Мастер и Маргарита. Белая гвардия

В этот раз проблема, которую поднимает Булгаков касается не столько его самого, как в предыдущих рассказах цикла, сколько состояния здоровья нации, страдающей от нищеты и войны. Автор заостряет внимание на жутком распространении венерических болезней в русской деревне, а в целом, и во всем российском обществе.

Сифилис тогда зверствовал по всему миру, болели им не только в Российской империи. Почитайте романы о первой мировой, хотя бы самые известные - Хемингуэя, Ремарка или Гашека. Везде война, везде смерть, везде горе, и везде сифилис. Но это такое верхоглядство, нам легко сейчас обобщать и анализировать, а Булгаков в своей земской больнице был вынужден ужаснуться масштабам заболевания и той самой "тьмы египетской", которая господствовала в мало образованной деревенской среде. Люди просто не понимали всего трагизма того, что с ними происходило, не осознавая что значит, появившаяся на теле сыпь, поэтично названная автором "звездной".

1917 год, когда происходят описываемые события, с фронта хлынула волна солдат, большинство из которых везли домой, ждущим их женам и подругам, ту самую звёздную сыпь, с которой потом и солдаты, и их жены, приходили к "юному врачу".

Масштаб заражения можно оценить по следующему факту: Булгаков, выпускаясь из университета, по сведениям Бориса Соколова - автора "Булгаковской энциклопедии", планировал специализироваться по детским болезням, говоря сегодняшним языком - видел себя педиатром. Но тот опыт по лечению венерологических болезней, который обрушился на него в земской больнице, сделал из него настоящего венеролога. Булгаков ведь не только лечил, он хлопотал об открытии венерологических пунктов в уезде, о принятии профилактических мер.

В результате, когда в 1918 году он вернулся в Киев, то начал в этом городе врачебную практику уже именно как венеролог. С одной стороны, был наработан серьезный опыт в этом направлении, с другой - это была крайне востребованная специализация, потому что сифилис продолжал во всю свирепствовать. Это, наравне с тифом, будет главный фронт молодой советской медицины, но Булгаков к этому времени уже полностью уйдет в литературу, он уже сделал всё, что смог в борьбе с венерологической катастрофой.

"Поделитесь своим мнением об этой книге, напишите рецензию!" — гласит лозунг Лайвлиба, когда мы открываем информацию о любой книге. Соответственно, я привыкла писать о том, что мне нравится, ибо с отрицательных и нейтральных рецензий смысла для меня, по большому счету, нет, разве что только высказаться. Читать всё равно будут, ибо на каждый жанр и каждую книгу есть свой любитель. Я честно пыталась промолчать насчёт МиМ, следуя своему же негласному правилу, но тут меня, к сожалению, понесло — наверное, зря. Да простят меня все многочисленные поклонники этого романа и кинут в меня по справедливому камню, помидору, тапку — что больше нравится, — но я всё же выговорюсь.

Видите общую оценку этого романа? 4.6, на минуточку, читателей — только вдумайтесь в эту цифру — 77 тысяч человек. Да я ни у одной другой книги не видела здесь столько читателей. Тысяча рецензий. У меня даже нет иллюзий, что я скажу что-то новое. Если вы ждёте здесь перечень литературоведческих источников, аргументированную позицию и положительный отзыв, мне очень жаль вас разочаровывать. Это просто субъективное мнение, которое я никому не навязываю.

Почему здесь такое название? Объективное восприятие МиМ у меня поплыло ещё со школы. Со всех сторон на меня неслись восторженные отзывы знакомых и реклама сериала Бортко по ТВ. Первый раз я читала роман Булгакова летом перед одиннадцатым классом. Всё это сопровождалось хвалебными одами мамы в адрес этой книги. Хорошо помню, что тогда у меня повис вопрос: "И всё?", который не снялся и после изучения МиМ в школе. Обсуждали тему библейских отсылок, кто-то сказал, что Булгаков впервые по-своему трактовал Новый Завет, и меня это удивило, особенно когда недавно был прочитан "Иуда Искариот" Леонида Андреева. Нет, к Новому Завету обращались и до Булгакова, и будут ещё после. Библия всех будоражит, так или иначе, и Новый Завет в чём-то даже сильнее Ветхого. Меня тогда заинтересовали только ершалаимские главы, возможно, именно в тот период мои непростые отношения с религией запутались окончательно.

