Стихотворения в прозе

С этой книгой связана долгая история. В выпускном классе я пару раз ходила к репетитору по русскому, которая и дала мне почитать “Стихотворения в прозе” со словами: “В этой книге есть самые разные истории, так что какая бы ни была тема сочинения, можешь уверенно на нее ссылаться” :) Помню, мне крепко запали в душу некоторые “стихотворения”, да и книга (старое издание) была оформлена прекрасно. Я долго пыталась найти “Стихотворения в прозе”, лет восемь, и смогла купить только пару лет назад (стихи и проза Тургенева в традиционной форме гораздо популярнее).

Забавно, что после покупки я пару раз открывала книгу на случайной странице, пыталась что-то прочитать и первой мыслью всегда было: “Ого, вот это занудно он пишет”)) И вот я-таки собралась ее перечитать! И знаете что? Она замечательная!

Тургенев изобрел уникальный жанр. “Стихотворения в прозе” чем-то похожи на притчи, короткие рассказы, заметки, и при этом они очень выразительные, образные. Темы и правда разнообразные – правда и ложь, любовь и зависть, глупость, щедрость и многие другие основополагающие понятия. Некоторые стихотворения – простое восхищение природой и бытом, а некоторые – полноценные произведения с завязкой, кульминацией и концовкой, несмотря на небольшой объем.

Тургенев писал стихотворения уже в преклонном возрасте, так что, наверное, треть историй – это мысли об одиночестве, тревожные сны, размышления о смерти и загробной жизни. Видимо, как раз на такие отрывки я и натыкалась, открывая книгу на случайной странице))

Лично я уже давно не получала такого удовольствия от того, каким языком написана книга – богатым, красивым, правильным. Немногие современные авторы могут соперничать с классиками, это уж точно. Мне кажется, у книги незаслуженно мало читателей. Нужен огромный талант, чтобы уместить полноценную историю, которая может произвести сильное впечатление, на нескольких строках. Если книга вас заинтересовала, то обратите внимание на стихотворения “Два четверостишия”, “Воробей”, “Щи”, “Два богача”, “Мои деревья”.

Вы верите в чудеса? Со мной на днях произошло маленькое чудо, которому бы улыбнулся Тургенев. Два Тургенева. Нет, я не сошёл с ума, просто моего смуглого ангела я иногда называю — Тургенев. Это и правда, чудо, и человек может прожить 200, 400 лет или выиграть уйму денег, а вот такой милой редкости с ним и не случится: я шёл по улице, как обычно, витал в облаках, словно на уроке Физики, и думал о моём смуглом ангеле и нашей разлуке… и вдруг, из-за моего плеча вылетело карее чудо, словно крыло моё улыбнувшееся: оно коснулось моего лица - травкой, которую это крылатое чудо несло в клюве, видимо, для гнёздышка. Это была птичка. Чем не стихотворение в прозе? Фактически, мысль о любимой — стала травкой, и нежно поцеловала меня. А если учесть, что моя любимая, не только Тургенев, но и — травка (голосом Высоцкого: она же..), то это и правда, похоже на чудо, и этот поцелуй травки я не променял бы ни за какие сокровища мира.

В одном из своих стихов, Тургенев пишет: молитва человека сводится к одному: Великий Боже, сделай так, чтобы дважды два, не было — четыре. И вот я подумал… о, не смейся, дорогой читатель. Ты уже понял, что я снова подумал о смуглом ангеле. Когда я впервые увидел её милое лицо, с неземными глазами, чуточку разного цвета, цвета крыла ласточки, то это словно бы уже была моя молитва, это было уже ласковое нарушение «дважды два равно четыре». Я словно бы свою молитву встретил в том чудесном апреле. Удивительную молитву с карими, улыбающимися глазами. Моего смуглого ангела уже нет со мной.. а молитва эта, в моей груди.

