Товарищ Андрюша
Андрей Александрович Жданов — лидер среди сталинских соратников по количеству навешанных на него отечественными и зарубежными обличителями ярлыков и «чёрных легенд», со времён перестроечной разоблачительной публицистики определяющих в массовом сознании резко негативное отношение к нему. Тогда как попытки комплексного исследования жизни и идейного наследия этого выдающегося государственного деятеля, определения его личного вклада в развитие и укрепление нашей страны, последовательного анализа его роли в её истории практически не предпринимались вплоть до начала XXI века. Книга известного журналиста и писателя Алексея Николаевича Волынца — один из первых опытов масштабного и непредвзятого освещения непростого жизненного пути и идейной эволюции «ленинградского наместника Сталина», осмысления его разносторонней деятельности и сложной личности.
Наиболее яркие свои личностные качества, отмечаемые многими мемуаристами, «товарищ Андрюша» унаследовал от родителей. От отца — интерес к революционным идеям, наукам и чтению, а также дружелюбие и дипломатичность, органически уживавшиеся в нём с прямолинейностью и язвительностью. Мать же привила Андрею страсть к музыке и пению. С юношеских лет до поздних посиделок на сталинской даче он прекрасно играл на фортепиано, гармони и других инструментах, поражая слушателей обширным репертуаром исполняемых произведений. Примечательно, что все эти увлечения Жданов пронесёт сквозь всю свою жизнь. Как подмечает его биограф, будущий всесильный член Политбюро с детства отличался жизнерадостностью, обаянием и красноречием, умением быстро становиться своим и завоёвывать авторитет в любой компании, что не раз потом пригодится ему как крепкому хозяйственнику и креативному пропагандисту. Вместе с тем современники запомнили его как скромного, неприхотливого в быту и еде человека, ненавидевшего «барские» замашки в своём окружении.
Интересно, что Андрей Александрович принял непосредственное участие практически во всех революционных событиях 1917–1918 годов, став наркомом земледелия Шадринского уезда и фактически первым человеком в городе. В конце 1920-х — начале 1930-х он уже один из творцов и проводников «нижегородского экономического чуда», при живейшем участии которого были построены и введены в строй десятки заводов, фабрик, электростанций и знаменитый Горьковский автозавод. «В начале 1930-х годов Нижегородская область под руководством Жданова стала одним из крупнейших научно-промышленных центров, известных за пределами страны. Не случайно иностранные СМИ именовали Нижний „русским Детройтом“», — заключает А. Н. Волынец (стр. 123). После успешной организации Союза писателей СССР и проведения его первого съезда, креативный секретарь ЦК становится главным «надзирателем за искусством» и СМИ, определяя идеологическую политику государства во всех сферах прекрасного.
Не оставлены ждановским биографом без внимания роль его героя в создании и «раскручивании» «Краткого курса истории ВКП(б)» — «священного писания» большевизма, его вклад в преодоление постреволюционного раскола и становление новой единой общности, талант находить и продвигать молодые кадры, с годами становившиеся выдающимися государственными и военными деятелями, дипломатами и учёными. Особая тема в исследовании А. Н. Волынца — философское осмысление начальником агитпропа вопроса о месте русской интеллигенции в обществе и её роли в истории нашей страны. И его размышления о том, что «в период тяжёлых испытаний уж точно не нужны будут рефлексирующие неврастеники и сторонние созерцатели; нужны будут люди, способные своё творчество сделать средством достижения победы, мобилизовать во имя высокой цели человеческие характеры и чувства» (стр. 284), снова крайне актуальны. Забыто ныне, что Андрей Жданов, «продираясь через все сложности совсем молодой, ещё неопытной советской промышленности, координировал работы по созданию множества новых образцов нашего оружия непосредственно перед Великой Отечественной войной. <...> За такие заслуги положено ставить памятники — Жданову здесь не досталось и памяти», — с горечью подмечает автор (стр. 324–326).
Ещё до начала холодной войны первый секретарь Ленинградского обкома и горкома ВКП(б) предупреждал о неизбежности нового столкновения с Западом, став одним из тех, благодаря кому наше государство в те годы успешно противостояло идеологическому наступлению бывших союзников в начавшейся (дез)информационно-психологической войне. К слову, программный доклад Жданова «О международном положении» (1947), наряду с фултонской речью Уинстона Черчилля, считается одной из точек отсчёта холодной войны. Учитывая количество окружающих имя Андрея Александровича «чёрных легенд», совсем неудивительно, что его теоретические наработки и уникальный практический опыт по противодействию возобновившемуся ныне «крестовому походу» Запада против России до сих пор остаются невостребованными.
Героя книги часто попрекают организованными им судами чести и научными дискуссиями, тогда как первые имели место и в США в годы «охоты на ведьм», а вторые на самом деле стимулировали развитие отечественной науки, способствуя превращению СССР в ведущий научный центр мира. Между тем публицисты, зацикленные на теме травли Ждановым Ахматовой и Зощенко, упорно не желают принимать во внимание ряд существенных деталей. Во-первых, разбирательство с журналами «Ленинград» и «Звезда» было спровоцировано Георгием Маленковым — давним ждановским соперником и недоброжелателем, под видом травли литераторов «подковёрно» нападавшим на усилившуюся «ленинградскую группировку» Андрея Александровича. В этих обстоятельствах он, как всякий командный лидер, попытался вывести из-под удара своих людей, «пожертвовав» писателями. Во-вторых, именно Жданов организовал эвакуацию Ахматовой из блокадного Ленинграда и её быт в тылу, поэтому вправе был ожидать от поэтессы «мобилизующих» произведений, а не декадентских самокопаний в то время, когда её почитатели гибли в осаждённом городе...
Несмотря на то, что герой настоящего издания никогда не занимал постов в советском правительстве, его с уверенностью можно причислить к «железным сталинским наркомам», умиравшим на своих рабочих местах. Так и тяжелобольной Жданов, страдавший диабетом и астмой, перенёсший несколько инфарктов, тянул неподъёмный груз государственных дел и забот до последних дней своей недолгой жизни. Рекомендую книгу Алексея Волынца, перевернувшую моё прежнее представление о личности её героя, всем, кто хочет сделать собственные выводы о многогранной деятельности Андрея Александровича Жданова в контексте эпохи не по истеричному публицистическому гвалту, а на основе вдумчивого анализа исторических документов и свидетельств, в изобилии представленных в предлагаемом исследовании.
47 понравилось