В вузе на филфаке, у кого ни спроси, у всех МиМ — любимая книга (я говорю о своём вузе, если что). Что у студентов, что у преподавателей. Читали МиМ на втором курсе, на третьем, на пятом,по-моему, тоже. Смотрели не только сериал Бортко, но и экранизацию Анджея Вайды "Пилат и другие". Там только ершалаимские главы и неожиданная подача — начинается всё с опроса баранов, действие перенесено в современность, а сама лента на немецком (нам включали с субтитрами). Кто-то писал и диплом по МиМ (и не только, ещё и "Роковые яйца" были у кого-то). В общем, вокруг творилась какая-то булгаковская истерия. Может быть, она меня окончательно и отпугнула от романа. Вероятно, не будь такого рьяного навязывания и перечитывания ершалаимских глав буквально в каждом семестре, мне бы и удалось выйти на положительное отношение, но не срослось. Появилось даже ощущение, что все читают одну книгу, а я — другую. И что я чего-то не понимаю, а им всем известен какой-то секрет, раз они в таком восторге.

Почему я не говорю ничего о московских главах? Боюсь, хорошего мне нечего сказать. Диалог с Булгаковым у меня не сложился. Я пришла или слишком рано, или слишком поздно. Карусель Варенух-Лиходеевых-других так и проносилась мимо меня, несмотря на все мои старания вникнуть в неё. Запомнился Бездомный, которого точно недооценили. Мессир и его свита сначала забавляли, а потом стали пугать и раздражать. Мастер и Маргарита не впечатлили совершенно — первый показался мне слишком напыщенным и самонадеянным, вторая симпатии тоже не вызвала. Их любовь, увы, не спасла тонущие в моих глазах океаны булгаковской сатиры (как-то коряво написала, но что поделать). Желания читать ещё что-то из критики сверх того, что мы брали на предметах в вузе, не возникло. Может быть, и зря, но я и так уже слишком много времени потратила на МиМ, и всё без толку.

Ершалаимские главы меня впечатлили больше. Правда, Иешуа покоробил совершенно. Его было мало, стержень в нём не почувствовался. Не "амёба", как кто-то писал, но просто человек. В том же "Иуде Искариоте" Иисус был подан иначе, наверное, я ждала слишком многого. Образ Пилата меня заинтриговал. Я мало думала до МиМ о причинах его поступка, и здесь роман мне всё же в чём-то помог. Описания Ершалаима и окрестностей Булгакову удались, как и сцена казни Иешуа. Особенно мне запомнилась финальная сцена прощения Пилата — ради этого, возможно, лично мне и стоило так упорно продираться через текст романа.

Мне действительно жаль, что это не положительная рецензия. Может быть, я сама всё испортила, может, проблема в чрезмерной популярности МиМ. Остаётся лишь сказать "спасибо" Булгакову за то, что у меня не без его участия пробудился интерес к библейским отсылкам в художественной литературе. Увы и ах, это просто не мой роман.

Наверное, самый экзистенциальный рассказ из всего цикла, по большому счету он целиком и полностью о внутреннем мире, вертящемся в голове молодого врача, оказавшегося в замкнутом, для него новом и мало знакомом мире русской деревни и земской больницы.

А главный лейтмотив повествования - неуверенность в себе молодого врача, проходящего, и вполне успешно, непростой путь профессионального становления. Путь он проходит, как я уже написал, вполне успешно, но это не мешает ему рефлексировать, что называется, по полной. Это нормально для образованного человека, особенно, для русского интеллигента.

Профессиональный быт, полная загруженность, оборачивающаяся дикой усталостью, непрекращающаяся борьба со стрессом - угрожают его самоуважению, под ударом оказывается самоорганизация - молодой врач перестает в должной мере следить за собой, перестав регулярно бриться. И сам же от этого страдает, ощущая свою некоторую ущербность. В то же время, он себя оправдывает, припоминая историю об одном англичанине, который, оказавшись на необитаемом острове, регулярно брился, как и подобает джентльмену, но все равно поехал рассудком, открыв стрельбу по тем, кто прибыл его спасать.