Так странно и дивно.. Тургенев, милый, ты веришь, что такое возможно? Молитва моя ходит по травке и улыбается солнцу. Молитва моя сидит на диванчике, подложив ножку под попу и читает томик Тургенева. Молитва моя лежит в постели, в лиловой пижамке и не спит и думает обо мне, грустно улыбаясь. Удивительная молитва.. с чуточку разными глазами. Моя молитва сейчас, быть может, читает мою рецензию и улыбается грустно..

Мне нравится, что Тургенев писал свои Стихотворения в прозе, не для печати, и даже не «в стол» (это так же грустно и безумно, как заживо похоронить человека. Цветаева ужасно боялась, что её похоронят живой. А кто не боится? Особенно… в любви), а словно ребёнок или ангел — для души, как порой ребёнок едет в трамвае зимой и на заиндевевшем окне, заросшим папоротниками и всеми весенними цветами рая, пишет улыбчивым пальчиком: я тебя люблю, смуглый ангел. Или — моё серце разбито..

Мальчик встаёт, направляется к выходу.. к окну подходит учитель и с улыбкой ставит буковку «д» над сердцем, словно — нимб в стиле Кандинского. Мне нравится, что друг Тургенева пришёл к нему 12 августа, и, прочитав эти стихи, посоветовал их напечатать. Мне нравится..  что вы больны не мной… тьфу ты: что посоветовал он это — в день рождения моего смуглого ангела.

Тургенев хотел назвать стихи — Старческое (senilia). Пронзительные размышление об одиночестве, любви, смерти, боге, творчестве и красоте. И не случайно первое же стихотворение называется — Деревня. Вроде в нём всё так элегично и мило.. а потом присмотришься — и сердце замирает. Не совсем деревня. Если только мир наш, не большая деревня: помните известный эпиграф Пушкина к Онегину?  — О  Rus! (на латыни — деревня. Милый юмор Пушкина).

Тургенев лежит на берегу реки, а его душа, словно ласточка, облетает окрестные поля, домик, видя и белогубого щеночка и крестьяночку в окошке, бог знает чему улыбающуюся, и молодых парней у окошка, словно птицы нарядные, поющие ей что-то своими улыбками и синевой глаз, и дети кувыркаются в травке.. И ты думаешь: да ведь это и есть — жизнь. Словно эта река в глубинке России — Стикс, и душа Тургенева, ласточкой взмыла на миг над телом.. Осматривает владения свои. Вот так и все стихи в томике — это владения этой ласточки. Её последний.. полёт.

Уже за кадром строки (как порой в кино, когда погас экран, а тебя накрывают слёзы и рука кондуктора, бог знает как оказавшегося в опустевшем кинотеатре), меня пронзил стих о встрече со старым другом. Тургенев был с ним в ссоре, но оба уже были старые и он знал, что друг скоро умрёт, и он решил его наведать и помириться. Стих такой милый и элегичный. Они встретились, друг был в постели, уже седой, рубашка разорвана на ленточки, потому что каждая складочка одежды причиняла боль, словно.. уже душа была обнажена. Они пожали друг другу руки и не сказав ни слова, грустно улыбнулись друг другу. Всё понятно без слов..

На самом деле всё было не так. Это Тургенев писал о Некрасове. Его жена вспоминала: Тургенев пришёл в ним.. Некрасов лежал в постели без сил. Увидел Тургенева.. поражённого, в каком аду и как выглядит — его друг. Некрасов бессильно махнул рукой и отвернулся. Тургенев всё понял и ушёл. Жаль что Тургенев описал «стих», пусть и хороший, выдуманную встречу, а не настоящую поэзию (да, многие путают стихи и поэзию. Человек может и не писать стихов и быть великим поэтом, Правда, мой смуглый ангел?) — не описал то, что ему разрывало грудь, когда он оказался за дверью. Всё как в любви. И этот ад будет с ним до конца жизни. Этот цветаевский ад  — невстречи.

