Отцы

Дело в том, моя милая, что есть какой-то день, когда запоминаешь своего ребенка на всю жизнь. Ребенок потом растет, взрослеет, ты видишь, как он взрослеет и растет, но стоит закрыть глаза, и ребенок предстает перед тобой таким, каким ты его запомнил в Тот Самый День.

Если я когда-нибудь еще понадоблюсь тебе по-настоящему, это будет значить, что тебе всерьез плохо.

Из твоих слов выходило, что проблемы не было бы, если бы, когда Бертик умер, ты перестала его любить. Но вот он умер, его не было, а ты все равно любила его. Я ничем не мог помочь тебе. Это действительно невыносимо: любишь кого-то, а его нет. Ты плакала не от страха смерти, а от любви, и тут уж - чем поможешь?

Вы бегали наперегонки по лестницам, заменяющим в горной местности тропинки, и кричали:
-Я первая!
-Нет, я первый!
-А мы считаем с конца!
-Так нечестно!
-Честно, чтобы я была первая.