Отель. Окончательный диагноз

"В этот миг Кэртис О'Киф вдруг словно прозрел и понял то, что так долго сам от себя скрывал. Он любил Додо. Любил пылко, нежно, со всей силой чувства, на какую способен человек. Слишком поздно признался он себе в этом и теперь осознавал, что, позволив Додо уйти, совершал величайшую ошибку в своей жизни" (с.)

– Почему же не были сделаны все анализы? – Ему действительно было непонятно, почему люди не выполняют своих обязанностей и не делают то, что положено.

– Значит, есть надежда, доктор! – воскликнул Джон, посмотрев в лицо акушеру.
– Надежда всегда должна быть, – тихо ответил Дорнбергер.

«Коулмен отлично знал свои недостатки, но он отнюдь не собирался умалять своих достоинств. Ему не раз представлялась возможность убедиться в своих способностях.»

«Сознание своего превосходства сделало его одиноким – ему завидовали, его сторонились и не любили.»

«Я знаю только одно: каждому делу нужен тормоз, этакая сдерживающая сила.»

«Всякие задержки отнимают больничные койки у тех, кто в них остро нуждается.»

«Он понимал, что они сказали друг другу гораздо больше, чем то, что выразили словами.»

«Здесь [в больничном кафетерии] нередко разбирались серьезные случаи и давались советы – те советы специалистов, за которые в другой обстановке пришлось бы платить большие деньги.»

«Было настоящим испытанием говорить о диагнозе и лечении человека, которого уже нет в живых, выслушивать суждения коллег, а потом отчет патологоанатома о данных вскрытия.»