Или вот, стих-аллегория о двух горах, беседующих друг с другом: каждая минута — тысячелетие. Тургенев так мило говорит голосом горы — о людях: двуножки. Как хоббиты.. Помните стих Лермонтова? И звезда с звездою говорит.. А у Тургенева — горы. И пока они говорят, люди родились и умерли. Все. И снова воцарился покой на планете и тишина. Или как гениально выразился Тургенев: вновь стало — Опрятно. Не этой ли благолепной опрятности мы ищем в искусстве и любви? Что бы.. и следа человека там не было, не было этого ужаса человеческого. А была одна красота и любовь. А человеческому лишь бы распять их.

И ты думаешь с грустью: как так вышло, вот этот тысячелетний обман, самый великий обман в мире, в который все поверили, что человеческое — прекрасно и ради него должны распинаться боги, умирать любовь должна и красота? Всё что прекрасно и вечно в человеке  — это душа и любовь. Но человеческое, как паразит, присоединилось к этому и словно взяло их в заложники: стреляй в одного, попадёшь в обоих. Как же сладко в подлинной любви освободиться от морока человечности и расправить крылья.. Правда, мой смуглый ангел? Пусть и израненные крылья.

У Тургенева тайной и сквозной ноткой сквозь многие стихи проходит таинственный образ — женщины, её превращения: то он идёт за ней во сне по лесу и ложится на травку и не может уже встать, а она ему улыбается и зовёт за собой: это жизнь, а он уже — мёртв. То это крылатая женщина-птица, Сирин, влетевшая к нему в открытое окно.. То это крылатые нимфы на острове, словно облачка мерцают меж деревьев, их лёгкие туники: когда то, в начале Христианства, один кормчий, на лодке, крикнул такому острову: Пан умер! И послышались рыдания нимф.. А в конце жизни, Тургенев, словно бы плывя на лодке по Стиксу, крикнул этому же острову: Пан Воскрес!!

И послышался смех нимф и улыбчивый шелест листвы и… на скале появилась богиня Диана, и замерла в печали: увидев золотое сияние креста на церкви. Удивительный момент, на самом деле. Известно, что Тургенев был атеистом, что он — наш русский Пан от литературы (если не снежный человек! Однажды, он рассказал молодому Мопассану, как он купался голым в реке, где-то под Калугой, к нему подплыла огромная женщина, волосатая, дикая. И протянулась к нему.. А то! Тургенев, молодой и голый! Разве нечисти устоять? Да чего греха таить? Если бы увидел, как плавает голый Тургенев, я был тоже поплыл к нему. Тургенев, с криком, бросился из воды (не от меня, разумеется) и побежал по лесу, в село, распугивая местных крестьянок, не хуже снежного человека. Жаль, тогда не было фотоаппаратов! Это зрелище было интересней, чем обычный снежный человек! ).

Но читая Тургенева, понимаешь, что он любил сворачивать с тропинки «неверия», в травку и цветы в росе: он был пантеистом. Для него бог — природа, весь мир. Это же какое то вселенское православие: бог умер.. а воскрес уже всей красотой природы, всей красотой искусства и милосердия людей! Может так и будет однажды? И православие перейдёт в новую, лунную фазу: кто пишет стихи на листочке, или нежность письма любимому — тот и православный: крестить чело листка.

Может об этом таинственный стих Тургенева — Христос? Сон: Тургенев, в старой церкви, наполненной людьми. Тесно и душно. И все словно бы ждут кого-то, чего-то. А может это и не церковь вовсе. Тургенев стоит у окошка и оборачивается. Возле него стоит — Христос. Он сразу это понял. Сердце замерло и он отвернулся.

Потом повернулся… как Орфей — стоит. Такой простой простой. И тогда Тургенев изумился: да он же похож на всех людей — разом. Его же можно нежно спутать и вон с тем.. калекой, или с ребёнком, играющем в траве, вон с той смуглой женщиной, с удивительными глазами, чуточку разного цвета. А мне подумалось: почему Тургенев не развил мысль дальше? Или он рассчитывал на нас? Христос — это и солнечный, раненый зайчик в траве и вот этот стих поэта и первый поцелуй в парке и первый седой волос после перенесённого горя и этот озябший котёнок под деревцем.. Вот была бы такая икона: котёнок под деревцем.. с нимбом. И тот кто не прошёл мимо и нагнулся его покормить — у того тоже появляется нимб.

