В "Рыцаре бесконечности" динамика сбавляет обороты, уступая место выяснению отношений. Добрую часть книги читатель проводит в обители Жнеца, отдыхая вместе с Эви от ужасов постапокалиптического мира снаружи. Однако, отдыхает ли Эви? Или ее жизнь становится еще более напряженной среди роскоши, изобилия и тепла? Ей приходится вынести боль от раскрывшейся правды о ней, о Джеке и Мэтью, о Смерти и их отношениях в прошлом. Но страдает не она одна. Игра сильнее затягивает героев в свою мясорубку, подбрасывая множество "но", когда они начинают брыкаться и отрекаться от предназначения. Все становится сложным и относительным. Мы уже привыкли считать Жнеца бездушным убийцей, но он удивляет, шокирует и обезоруживает. Боль у каждого своя, нет аркана, чьи способности бы делали его счастливым. Это жестокое проклятье, бремя множества повторяющихся кровопролитных игр. Погибнуть, чтобы забыть и начать все по новой, или выжить, чтобы вкушать горечь бесконечного одиночества? Боги отметили избранных, боги хотят зрелищ. Их игрушкам только и остается крутится в колесе извращенной Сансары.
Наконец в этой книге мы встречемся с персонажем Жнеца. Бесконечно несчастный рыцарь бесконечности. Бесконечно он бредит только одной женщиной в целом мире- Императрицей. Как ни велика его ненависть, притяжение все же сильнее, и на то есть весомая причина. Эви постоянно достает его вопросами о прошлом, но каждый раз он стискивает зубы и уходит от ответа, закрываясь в своей скорлупе, столь же прочной, что и его доспехи. Жнец настигает Эви, пленяет ее, заставляет страдать, обещает ей скорую смерть, но собирается ли он в самом деле сделать это? Изначально становится ясно, что в этой игре его решимость хрупка и непостоянна, он больше обманывается, уговаривая себя ненавидеть и презирать ее, держать в ножнах меч, готовый нанести смертельный удар. В сердце Смерти теплится слабая надежда, тоска тысячелетий слишком разъела его душу, чтобы он мог очередным убийством Императрицы обречь себя на еще несколько сотен лет страданий. Любит ли? Нет. Он жаждет. Но пока. Те, другие Императрицы, были иными, и он сам не верит в то, что Эви не очередная копия предшественниц. Я чуствую, как ему тяжело. От одиночества, от бремени игры, от накаляющейся страсти, делающей его уязвимым. Как дурак, он рискует попасть в ту же ловушку снова, но пленяя Эви, он уже знает какой-то своей частью, что проиграл ей.
Если с Джеком Эви находилась в постоянных ссорах, как на вулкане, между ними летели искры- это были больные отношения, построенные на исключительной страсти, то с Жнецом Эви действительно интересно. Они ведут интеллектуальные беседы, играют в настольные игры, Смерть дает ей возможность пожить в райском уголке посреди бушующего пламени ада. В их отношениях - не меньше сексуального напряжения. И если уж выбирать Джека или Жнеца- я за второго претендента. Но все не так просто. Ибо мотивы Смерти вызывают у меня сомнения в его искренности. На самом деле обе эти любовные ветки про страсть и похоть. В них мало трепетности и чувств. Автор продолжает вести любовные линии на уровне ниже пояса. Но по сравнению с первой книгой, здесь это не вызывает сильного негатива. И кажется вполне уместным.
Уместным кажется также и смятение Эви. Джек или Жнец? Сложно понять, потому что одна часть Эви, человеческая, хочет быть с Джеком. Он связан с ее счастливой и безмятежной жизнью до Вспышки и напоминает о том, к чему она бы всем сердцем хотела вернуться. Другая часть- Императрица- желает Жнеца. Потому что они из одного теста и имеют общее далекое прошлое.
Первая половина книги была захватывающей. Ужасающее логово каннибалов- до дрожи и тошноты. Вторая часть- размеренная, интригующая, дразнящая.
Альянс становится крепче, трудностей выпадает больше, на горизонте собираются тучи. Играть многие не хотят, но игра вынуждает. Дальше- хуже.
Проглотила эту часть и с интересом перехожу к следующей.
5 понравилось
