы не охотно воевали, периодически подходили к лесам, «разгружались» от имевшихся у них боеприпасов, взрывали гранаты, а потом писали докладные записки о боях с партизанами… Генов даже не пытается как-то прикрыть этот договорняк и огромное ему спасибо за это. А еще партизаны придумали свою клятву.
«Я, гражданин СССР, ясно и глубоко понимаю всю серьёзность Великой Отечественной войны, ведущейся многомиллионным советским народом против гитлеровского фашизма, вероломно и коварно напавшего на мою священную Отчизну…» Даже в клятву эту всунули пресловутое вероломное нападение. Видимо для того, чтобы у народа не возникало вопросов, почему к отпору врага абсолютно не готовились.
Десятым пунктом клятвы было согласие на партизанский самосуд.
«Если по злому умыслу я отступлю от настоящей моей клятвы, то пусть покарает меня суровая рука красных партизан». Если использовать язык цифр, то получится, что в леса убежали большей частью коммунисты и партийный актив. Убежали, оставив на съедение гитлеровцам женщин и детей. Деньги, кстати, в смысле зарплату, партизанам регулярно приносили. С бумагой для папирос у партизан было туго. Пришлось скручивать папиросы из «Анны Карениной». Снова удивляешься простодушию автора: в то время как регулярные части Красной Армии вдохновлялись произведениями Толстого, партизаны Толстого курили! «Дал им ненадолго почитать «Анну Каренину». Вскоре мне с извинениями вернули одни только плотные картонные корочки от переплета». Ни о каких совместных действиях с другими партизанскими отрядами речь не могла вестись, так связи не было. Не было и медикаментов. Вообще, складывается впечатление, что если бы немцы захотели, то они бы за пару дней зачистили все эти партизанские отряды. Но почему-то немцы «хотели жить дружно»… Правда, когда было нужно что-то сделать в виде рекламного хода, то связь находилась. Так, узнав по рации, что 13 апреля 1942 года правительство выпустило Госзайм (военный), то партизаны собрали промеж себя аж 106 тысяч рублей наличными и на 48 тысяч облигаций! А так, иногда партизаны развлекались тем, что расклеивали листовки по деревням, провоцирующие немцев на карательные акции против мирного населения. Сжигали хлеб и зерно, чтобы врагу не досталось. А тех, кто считал, что урожай лучше собрать и растащить по домам, называли вражеским провокатором! Даже приемку самолетов с грузами не могли организовать как следует, костры, обозначавшие посадочную полосу, тухли и самолеты разбивались. Иногда рассказывались сказочные истории о том, как комиссар и учительница несколько часов вели неравный бой с врагами. «Последние пули партизаны пустили в себя. Захватив Сахарную головку, гитлеровцы увидели лишь трупы. К счастью, Барыбкина оказалась только тяжело раненой. Окровавленная, с разбитой челюстью, она приползла к дереву, где обычно встречались связные партизаны. Здесь и нашли несчастную женщину».
И немцы, и партизаны сами писали отчеты о своих боях друг с другом, всячески восхваляя себя любимых. Проверить эту информацию было практически невозможно. Понятно теперь, почему при наступлении Красной Армии, партизаны предпочли «отходить с вражеской армией», а не присоединяться к регулярным войскам…
2 понравилось