У Тургенева есть три удивительных сна, в стиле Достоевского: о Христе, Конце света и Смерти. Мне стало интересно: а можно ли их объединить? Стих о конце света, почти как сон о Христе, только люди в замкнутом доме, с перепуганным окошком, ждут кого-то.. и проваливается земля и ледяные волны океана смывают дом. Это тоже, Христос, своего рода.

В сне о смерти — всё та же локация: люди в доме, что то обсуждают.. и вдруг влетает в окно нечто жуткое, огромное серое насекомое, то на стену сядет, то пролетит мимо лица.. Все в ужасе. Паника.. И лишь один парень, весёлый и добрый, не понимает их ужаса. И ты думаешь: вот он, «избранный», сейчас он им покажет власть разума и красоты! Но насекомое впивается ему в лоб и парень падает на пол и умирает. Он просто не видел свою смерть..

Страшный стих. А если эти сны рассматривать как один.. то ещё более жутко. Помните сон Свидригайлова из Преступления и наказания? Ему приснилось, что на Том свете — ничего нет, ни ада, ни рая, лишь покосившаяся банька стоит и там пауки. Всё. Жутко это, да? Все ждут прихода Христа… а появляется маленькое чудовище и просто убивает, то одного, то другого. И не важно, Есенин это, Тургенев, Цветаева… любовь. Мы. И весь ужас в том, что Христос то всегда был с нами, как… тот ребёнок, перепуганный, который сновал возле ног в стихе Тургенева, но мы его не замечали. Кто этот ребёнок? Любовь? Милосердие?

Кстати, о Цветаевой. Все наверное знают один из самых известных стихов Тургенева — Щи. У матери-вдовы умер сын кормилец, и барыня решила проявить милосердие и пошла к ней, поддержать. И что же она увидела? Хтонь..  несчастная женщина, чёрная от горя, стоит возле печки и медленно черпает остатки щей из горшочка. Барыня думает: вот тёмные люди.. у неё горе, а она — щи лопает. А женщина ей отвечает: у меня всё равно словно как голову сняли. А щи то посолёные. Не пропадать же.. И почему то и в школе и не только, весь упор ставили на этот аутизм горя — «посолёные». (соль тогда была очень дорогая).

А мне вдруг представилось другое: эти щи ведь были сделаны, когда сын был ещё жив. Быть может мать с сыном, за одним столом ели их и она умильно смотрела на сыночка.. И вот теперь эти щи — стали единственным связующим звеном матери и сына. Да и кто соль то дорогущую принёс? Не сын ли? Почему нам это в школе не рассказывали!!

Так вот.. в то утро, когда Цветаева покончила с собой, её сын Мур, был на аэродроме, и она готовила ему рыбу. Марина знала, что сейчас умрёт, и всё равно готовила сыночку рыбу, жарила её.. Неужели она думала, что сын, узнав о смерти мамы, будет кушать хоть что то? Тем более эту рыбу? «Посолёную». Нет разумеется. Но тут уже с другой стороны души заход. Марине была важна в душе, это последняя ласка сына.

А вот стих — Маша. У кучера умерла девушка. И он едет с Тургеневым и рассказывает об этом. Как не успел на похороны и приехав, упал на колени в комнате и кулаком по полу ударил и заплакал. И говорит: восемь месяцев прошло, а всё ещё забыть не могу.. (словно.. беременен горем. Словно вот-вот разродиться горем и всё уляжется). Боже.. милая, простая крестьянская душа. Словно воробушек затравленный кошкой. Пройдёт ещё год и три и десять и сорок.. а ты всё так же будешь убиваться, милый, если любил по настоящему.

