Трижды до восхода солнца

- Не буди во мне зверя,он и так постоянно не высыпается!

- Я с тобой хоть на Северный полюс в банных тапочках

В душе полный раздрай, мне то хотелось броситься к нему со всех ног, наплевав на все: на убийство и на свои сомнения, то вдруг тянуло на родной диван, сунуть голову под подушку и лежать, не двигаясь, в спасительном отупении.

Как учит нас великая Камасутра — безвыходных положений не бывает

В кои-то веки послушай умного человека: не ставь на себе крест. На самом деле ничего по-настоящему не кончается. По крайней мере, пока ты жива. И грехи свои дурацкие искупишь, было бы время.

Она из тех, кто живет в высоком терему за трехметровым забором, знает толк в тряпках и драгоценностях и ничегошеньки о реальной жизни. Ну, написала бы, например, что Литвинов напился на приеме как свинья, а то без нее не знают, что он хронический алкаш.

То есть мы в общем-то ладим, просто он меня никогда не любил. Сестру — да, а меня нет.

Все последующие дни я старательно убеждала себя в том, что он прав. Не скажу, что преуспела, но это помогало как-то жить.

— Фенька, как мама себя чувствует?

— Прекрасно.

— Так у нее же нога сломана?

— Мама с надеждой смотрит в будущее.

я отправилась домой пешком, бодрой поступью компенсируя отсутствие этой самой бодрости

Мой оптимизм трещал по швам, жизнь складывалась так хреново, что я с сожалением думала, отчего я не медведь. Самое время залечь в тихом месте и проспать до весны, впрочем, вряд ли весной что-то изменится.

Мама вряд ли считала, что я достойна представлять семью на приеме, и спорить с ней я отнюдь не собиралась.

Думаю, он просто рассчитывал пару недель побыть в тишине и покое, что удавалось крайне редко, так как отдыхать они обычно ездили вместе (должно быть, по этой причине папа отпуска терпеть не мог).

три недели она лежала с загипсованной ногой, и это обстоятельство самым пагубным образом сказалось на ее характере. То есть самым пагубным образом это сказалось на нас, мамин характер и до той поры ангельским назвать не мог бы даже самый бессовестный хитрец, поднаторевший в комплиментах, без того чтобы его тут же не заподозрили в скрытой издевке

На личном фронте как на кладбище. Тихо, благолепно, иногда новеньких подвозят.

Видимость правды, ещё не правда

Че Гевару: «Будьте реалистами, ставьте перед собой неосуществимые цели»,

Если что-то нельзя сделать завтра – значит, делать это и вовсе ни к чему.

Дождь хоть и кончился, но небо было затянуто тучами. Низкими, грязно-серого цвета, что настроения не прибавило. На смену боли явилось сонное равнодушие, которое легко было передать словами из известной сказки: «Что воля, что неволя – все равно»

Моя жизнь в настоящий момент укладывалась в простую философию «проживем кое-как», и лишние сложности мне ни к чему. «За что мне еще и это, Господи?» – мысленно взмолилась я, возведя очи к потолку. «Отстань», – ответил господь. Вот и поговорили.