Всё это, как мне показалось, было своего рода прелюдией к простой мысли, что в подобной обстановке неизбежно нарастание хаоса, а хаос рано или поздно приводит к фатальным ошибкам. Что, в принципе, и происходит в рассказе, где герой, прототипом которого выступает сам автор, чуть было не совершает эту глобальную ошибку. Молодой эскулап не разобрался в ситуации, но, слава Богу, все обошлось. В этом случае решающее слово осталось за мамой больного ребенка, которая не дала воплотить в жизнь решение медика, и, в кои-то веки, оказалась права. Хотя, на первый взгляд, её поведение выглядело такой же "тьмой египетской", как и в соответствующем названию рассказе.

С глазом у мальчика всё обошлось, а вот "юный врач" сделал из случившегося самый правильный вывод: в своих ошибках ты всегда виноват только сам, а чтобы не ошибаться, или, хотя бы, свести риск ошибок к минимуму, "нужно покорно учиться" - это последние слова рассказа. И надо полагать, что с такой философией этот врач не скатится в жерло беспросветного хаоса, пожирающего мечты, чаяния, желания и цели жизни.

Название рассказа отсылает читателя к библейской книге Исхода, в которой описываются так называемые "Казни египетские". Казней этих было десять штук, и каждая была круче предыдущей, так вот, густая и плотная темнота, окутавшая Египет, была девятой в этом ряду,

В рассказе "тьма египетская" присутствует как бы в двух измерениях: в том же физическом, что и в Библии - в деревенской больнице, в которой служит автор, снова нет электричества, и в переносном - неграмотность и непросвещенность крестьян, которая повергает молодого доктора в ступор.

Перед читателями проходит целая череда диких случаев, когда одновременно принимается смертельно опасная доза белладонны, или когда горчичник, назначенный от простуды, накладывается на тулуп. Но эти случаи рассказывает доктору фельдшер, однако не проходит много времени, и у него появляется свой собственный пациент, символизирующий "тьму египетскую". Причем, это оказывается человек - деревенский мельник, который показался доктору счастливым интеллигентным исключением.

Однако же, велико было его разочарование, когда и этот деревенский "антилигент" принял 10 прописанных ему порошков хинина зараз, "чтобы не валандаться". Кстати, именно мельник произносит ту самую фразу, положенную в название - "тьма египетская", правда, речь шла о темноте в глазах после того, как доктор его откачал.

И тогда доктор воспринимает свою миссию как рыцарское служение по искоренению лютого невежества, царящего в народе - ему снится сон, что он и его медсёстры и фельдшеры - все в белых халатах, вооруженные разными медицинскими приборами вместо мечей - выходят на решающее сражение с гнетущей тьмой.

Символично, что этот сон снится доктору в 1917 году - время ликвидации безграмотности и реального просвещения народа уже стучалось в двери - тьма египетская должна была смениться лучезарным светом. На самом деле света окажется не так уж и много, а темнота кое-где по углам всё-равно сохранится, так что всё будут решать светлые и темные тени, в каждом случае по разному...

Первый раз читала это произведение еще в школьные годы, помнила лишь, что Турбины и не шибко понравилось. И вот, спустя несколько десятилетий, решила прочитать вновь. И вновь не могу сказать, чтоб прям сильно зацепило. Хотя безумно люблю МиМ, но в этом романе Булгаков мне не по душе. Возможно, причина в том, что будучи учителем истории не очень люблю период Гражданской войны.
1918 год. Украина. Трагичные события того времени у Булгакова прописаны подробно, ярко, красочно. Серые будни, пропитанные кровью и отчаянной безысходностью. И прочитать книгу, конечно, нужно каждому. Потому что страшное время, где брат против брата, сын против отца, а вокруг - предательство, алчность, паранойя. И Турбины, русская интеллигенция. Семья. в которой остались лишь дети, пусть уже достаточно взрослые, но еще не стоящие крепко на ногах - Алексей, Елена и Николка, самый младший. В их дом, как мотыльки на свет, слетаются друзья, которые тоже не понимают толком что происходит и кому можно верить. Да и как верить, когда муж Елены, тот кто давал обеты, просто сбегает под шумок.

