Избранное

Все мы врем, и бог врал про рай небесный, а больше всего попы про бога.

Так из возраста, когда необходимо, чтобы тебя погладили по голове, Валька сразу перешел в другой возраст, когда очень нужно, чтобы тебе клали руку на плечо и спрашивали: «О чем это мы давеча говорили с тобой?»

— Сердца! — закричала тетя Лиза. — Сердца нам всем друг для дружки недостает… Человек человеку все равно что бревно! Вот про что я толкую…

Он шел очень быстро, позволяя смотреть на свои разгневанные красные уши, на разгневанную курточку и доведенные до бешенства сандалии, из-под которых вспышками выскакивала пыль.

Подлинное счастье в том-то и состоит, чтобы тебе не делали зла свои.

Шесть лет ему или десять, понять трудно: у мальчика чересчур умное лицо. Вернее, взгляд. Не то проницательный, не то голодный.

Очень удивляло его и сердило - как это люди, вырастая, забывают, что сами они в детстве вовсе не были дураками.

Запомните, грузин на крик сначала бежит, потом начинает думать - куда и зачем, и уж на месте решает, бросаться ли в огонь, врезаться ли в драку, или терпеливо ждать, когда позовут. Здесь никому и в голову не придет переступать порог незванным или, боже упаси, задавать вопросы. Таков неписанный закон добрососедства.

Когда насытились волей и продрогли на горном ветру, их потянуло домой. Так учатся любить родные очаги, от них убегая.

Русская душа не умеет хвастать!