Тут удивительна сама наивная тональность, словно душа впервые начинает понимать, в каком огромном космосе она живёт, и что этот бескрайний космос — равен его боли. Он то не был дальше свой деревеньки. Для него деревня была — космосом.  А тут.. боль любви стала равна реальному космосу. Как такое выдержать? И ещё мне подумалось: словно Харон вёз душу Тургенева на тот свет.. и впервые, как возможно только в России, не души жаловались ему, а наоборот, Харон поведал свою боль.

Но не будем о грустном. Давайте о любви? У Тургенева выделяются три сильнейшие стиха о любви:

1 — Роза. Таинственная зарисовка-сон, не то из жизни Тургенева, не то из нашей жизни. Вечер. Женщина сидит за столиком и смотрит в приоткрытую дверь, в сад. Гроза уже приближается.. И вот — влажный блеск в её глазах, словно бы опережает блеск грозы (У Тургенева этого нет, сам не понял, как так написалось.. наверно что то личное. Правда, мой смуглый ангел?), она резко поднимается и уходит в сад. Тургенев за ней. Но не сразу.. Ах, этот мужской аутизм любви: не сразу! Почему не летел за ней!!

О, мужчины, разве вы не знаете, что в такой ситуации, словно в мысленном эксперименте Эйнштейна с близнецами, когда один со скоростью света летит на звезду, а брат остаётся на земле и при прилёте… улетевший — остаётся молодым, а брат на земле — седой уже? Так и с женщиной, убежавшей в слезах: для неё словно бы каждая минуты — равна месяцам, годам иногда!! Её сердце разорванное в этот миг рвётся — в космос, в ад и рай, одновременно!

Тургенев находит на тропинке, упавшую розу. В грязи.. Сердце в грязи! Ящерицы теряют хвост, женщины — розу. Или туфельку, письмо, улыбку... Господи, Саша, за такой тонкий и грустный юмор, многие женщины могут залепить тебе каблуком — в лоб. Зато смуглый ангел улыбнётся и всё поймёт. Я ведь тоже терял хвост. Точнее, розу, и сердце.. тебя, мой ангел. А ты?

Второй стих, все мы знаем по первой строчке: Как хороши, как свежи были розы.. Так странно.. это строка не Тургенева, она лишь рефреном памяти мелькает в стихе, а мы все знаем её как тургеневскую. Так порой парк для влюблённых, или луна взошедшая или фильм Тарковского — словно были созданы для вот этого поцелуя.. Правда, мой смуглый ангел? Приятно знать, что Тарковский, словно ангел, участвовал в нашем поцелуе.. А прямо сейчас, Тургенев, участвует в поцелуе нашей памяти: ты почувствовала? Да не тут, правее… чуть ниже. Тургенев! Не увлекайся! Не нужно от себя ничего передавать! Не ниже груди!! Вот так. Как тебе букетик поцелуев, мой ангел? Тургенев всё доставил в целости?

Третий стих о любви — Стой. Это просто песня какая то. Стих наверное обращён к Полине Виардо. Мечта Фауста — поднята на новую высоту и чистоту. Тургенев, видимо, после концерта, на котором пела Виардо, так заворожён её красотой, что говорит ей — стой! Замри, мгновение и ты, твоя красота, слившаяся с музыкой в этот миг! Замрите! Вы уже не будете лучше и прекрасней! Это и есть — бессмертие!

И тут меня накрыло по полной, как ёжика, лавиной одуванчиков (неужели вы никогда не дули на ёжика — одуванчиком?). А может мы не правильно думаем о жизни и смерти, опираясь лишь на контуры тела? Мы же не думаем, сколько раз мы умираем за жизнь, и со смертью тела, подлинная смерть, быть может и не связана. Все мы знаем, что в муках любви можно умереть так сильно, что обычная смерть будет по сравнению с этим — как тень от качнувшейся веточки. Может потому общение некоторых влюблённых после расставания так безумно напоминает акустику загробной жизни, что это и есть — загробная жизнь?

