Хорошо бы лечь и уснуть, подумал он, и спать до тех пор, пока все снова не изменится и не заблещет красотой и весельем.

Может быть, он уже забыл об этом, все взрослые быстро забывают свои обещания.

Позорно быть несчастным. Позорно стесняться своей жизни, что-то скрывать и маскировать!

У нас много хороших художников, это деликатные, утонченные люди, они изображают мир таким, каким он видится умному, чуткому, скромному пожилому человеку. Но у нас нет никого, кто бы увидел его свежим взглядом гордого, породистого ребенка. Те же, что пытаются это сделать, - большей частью никудышные ремесленники.

То, что с ним случается, человек во всей остроте и свежести переживает только в ранней юности, лет этак до тринадцати-четырнадцати, а потом питается этими впечатлениями всю жизнь.

- Кто вообще счастлив?
- Тот, кто надеется!

Вечно повторяется одно и то же. Как только дашь себя увлечь и заговоришь со взрослыми о чем-нибудь по-настоящему важном, все кончается разочарованием или даже унижением.

"Ему осталось только его искусство, и в нем он сейчас был уверен, как никогда прежде"

"Никогда не ведал любви во всей ее полноте, вкусил ее лишь в эти последние дни. У постели своего умирающего ребенка, слишком поздно, он пережил свою единственную настоящую любовь..."

"Ничто на свете так его не радовало и так не будоражило в нем всю сокровенную доброту и беспомощную нежность, как ощущение, что он идет рядом с сыном, приноравливаясь к его маленьким шажкам и держа в своей легкую, доверчивую руку ребенка"

в детях повторяются и перемешиваются черты родителей и предков!

В каждом человеке уже с младенчества есть все, что целиком определяет его жизнь, и ничего с этим поделать нельзя, совершенно ничего.

По-моему, хорошее воспитание и добрая воля надежнее, чем любая наследственность.

Видишь ли, мы лишь умеем быть прилежными и  относиться к природе со всей возможной серьёзностью. Короли же, они природе братья и товарищи , они играют ею и способны сами творить там, где мы лишь копируем. Впрочем, короли - редкость, не каждый столетие рождает хотя бы одного.

Он давно знал, что как раз самое красивое и интересное ни знать, ни объяснить невозможно.

То, что человеку положено, он со всей остротой и свежестью переживает лишь в ранней юности, лет до 13-14, и питается этим всю жизнь . Мальчиком я никогда не имел дела с рыбой, поэтому и спрашиваю.

- Да, плохо дело, если тебе на нравится запах красок, а ты сын художника. Тогда, верно, и художником не станешь?

• Нет, я и не собираюсь.
• А кем же ты хочешь стать?
• Никем. Лучше всего быть птицей или чем-нибудь в таком роде.

Понимаешь, с некоторых пор со мной все чаще случаются странные вещи: стоит мне обратить внимание на какой-нибудь вид – и я тут же вспоминаю свое детство. Тогда все выглядело по-другому, и я хотел бы передать это свое ощущение в картине. Иногда мне удается на несколько минут воссоздать прошлое, и все вдруг снова обретает необыкновенный блеск, но этого мне мало.