Детство. Рассказы

Взглянет он тебе в очи и полонит твою душу, и ничуть тебе это не стыдно, а еще и гордо для тебя. С таким человеком ты и сам лучше становишься. Мало, друг, таких людей!

Кто скажет, зачем он живёт? Никто не скажет, сокол! И спрашивать себя про это не надо. Живи, и всё тут. И покажи похаживай да посматривай кругом себя, вот и тоска не возьмёт никогда.

Словом горю не поможешь – верно?!

Мне горько стало, как подумала я, что раньше за мной ползали, а вот оно, пришло время - и я за человеком поползла змеей по земле и, может, на смерть свою ползу.

Я хорошо видел, что дед следит за мною умными и зоркими зелеными глазами, и боялся его. Помню, мне всегда хотелось спрятаться от этих обжигающих глаз. Мне казалось, что дед злой; он со всеми говорит насмешливо, обидно, подзадоривая и стараясь рассердить всякого.

Я же стара уж была, эх, стара! Было ли мне четыре десятка лет? Пожалуй, что и было…

Тогда пошли искать девушку, но - не нашли её. И забыли о ней, как забывают обо всём на земле.

Смешны они, те твои люди. Сбились в кучу и давят друг друга, а места на земле вон сколько.

" Во мне есть мужество вести, вот потому я повёл вас! А вы? Что сделали вы в помощь себе? Вы только шли и не умели сохранить силы на путь более долгий! Вы только шли, шли, как стадо овец!"

– Дедушка говорит, что ты, может, фальшивые деньги делаешь…
– Дедушка? Мм… Ну, это он пустяки говорит! Деньги, брат, – ерунда…
– А чем за хлеб платить?
– Н-да, брат, за хлеб надобно платить, верно…
– Видишь? И за говядину тоже…
– И за говядину…
Он тихонько, удивительно мило смеется, щекочет меня за ухом, точно кутенка, и говорит:
– Никак не могу я спорить с тобой, – забиваешь ты, брат, меня; давай лучше помолчим…

Мыла мне лицо, прикладывала к синякам бодягу, медные монеты или свинцовую примочку и уговаривала:
– Ну, что ты все дерешься? Дома смирный, а на улице ни на что не похож! Бесстыдник. Вот скажу дедушке, чтоб он не выпускал тебя…
Дедушка видел мои синяки, но никогда не ругался, только крякал и мычал:
– Опять с медалями? Ты у меня, Аника-воин, не смей на улицу бегать, слышишь!

Летай иль ползай, конец известен: всё в землю лягут, всё прахом будет...