
Это рассказ о мальчике Боре и о папе, который его позорил
Хорошие книжки иногда так неожиданно прокрадываются в твою жизнь… Деда Мороз подарил младшенькой на НГ эту книжку. В книжке три больших стихотворения, в которых три действительно обыкновенных истории, удивительным образом рассказанные. Меир – кудесник, а заодно с ним и переводчики и художник книги. Иллюстрации, истории и стихосложение обладают дружественным интерфейсом для читателей разных возрастов.
Детская русскоязычная поэзия – штука непростая для восприятия: в ней допустима примитивная рифма и малый словарный запас и иногда довольно сложно что-то конкретное и обоснованное высказать, просто сплошное, как там у Саши Чёрного:
Дама, качаясь на ветке, Пикала: "Милые детки! Солнышко чмокнуло кустик, Птичка оправила бюстик И, обнимая ромашку, Кушает манную кашку..."
Дети, в оконные рамы Хмуро уставясь глазами, Полны недетской печали, Даме в молчаньи внимали. Вдруг зазвенел голосочек: "Сколько напикала строчек?"
И вот таких «сиропчиков» издаётся в наши дни непомерно много.
Меир Шалев, насколько это можно понять по переводу с иврита на русский (действительно, насколько?) – смелый экспериментатор. Стихотворным инструментарием вполне себе владеет и пользуется этим, не делая скидки на возраст. Здесь и строфика Олега Григорьева и Корнея нашего незабвенного Ивановича и Осипа Мандельштама, и Иосифа Бродского при желании обнаруживается. Автор/переводчики регулярно во время чтения щекотали мой эстетический вкус, а от этих строк я испытал катарсис:
Лев бежит, усы в слезах, Что ни шаг, то тяжкий вздох, Тонким голосом всё: «Ах!» Толстым голосом всё: «Ох!»
Безупречно.
Все три стихотворения сборника написаны своим размером, идеально подходящим под конкретную историю. «Папа меня позорит» - это почти разговорный слог, идеально подогнанный под бытовую историю мальчика, который стыдится своего странного папы, во «Льве по ночам» такой тёплый Маршак, а «Тётя Тами» - это уже детская хулиганская поэзия 70-80-ых. Взятые за основу сюжетов бытовые истории читаются как сказки. Почему? Я не знаю, это загадка Меира Шалева.





































