Калина красная

Сегодня день памяти Василия Макаровича Шукшина - одного из самых ярких и харизматичных советских кинорежиссеров и актеров, а кроме того самобытного писателя, я не мог пройти мимо такого события.

К шукшинской прозе у меня особое отношение, она яркая, зрелищная, так и тянет написать - кинематографичная, ну, а как иначе, если автор - кинорежиссер. Но в то же время ей не хватает серьезности и основательности, присущей лучшим образцам русской литературы, поэтому и выглядит она несколько легковесно, как-то частушечно. Более точно своеобразность шукшинских текстов можно описать словом "лубок". Лубочный стиль предполагает грубую прорисовку с элементами примитивизма, резкую контрастность, утрирование эмоциональной составляющей, все эти элементы с лихвой присутствуют в прозе Шукшина, а в кинопрозе - в особенности.

К кинопрозе относятся так называемые киноповести, кроме "Калины красной" яркий образец у Шукшина еще - "Живет такой парень". Эти повести - почти готовые киносценарии, но они оказываются на порядок слабее своих же киношных вариантов. Дело в том, что в этих повестях изложен только внешний рисунок образа, так и хочется сказать - роли. Писатель-режиссер не затрудняется особо тонко объяснять внутреннее содержание героя в тот или иной момент, это сделает актер или актриса, которые будут играть ту или иную роль, на съемочной площадке режиссер объяснит им, что стоит за каждой фразой, за каждым поступком.

Такая психологическая отстраненность, да еще при условии, что все герои очень яркие, как раз и создает тот самый лубочный эффект. Еще этому способствует подчеркнутая эпатажность шукшинских героев, которые как бы позируют в каждом эпизоде, пытаясь стать в позу "покрасивше", сказать "позаковыристее".

Егор Прокудин, наверное, самый лубочный персонаж писателя, подчиняющийся полностью его авторской воле. Захотел Шукшин, и отпетый рецидивист в одночасье превращается в эталонного носителя русской души, куда-то подевалась вся его "отрицательность", зато буйным цветом зацвела "положительность".

Оно понятно, попал Егор к хорошим людям, которых он поначалу тоже собирался обмануть, но, вот, когда почувствовал какие они чистые и правильные, так что-то с ним такое приключилось, что не смог он оставаться прежним вором - джентльменом удачи, нестерпимо захотелось ему стать честным человеком, строить новую жизнь.

Бывает ли так в настоящей жизни? Скорее всего, нет. Но это не значит, что так не может случится в литературном произведении, ведь писатели пишут не только о том, как бывает, но и о том, как должно быть. У Шукшина второй вариант, поэтому его Егор Прокудин не претендует на психологическую достоверность, да лубок её и не требует.

Такова и Люба Байкалова, хорошая и добрая женщина, почувствовавшая вдруг желание сделать человеком бывшего уголовника, и поверившая в него как в Христа. В реальной жизни такое бывает? Бывает, и такие доверчивые Любы, как правило, потом горько раскаиваются в своей наивности, когда "прозревший" друг не покупается, как киношный Егор на дамское благородство, а коварно им пользуется. Но в лубке такая Люба Байкалова может существовать запросто, и смотреться в нем вполне органично.

А старушка-мама, которая не узнает родного сына, и сын, не находящий сил открыться перед матерью, а потом в истерике бьющийся на косогоре - как ярко и пышно. По слезовыжимательности эта сцена не уступает финальной, в которой Егор общается с березками, а потом умирает от бандитской пули на руках Любы. Говорят, что Шукшин реально плакал, когда писал эти сцены, вот только вопрос: отчего он плакал, оттого, что ему было жалко Егора, которого он убивал, или от осознания лубочной красоты того, что он написал? Мне кажется, это был второй вариант, это были не слезы жалости, а слезы умиления.

Ведь мёртвого Егора писатель называет не рецидивистом, а русским крестьянином. Вот и выходит, что эта повесть, это такое шукшинское крестьянски-интеллигентское переосмысление библейской притчи о блудном сыне. Крестьянин, оторванный от родимой землицы, попадает в вертеп огненный мира соблазнов, чуть не теряет в нем свою светлую крестьянскую душу, но, благодаря хорошим людям, находит в себе силы вернуться на круги своя и умереть на родной земле, тем самым искупив все грехи. Символично и слезу вышибает, а то что малость пошловато, так это издержки стиля...

У В. Шукшина, о котором я знал раньше больше именно как об актере, фильмы с его участием смотрел, много написанных рассказов, о чем я знал, но ранее их не читал. В рамках группы на ЛЛ по чтению классики возник повод познакомиться с одним из них.

Сам рассказ - о молодом семьянине, простом работяге, живущем где-то в городском спальном районе. Весь сюжет раскручивается здесь вокруг несправедливого обвинения в его адрес. Продавщица спутала его с алкоголиком, который вчера в их магазине устроил дебош. ГГ втянулся с ней в выяснение отношений, пытаясь оправдаться, чем вызвал раздражение накапливающейся за ним очереди покупателей. Некоторые из них тоже присоединились к обвинениям в его адрес, что ещё больше нашего ГГ раздосадовало.

В конечном счете, обида едва не привела к преступлению. Подробностей не буду описывать, чтобы не спойлерить.

На мой взгляд, это неплохая иллюстрация того, как к плохим последствиям приводят зацепки человека за обиды, неумение отпустить ситуацию и стремление доказать окружающим собственную правоту.

Опять же почему нашего ГГ так зацепило несправедливое обвинение? В тексте упоминается, что он до этого, погруженный в работу вообще горячительных напитков какое-то время не употреблял. Но скорее всего склонность их употреблять была. В противном случае, вряд ли этот наезд продавщицы в его адрес вообще хоть как-то его зацепил бы, вызвав не обиду, но скорее лишь смех. Больше шансов, что нас зацепит ситуация, где у нас есть реальные проблемы, привязанности, поэтому мы к ним и неравнодушны. Понимаем, что нас есть за что потенциально здесь обвинить. Именно поэтому желание оправдать себя здесь усиливается.

в очередной раз убедилась в том, насколько творчество шукшина «мое». мне подходит, как он пишет, о чем пишет и какие мысли несет. и «калина красная» — одно из самых крепких его произведений. лучше всех шукшину удается передать внутренний мир человека, который испытывает чувство неустроенности, метания и поиска своего предназначения. эта душа стремится к добру, тянется к теплу и заботе. а моя душа радовалась за каждое «верное» решение егора, восхищалась миром вместе с ним и радовалась. но над всем этим уже висел топор. так уж сложилось, что у автора финалы историй в большинстве своем трагические, и эта драма буквально витает между строк. только момента поджидаешь. и каждый раз это разрывает сердце. вот и с калиной та же история. впрочем, судьба главного героя весьма закономерна. один выбор, сделанный много лет назад, оставил отпечаток на всей его жизни, и надеяться на счастливый конец можно, но не стоит.
до этого читала «жена мужа в париж провожала», и это тоже было сильно. но могу вынести для себя, что творчество шукшина мне нужно строго дозировано, иначе можно «слишком сильно задуматься».