Может, поэтому стремятся друзья в дом Турбиных, который в это нелегкое время как островок с тихой гаванью в океане, который сотрясает шторм, губительный и беспощадный.
А еще постоянно ловила себя на мысли, что это не просто история повторяется, а Булгаков - пророк. Ведь более 100 лет прошло с тех событий, и вдруг вновь забыли русский язык, подавай мову... Заголовок выбран не просто так, ведь это и есть фарс: случайные люди у власти, которые на сцене смотрелись неплохо, а в реальной жизни уничтожают целый народ и и заварили такую кровавую кашу.

"Стальное горло" - третий рассказ из цикла "Записки юного врача", который содержит в себе автобиографические черты того периода жизни будущего литературного классика, когда он работал врачом в одной из деревенских больниц Смоленской губернии. В двух первых молодой доктор прошел очень серьезные испытания, и каждый раз его пациентами были женщины; одну он не смог спасти, другой спас жизнь, но не смог спасти ногу. Кстати, обе были очень красивыми, везло доктору на красавиц, а если точнее, то это девушкам так фатально не везло, что они становились пациентками юного доктора.

И в третий раз - снова особа женского пола, но на этот раз совсем девочка - трехлетняя Лидочка, но тоже для своего возраста красавица с внешностью ангелочка. И снова молодому доктору предстоит нешуточный экзамен, и снова на кону самые высокие ставки - жизнь и смерть. И сначала кажется, что все козыри в руках у смерти - запущенный дифтерийный круп практически не оставляет девочке шансов.

К этому следует прибавить общую обстановку: растерянность остального медицинского персонала больницы и агрессивную невежественность родных девочки - матери и бабки. Они наивно надеятся на какие-нибудь чудесные капли, за которыми и приехали в больницу, но доктору совершенно очевидно, что девочке осталось жить несколько часов, если... нет, только не это, если не сделать срочную операцию.

Рассказ о том, как молодой специалист обязательно проходит через испытание, которое заставляет его ответить самому себе на вопрос: годится он для выбранной профессии или нет. Наступает момент, когда ты понимаешь, что единственный профессионал здесь ты, и от того сумеешь ли ты проявить свой профессионализм зависит всё. А чтобы его проявить нужно взять на себя ответственность - ответственность за риск, за любой исход того действия, которое ты считаешь необходимым. Если ты справишься с задачей, можешь смело называть себя Доктором, если дрогнешь - продолжай считать себя человеком с медицинским образованием.

Случай, описанный в рассказе, был бы неординарным даже для опытного врача, тем сильнее стресс и страх ответственности для начинающего. Он знает что делать, но не знает как. А делать надо - это единственный шанс на спасение ребенка. Спросить не у кого, есть только учебник. Если что-то пойдет не так, его обвинят, что он зарезал девочку. Трусил ли молодой врач? Безумно трусил - Булгаков приводит его внутренний монолог, когда он думает одно - избежать ответственности, отказаться от попытки, а говорит другое, как будто кто-то внутри него самого подталкивает на решительные действия.

У него всё получилось. А могло не получиться? Могло, причем, с очень большой вероятностью, но что-то подсказывает, что пережив в таком случае неизбежный опустошающий стресс, он снова нашел бы в себе силы рискнуть, если бы ситуация повторилась. Что меня заставляет быть уверенным в этом? То, что если однажды решительность победила в нем смиренное благодушие и трусость, то это было проявлением в нем осознания своей ответсвенности и силы воли. Можно сказать, что это качество "врача от Бога", именно такие врачи становятся легендарными.

И жмзнь не заставила в этом сомневаться, очень скоро по округе распространилась молва о молодом враче, который спас обреченную девочку тем, что вставил ей стальное горло. Так рождаются легенды...

Еще один рассказ из цикла "Записки юного врача". Еще в первом рассказе главный герой - молодой врач сельской больницы обозначил свои самые главные страхи, больше всего он страшился столкнуться с гинекологическими проблемами, с родами, когда плод расположен неправильно. Но, как известно, чего больше всего боишься, то непременно случится, и вот, в пятом рассказе оно и произошло.

