Эмигранты. Повести и рассказы

Невзоров поджидал случая, чтобы произвести короткую и удачную операцию с каким-нибудь высоковалютным товаром, и тогда, ни на что больше не льстясь, бежать навсегда в Европу. Там с хорошими деньгами, – он это знал по кинематографу, – жизнь – сплошное наслаждение.

Семён Иванович уже давно глядел на столик перед диваном. Сердце чудовищно билось. На столике стояла человеческая голова. Глаза расширены. На проборе, набекрень – корона. Борода, усы... "Чья это голова, такая знакомая?.. Да это же моя голова!"

...не все ли равно: сумасшедшее страдание или сумасшедшее счастье... Мы любим только наши страсти. Женщины любят боль. А ужасает - мертвое сердце.

Шведская полиция, как и во всех цивилизованных странах, не интересуется политикой, мы —слепое орудие власти

Смерть, могила, — ты просто споткнешься и, падая, передашь другому факел

Разве мы живем? Только вопль человеческий, а самого человека давно нет

Чтобы требовать — нужна сила

Если диктатура будет связана с промышленным подъемом, то и пролетариат, во всяком случае наиболее рассудительная часть его, примирится с господствующими идеями. Остальных заставят примириться.

Зачем же привязывать мне моральный жернов на шею?

Люди, идущие рисковать жизнью, часто весьма требовательны