Цитаты из книги Metro 2033

Тот, у кого хватит храбрости и терпения всю жизнь вглядываться во мрак, первым увидит в нем проблеск света.

Сколько человек будет жить, всегда будет мнить себя силой света, а врагов считать тьмой.

У нас там целая крепость выстроена. Пока не воюем, но добрые люди советуют держать ухо востро. Как говорится, ci vic pacem, para bellum, — подмигнул он Артему.

Мы зубами вцепимся в жизнь, мы будем держаться за нее изо всех сил, потому что что бы там философы ни говорили и что бы ни твердили сектанты, а вдруг там ничего нет? Не хочется верить, не хочется, но где-то в глубине ты знаешь, что это так и есть...

— Я Бурбон. А тебя как звать? — продолжал интересоваться мужик. — Бурбон? — удивился Артем. — Почему это? Это не король такой был? — Нет, пацан. Это был такой типа спирт. Огненная, понимаешь вода. Очень настроение поднимает, говорят. Так как тебя там?.. — Артем. — Бурбон и Артём

Сколько ты продержишься на грибах, мультивитаминах и свинине? Сдавайся, сапиенс! Ты больше не царь природы! Тебя свергли! Нет, тебе не обязательно подыхать сразу же, никто не настаивает. Поползай еще в агонии, захлебываясь в своих испражнениях… Но знай, сапиенс: ты отжил свое! Эволюция, законы которой ты постиг, уже совершила свой новый виток, и ты больше не последняя ступень, не венец творенья.

Сможет ли человек выжить, и даже если сможет, будет ли это тот же человек, который покорил мир и уверенно правил им?

Говорят, если постоянно повторять ложь, в какой-то момент сам начинаешь в нее верить...

Сейчас мы имеем дело не с коллективом, а со стаей. Отличное состояние для манипуляции психикой!

Ты - избранный!

Не в моих обычаях помогать мертвецам, потому что в мире есть достаточно живых, нуждающихся в помощи.

В нашем мире после смерти душа останется в метро... Она будет метаться под сводами этих подземелий, в туннелях, до скончания времён, ведь ей некуда больше стремиться.

Могло ли так быть в действительности, что упорство, с которым он продолжал свой путь, влияло на дальнейшие события? Неужели та решимость, злость, отчаяние, которые побуждали его делать каждый следующий шаг, могли неизвестным образом формировать действительность, сплетая из беспорядочного набора происшествий, чьих-то поступков и мыслей - стройную систему, превращая обычную жизнь в сюжет?

Когда-то он считал, что каждый убитый будет тяжким грузом висеть на совести убившего, являться ему во снах, тревожить его старость, притягивать словно магнит, к себе все его мысли. Нет. Оказалось, что это совсем не так. Никакой жалости. Никакого раскаяния. Только мрачное удовлетворение. И Артём понял, что если убитый придет к нему в кошмаре, он просто равнодушно отвернется от него, и призрак бесследно сгинет.

Ни с кем не удается быть таким искренним, как с тем, кто все твои откровения унесет в могилу...

Вот они там говорят, что главные качества Бога – это милосердие, доброта, готовность прощать, что он – Бог любви, и что он всемогущ. Но при этом за первое же ослушание человека изгоняют из рая и делают смертным. Потом несчетное количество людей умирает, не страшно, и под конец Бог посылает своего сына, чтобы тот спас людей. При этом тот погибает сам, страшной смертью, я и раньше слышал, он перед смертью взывал к Богу, спрашивал, почему он его оставил. И все это для чего?

-А вот скажите, товарищ комиссар, что марксизм-ленинизм говорит о безголовых мутантах? Меня это давно уже беспокоит. Я хочу быть идиологически крепок, а тут у меня пробел выходит, - его ослепительно-белые зубы блеснули в виноватой улыбке.

"…усложнять жизнь ни к чему."