Сюжет построен по схеме большинства рассказов цикла - сначала врач-автор сталкивается с проблемой, которая кажется ему практически нерешаемой, затем , припертый обстоятельствами к стенке, он вынужден взять на себя ответственность и отважиться на рискованное и авантюрное лечение. И каждый раз начальная неуверенность сменяется невесть откуда берущейся твердостью в действиях и принимаемых решениях, да и удача практически каждый раз оказывается на его стороне.

В этот раз молодой врач, выбегая из операционной подсмотреть в руководство по гинекологии - что и как делать, принимает труднейшие роды при неправильном положении плода, осуществив сложнейшее акушерское действие - поворот на ножку. Причем, до операции он так до конца и не понял, что и как ему следует делать, выполнил всё почти что на интуиции, зато, когда читал книгу уже после того, как всё было позади, ему всё казалось ясным и понятным.

У этого рассказа не менее интересная предыстория, чем сам рассказ. Дело в том, что Булгаков на самом деле делал такую операцию, о чем упоминается в справке, выданной Михаилу Афанасьевичу 18 сентября 1917 г. Сычевской земской управой в связи с переводом его в Вяземскую городскую земскую больницу. И, по воспоминаниям Татьяны Николаевны Лаппа, бывшей тогда его женой, это случилось не через пару месяцев после приезда молодого доктора в деревню, как это обозначено в рассказе, а в первый же вечер по прибытии в деревенскую больницу.

Так что в реальности "крещение поворотом" было даже более ярким и существенным, чем в цикле рассказов. Почему Булгаков решил изменить хронологию описанных клинических случаев своей практики можно только догадываться. Возможно, он не хотел начинать цикл с такого значимого рассказа, хотел создать некое нагнетание сложных ситуаций, но он изменил еще кое-что, описывая реальный случай.

Так в рассказе нет ни слова о муже роженицы, который, по словам той же Лаппы, вел себе крайне неадекватно, и угрожал молодому доктору: «Смотри, если ты ее убьешь, я тебя зарежу». Наверное, Булгаков не стал писать об этом, потому что тогда изменились бы акценты и у читателей могло сложиться впечатление, что доктор действовал под угрозой страха.

:

В конце 80-х все бросились читать Булгакова, но по "Белой гвардии" вопрос так и оставался открытым в связи с неоднозначностью концовки. Так и сейчас, открыв так называемую "раннюю редакцию" 19-й и 21-й главы, сразу физически ощутил, что писал это другой человек. И для того, чтобы это понять - не нужно быть булгакововедом. Произведение читал уже ранее, но, помимо мифической концовки, допустил еще одну распространенную стандартную ошибку - стал читать "Белую гвардию" с комментариями. Нужно заметить, что в этом плане она переплюнула даже "Улисс". Сравнивать можно только с Библией, три огромных тома с комментариями - если кто осилит, то сразу будет рукоположен в диаконы. Выглядит это примерно так - на каждое предложение примерно на пол страницы следует пояснение и в итоге ты в этих пояснениях тонешь, не помнишь уже - о чем читаешь и как выглядит само произведении. Изучив как-то "Двенадцать стульев" - самое полное издание с самыми полными комментариями, пришел к выводу, что в основном все эти пояснения - лишнее. Да, где-то они нужны и даже просто необходимы, но в полном своем варианте предназначены прежде всего для реальных фанатов произведения, поэтому для первичного ознакомления лучше выбирать издания с минимальными комментариями.

