The World Until Yesterday: What Can We Learn from Traditional Societies?

The U.S. has so many rules and regulations, because of fear of being sued, that kids give up on the opportunity for personal exploration. A pool has to be fenced so that it’s not an ‘attractive nuisance.’ Most New Guineans don’t have pools, but even the rivers that we frequented didn’t have signs saying ‘Jump at your own risk,’ because it’s obvious. Why would I jump unless I’m prepared for the consequences? Responsibility in the U.S. has been taken from the person acting and has been placed on the owner of the land or the builder of the house. Most Americans want to blame someone other than themselves as much as possible. In New Guinea I was able to grow up, play creatively, and explore the outdoors and nature freely, with the obligatory element of risk, however well managed, that is absent from the average risk-averse American childhood. I had the richest upbringing possible, an upbringing inconceivable for Americans.

Следующей функцией религии, которую я буду обсуждать, является еще одна, возможно самая значимая для ранних сообществ: сглаживание тревоги, вызванной проблемами и опасностями, находящимися вне нашей власти. Когда люди сделали все, что на самом деле в их силах, и не добились успеха, вот тогда они прибегают к молитвам, ритуалам, церемониям, жертвам, предсказаниям оракулов и шаманов, поискам предзнаменований, соблюдению табу и к магии. Все эти меры с научной точки зрения неэффективны для достижения желаемого результата. Тем не менее, сохраняя домыслы и убеждая себя, что мы все еще что-то делаем и не беспомощны, не сдались, мы по крайней мере чувствуем, что контролируем хоть что-то, меньше тревожимся и оказываемся способны продолжать свои усилия.

Новогвинейцы обычно сохраняют на всю жизнь важные взаимоотношения, возникшие от рождения. Такие взаимоотношения обеспечивают каждому новогвинейцу поддержку против многих врагов, но одновременно налагают обязательства в отношении многих других союзников и друзей. Конечно, мы, жители западных стран, тоже вступаем в долговременные социальные отношения, но мы и налаживаем, и разрываем такие контакты гораздо чаще и с большей легкостью, чем новогвинейцы, и мы живем в обществе, которое поощряет индивида, стремящегося вырваться вперед.

Даже современное индустриальное общество включает в себя области, в которых все еще действуют некоторые традиционные механизмы. Во многих сельских районах развитых стран – например, в долине в штате Монтана, где живут моя жена и дети и где я провожу летний отпуск, – многие споры все еще разрешаются традиционным, неформальным способом, а не обращением в суд. Уличные банды в трущобах больших городов не вызывают полицию, чтобы урегулировать свои разногласия, а прибегают к традиционным методам: переговорам, выплате компенсаций, устрашению и сражениям.