Яма

Не надо думать, не надо предполагать, что скажешь. Всегда гораздо лучше выходит, когда это делается сразу...

Мы одичали, огрубели, погрязли в сквернословии, пьянстве, лености и других пороках. И все оттого, что были лишены благотворного, умиротворяющего влияния женского общества.

Её женское сердце, всегда неувядаемое, всегда тянущееся к любви, как подсолнечник к свету, было сейчас чисто и разнежено.

Душой отдыхаешь среди молодежи от всех этих житейских дрязг... Эта вера в святой идеал, эти честные порывы! Что может быть выше и чище нашего русского студенчества?

Что же касается до Карла Маркса, то помните, что великие книги одинаково доступны пониманию и ученого и неграмотного крестьянина, лишь бы было понятно изложено. А всякая великая мысль проста.

Сердце человеческое, всякое сердце,в тепле нуждается.

Через десять лет вы еще будете молоды и красивы и тогда берите и покупайте мужчин сколько угодно. К этому времени романтические глупости совсем выйдет из вашей головы, и уже не вас будут выбирать, а вы будете выбирать с толком и с чувством, как знаток выбирает драгоценные камни.

Впрочем, это часто случается с людьми, выбитыми из привычной тридцатилетней колеи: так умирают военные герои, вышедшие в отставку, - люди несокрушимого здоровья и железной воли; так сходят быстро со сцены бывшие биржевые дельцы, ушедшие счастливо на покой, но лишенные жгучей прелести риска и азарта; так быстро дряхлеют покинувшие сцену большие артисты...

Вечные сцены ревности, недоверие, постоянный контроль и слёзы... неизбежные последствия долговременной совместной жизни...

Мужчинам женщины врут потому, что они сами этого требуют, потому, что они лезут в их совсем чуждые души со своими глупыми приемами и расспросами, потому, что женщины мужчин втайне считают большими дураками и бестолковыми притворщиками.

Если бы судьба не изломала меня так жестоко, - подумала Тамара, - то вот человек, которому я бросила бы свою жизнь шутя, с наслаждением, с улыбкой, как бросают возлюбленному сорванную розу.

Я знавал идеалистов-народников, которые принципиально женились на простых крестьянских девках. Так они и думали: натура, чернозем, непочатые силы... А этот чернозем через год обращался в толстенную бабищу, которая целый день лежит на постели и жует пряники или унижет свои пальцы копеечными кольцами, растопырит их и любуется. А то сидит на кухне, пьет с кучером сладкую наливку и разводит с ним натуральный роман.

Будем продолжать в том же духе. Осудим голодного воришку, который украл с лотка пятачковую булку, но если директор банка растратил чужой миллион на рысаков и сигары, то смягчим его участь.

Одного философа, желая его унизить, посадили за обедом куда-то около музыкантов. А он, садясь, сказал: "Вот верное средство сделать последнее место первым".

Эпитеты выходят пошлыми.

...Каждую святую мысль, каждое благородное дело можно опаскудить и опохабить. В этом нет ничего ни умного, ни достойного. Если ты так по-жеребячьи относишься к тому, что мы собираемся сделать, то вот тебе бог, а вот порог!..

“Но слава, знаменитость сладки лишь издали, когда о них только мечтаешь. Но когда их достиг – то чувствуешь одни их шипы. И зато как мучительно ощущаешь каждый золотник их убыли.”

(Ровинская)