О мой смуглый ангел..  пусть я и умер для тебя, ибо иногда одинаково больно — когда тебя нет в сердце любимого, или в его судьбе, пусть в последнем случае и не его вина, но ты всегда Стоишь перед моим внутренним взором, прекрасная и бессмертная, как Афродита, словно бы выходящая снова и снова в вечернем прибое моих ресниц, полных слёз, словно пены морской.. Сладковатый стиль, верно? У Тургенева тоже встречается нечто подобное, почти на грани нежной пошлости. Люди почему то боятся так писать…Вот и Тургенев пишет, что его критиковали в конце жизни за это. Мол, устарел. Идиоты..

А между тем, именно в этой области, на грани пронзительной нежности и лёгкой пошлости, воздушности, есть то нечаянное волшебство искренности, какой никогда не будет в высоком и трезвом стиле, где стиль «не плывёт», словно тушь на ресницах, когда ты отдан чувству всецело и не боишься показаться некрасивым, смешным, наивным: в этом, быть может, приговор «высокому» стилю в искусстве и в чувствах, словно Орфей, оглядывающийся на глупый разум, или на «настоящее — тоталитаризм логики вещей, обиды, страхи, сомнения Ни на минуту, ни на секунду не пропадаешь ты из моего внутреннего взора, моё смуглое чудо: ты вечно стоишь в моих глазах, в голубом прибое моих воспоминаний..

Наверно, когда мы утрачиваем главную любовь в своей жизни, понимая, что любить мы уже не будем никогда, никого… мы понимаем, что мы теряем — жизнь. Что наступает — то самое, старческое, осень сердца, ибо мы пережили за пару лет — лет 60, по ощущениям. Лишь теперь, утратив тебя навсегда, смуглый ангел, я понял всю беспредельную боль и красоту Стихотворений в прозе, Тургенева, с его бесприютным сердцем, в конце жизни. До слёз меня пронзил его стих в самом конце — Когда меня не будет.. Тургенев, уже зная, что скоро умрёт, как бы завещает своей возлюбленной, что бы она не ходила на его могилку, и не вспоминала его среди волнений жизни и тревог.

Но когда в тишине жизни, сердце нечаянно улыбнётся и вспомнит… то пусть возьмёт тот самый томик, который они читали вместе и плакали над которым и пусть протянет руку в доверчивую, как бы завечеревшую тишину. О мой смуглый ангел.. когда меня не станет, просто открой 12 августа, Стихотворения в прозе, Тургенева, и вспомни обо мне, о нашей неземной и запретной любви, и протяни руку… нет, не будем повторять за Тургеневым.

Протяни свою прелестную смуглую ножку, и почувствуй сладостный холодок поцелуя. Я убегу из рая, как школьник, с букетом флоксов, лилий и роз (сворую в райском саду у крылатого Тургенева: он там живёт с Виардо), убегу из рая лишь для того.. что бы постелить к твоим милым ножкам - свои крылья и запах цветов. Они тоже будут целовать твои милые ножки. Ты услышишь их нежный аромат и улыбнёшься мне… сквозь тихие слёзы.

В крошечном предисловии Тургенев советует читать "Стихотворения в прозе" не подряд, а "враздробь: сегодня одно, завтра другое". Надо было прислушаться к рекомендациям автора, но после каждого прочитанного "стихотворения", очень хотелось узнать, о чём будет следующее. По всей видимости, именно из-за быстрого чтения общее впечатление от книги оказалось смешанным: одни "стихотворения" (я бы назвала их сюжетными) показались красивыми, но бессмысленными зарисовками "по поводу": случайно встреченного веселого молодого человека, увиденного на прогулке воробья, отважно защищающего выпавшего из гнезда птенца и так далее. Другие (реплики) напомнили грегерии де ла Серны и "записные книжки" Камю - запечатленные мгновения, эскизы чувств, короткие размышления о жизни и смерти. Первые показались скучными, вторых было мало. Но чувствую, что я еще обязательно вернусь к этой книге.