Жизнь Амброза Бирса

"По правде говоря, положение, известное как всепрощение, не может существовать. Это слово описывает нечто невозможное. Разумеется, простое произнесение слова не может искупить несправедливость, не может уничтожить сделанное зло, не может восстановить статус-кво. Просьба о прощении и чувство раскаяния происходит у грешника под влиянием беспокойства, основанного на страхе перед последующим наказанием. Эти чувства никоим образом не возвышенные, это отражение его низкой трусости. Поскольку совесть строго наказывает злодея и неизбежно мучит любого нормального человека, поскольку никто не достиг таких высот духа, чтобы перерубить волос Дамоклова меча, поскольку страх в сердце и самобичевание - это главное наказание на земле, назначенное для последователей Иеговы, хорошие и плохие приветствуют всепрощение как лёгкий способ избежать наказания от своей совести. В прощении нет ничего достойного. Искать прощения - это трусость. Получить прощение в качестве примирения - это неправильно и для хороших, и для плохих людей. Это песок, в который трус прячет голову совести. Никакие эмоции, никакие поступки не могут смягчить грех, не могут воссоздать даже частицу того, что было разрушено, не могут стереть ни одной слезинки".

Насмешку над Лондоном можно объяснить тем, что Бирсу не нравилась личность этого юноши - его безнравственность, приверженность к коммунизму, бродяжья жизнь, пребывание в тюрьме и его склонность плакать над чумазым народом, чтобы омыть его своими слезами. На самом деле, Бирс считал, и у меня в этом нет никаких сомнений, что Лондон - великолепный прозаик. Позднее Бирс сам это признал.
В нашей первой беседе раскрылась черта Бирса критиковать (с помощью ругани) автора, который ему лично не нравился. Но проходило время, он встречался лицом к лицу с тем автором, которого он немилосердно ругал как писателя и как человека, и менял своё мнение. Он хвалил ту самую работу, которую недавно осуждал. Так случилось и с Лондоном. Однажды они оба напились и, обнявшись, прошли несколько миль. Тогда я узнал от Бирса, что Лондон вовсе не такой отвратительный человек и что своими сочинениями он навсегда вошёл в мировую литературу.