Ничего принципиально нового по поводу "Белой гвардии" сказать не могу. Булгаков очень изменчив, порою он прекрасен, порою он ужасен. Повествование периодами захватывает, периодами пугает, периодами оно очень нудное и продираться через него трудновато. В неповторимой манере военные действия описаны кроваво и чистоплотно. Вряд ли кто-то другой смог бы так же. Тонны устаревших оригинальных терминов придают "Белой гвардии" шарм, реальность и выглядят инородными телами. Ощущение, что писал это человек не в себе больше надумано, но оно есть. Воспетая в течении всей жизни Булгаковым тема трусливой русской интеллигенции перед нами во всей красе, ее лелеют, ее оправдывают, ее пытаются сделать нам ближе. Нам, рабоче-крестьянским потомкам, парикмахеров и кучеров. Тальберг бросил жену, родину и читателей. Затрудняюсь определить что ужаснее и чья месть для него будет страшнее, попивающего коньячокс на Елисеевских полях, но русскую интеллигенцию олицетворяет в первую очередь он сам. Много раз протянутый в литературе Петлюра, сразу вспоминается что-то типа "ты берешь с детей контрибуцию как сам Петлюра" - выглядит и у Булгакова как что-то злобное, но как ему еще выглядеть в то время. Культура военных действий прекрасна лишь для того, чтобы красиво пустить себе на телеэкране пулю в лоб. В утверждении, что Петлюра - герой Украины что-то есть, ибо он единственный, кто вел национально-освободительную войну. Тема, кстати, в настоящий момент наиболее актуальна. "Хай живе вильна Украина!" М. Булгаков "Белая гвардия"

p.s. Посмотрел наконец-то "Дни Турбиных", жалко замечательных актеров, которые так прекрасно сыграли в этой советской халтуре. Это нельзя было снимать вообще.

У меня критерий любимого произведения (книги или фильма) заключается в желании перечитывать или пересматривать. "Мастера и Маргариту" я читала три раза и всегда с удовольствием. Не могу сказать (да и не только я), что с точки зрения стиля - это лучшее произведение Булгакова. В этом году я прочитала "Белую гвардию", ее значительно труднее читать, это более сложная и высокая проза. "Мастер и Маргарита" же написана достаточно простым языком, каждый смысловой пласт романа - в своем жанре. Московские главы - сатирический роман в духе Ильфа и Петрова, иершалаимские главы - в духе исторического романа, главы про мастера и Маргариту как любовный роман. Самым высоким слогом написана иершалаимская часть, после последнего прочтения моя любимая часть.

Что же заставляет меня возвращаться вновь к этой книге?! Пожалуй, хороший юмор и очень обаятельное и притягательное зло в образе Воланда и всей его свиты. Кстати Понтий Пилат тоже сторона зла, так же очень яркий персонаж в романе. Оправдание зла весьма соблазнительно, ведь добро скучно. Обратите внимание, насколько филигранно выписан образ Афрания, силы, творящей возмездие.

Д.Л. Быков рассказывает версию о том, что роман писался Булгаковым для Сталина. Мастер - слово, употребляемое Сталиным. Есть фиксация разговора Сталина с Пастернаком, в котором он спрашивает про Мандельштама: "Он мастер?" Всё дурновкусие в романе (голое тело, двусмысленные шутки, оккультные мотивы, сцена бала) появилось в угоду вкуса нашего вождя. Роман написан так, чтобы Сталин его понял. Посыл романа таков: в богооставленном мире ты воплощенное зло, ты можешь, что угодно делать с людишками, другого они не заслуживают, но пощади художника, вспомнят художника - вспомнят и тебя, сына сапожника. Не знаю, насколько это правда, но версия не лишена логики. Сотрудничество с властью - это тупик для художника, это сделка с дьяволом.

О чем же этот роман? О человеческой природе, практически не меняющейся во все времена. Люди падки до развлечений, наживы, трусливы, выбирают не Иешуа, а Варраву. О нравственном выборе, который может сделать человек. К примеру, продолжать ли писать Ивану Бездомному плохие стихи или выбрать другой путь. О прозрении, о дихотомии добра и зла, о творчестве, мастерстве, об отношениях художника и власти. Ну и, конечно же, о вечной любви!

Рецензию решила написать в рамках проекта "Читаем Россию". Какая же Москва в этом романе? Мне она показалась сытой, изобилующей, гулящей, веселящейся, но в то же время по ночам происходят аресты, исчезают люди. Такой пир во время чумы.

Подытожу. Текст романа удивительный, феноменально популярный. При каждом новом прочтении Вам могут понравиться разные сюжетные пласты. Завидую тем, кто будет читать роман впервые.